"Фантастика 2024-3". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)
Но ютиться людям в замкнутом пространстве не имело никакого смысла — места вокруг имелось в избытке. Поэтому Сыроватиха расползлась в стороны бесформенной пятном, будто пролитый на брюки кофе.
Судя по карте, она превосходила Романиху чуть ли не в два раза. Что же здесь должно было такое произойти, если теперь это поселение полностью вымерло?
До окраины было километра два-три, но даже отсюда было прекрасно видно, что живых там искать не стоит. Некоторые дома сгорели, мелкие строения порушены, да и кладбищем оттуда тянуло вполне отчётливо.
Не знаю, что со мной такого произошло, но после прокачки я стал более… Чувствительным, что ли. Не в смысле, начал плакать, вспоминая «Титаник», а в плане ощущений. Человеческим языком это описывать сложно, но во мне будто проснулась неведомая чуйка, которая изо всех сил пыталась интерпретировать получаемые сигналы в нечто удобоваримое для мозга.
Никаких запахов сюда не долетало, однако ассоциации при взгляде на окраины Сыроватихи, возникали именно с кладбищем.
Чуть дальше по опушке, вдоль которой шла грунтовка, располагался тот самый небольшой хуторок, дворов в тридцать всего, куда должны были подрулить беженцы из «Сечуги». От развилки он находился примерно в полутора километрах, но заезжать туда колонна не стала, встав всем составом в небольшой куцей рощице. Получилась она оттого, что лесной протуберанец, выступающий вперёд, отсекла прямая дорога. Не любят наши люди в обход ездить, что тут поделать. Частично массив порубили, а остаток представлял из себя полосу метров в шестьдесят, густо поросшую кустарником по периметру.
— Всё, наша остановочка, — объявила Ольга голосом заправского экскурсовода, ставя внедорожник на ручник. — Просьба не забывать свои вещи в салоне.
— Дальше пешком пойдем? — спросил я.
— Смотря, что наши дежурные скажут. Но я ставлю на то, что скоро мы снова поедем.
— Тогда я лучше тут посижу, — объявила Эльга, хватаясь за наборчик.
— Да без проблем, тут всегда тихо.
— Сиденье не заляпай, — попросил я оружейную маньячку, выбираясь на свежий воздух с топором в руках.
— Чем? — искренне удивившись, спросила она. — А, ты ж этот, в руках не державший… Автомат, небось, только в компьютерных игрушках видел?
— В гробу я его видел! В твоём.
— Зная твои закидоны, ты первый на тот свет отправишься! Но не беспокойся, я твой прах соберу и…
— Так, малыши, не ссорьтесь, — строго погрозила нам пальчиком Ольга, на котором на миг вспыхнул бирюзовый огонёк. — А то по углам разведу.
— Ладно.
— Больно надо!
Я захлопнул дверь и пошёл следом за разведчицей в глубь рощицы. Олег, как и большинство других сталкеров, был уже там, обступив одну из самых высоких осин, на которой располагалась странная конструкция, напоминающая насест из досок. К нему вело что-то вроде лестницы — горизонтально прибитых прямо к стволу дощечек. Вот только самих наблюдателей нигде видно не было.
— И где эти два полудурка? — громко спросила Ольга, заставив большинство мужчин обернуться. — Неужели их съели, наконец-то?
— Да ну, кто на них позарится, — в тон ей ответил Шайтан, поправляя «арафатку». — Они такое точно жрать не станут…
Ермак, пусть и выглядел злым, как управляющий борделем, которому сообщили, что все его подчинённые уходят в декрет, но одёргивать коллег отчего-то не стал. Хотя это наверняка стоило ему пары лишних седых волос. И, спустя секунду, я понял причину такого странного поведения командиров разведотрядов.
— Я бы попросил! — возмущённо прогундосил кто-то за моей спиной, заставив меня обернуться с занесённым топором.
Ведь прежде никого за ней не было.
А теперь, прямо из кристально-прозрачного воздуха, постепенно проявился человеческий силуэт в потёртых джинсах и растянутой майке. Обретя объём, пред нами предстал худощавый субъект в массивных очках, с недельной щетиной на подбородке и нечесаными сальными волосами, вставшими колтуном на голове. Типичный такой интеллигент-алкоголик, имеющийся в каждом уважающем себя городском дворе.
Иннокентий Власов, четвёртого уровня. Не знаю, как мужичок маскировался, но он любого человека-невидимку оставит нервно икать в сторонке.
— Так, первый есть, — с заметным облегчением констатировал Шульгин, убирая винтовку за спину.
Пришлось и мне опустить Ибупрофен. Не на чью-то голову, а просто.
— Ща второго полудурка найдём, и будем целого собирать, — с явной угрозой в голове изложила план Ольга.
— А вас, барышня, неплохо бы манерам подучить! Куда ваш папенька только смотрит…
— Шланг, не беси меня, — хмуро попросил Ермак, заставив мужичка поёжиться. — Почему тебя каждый раз из «инвиза» с матами надо доставать?!
— Нравится мне ТАМ, Дмитрий Николаевич, — виновато ответил разведчик, сделав ударение на слове. — Тихо, никто не беспокоит… Да и вы должны были утром приехать.
— А сейчас, по-твоему, сколько?
Мужик с удивлением оглянулся вокруг и ошарашенно выдохнул:
— Батюшки святы…
— Часы тебе на кой выдали, недоразумение?
— Так они ТАМ не ходят, я их Савелию отдал.
— Кстати, а где он?
— Да тут, придремал просто с ночи. Саваа-а-а!
Один из кустов на опушке зашевелился и встал на дыбы, едва не спровоцировав меня применить к нему заклинание. Но оно вряд ли бы сработало, так как это оказался ещё один разведчик в специальном маскхалате. Любопытная штукенция — с трёх шагов от растения и не отличишь, веточки как живые.
Второй наблюдатель, зевающий во весь рот, оказался невысокого роста, похожий телосложением больше на подростка, чем на взрослого человека. Вот только не бывает у ребятишек таких морщин и мешков под глазами. Главной его приметой являлся внушительный нос с горбинкой, прекрасно описывающийся словом «рубильник». Такому клюву любой тропический попугай позавидовал бы.
Савелий Воскобойников, три левелапа за плечами. Как ни крути — мы с Эльгой самыми зелёными получаемся.
— Почему утром на связь не вышли? — тут же наехал на заспанного бойца Ермошин.
— Рация кирдыкнулась, — развёл руками похожий на куст наблюдатель. — Мы не при чём, она сама…
— Дай сюда!
Командир покрутил девайс в руках, отщёлкнул что-то и, разочарованно выматерившись, бросил его одному из подчинённых.
— Спеклась. Что-то необычное наблюдали?
— Так точно! — браво отрапортовал разведчик, вытянувшись в струнку. — Бабку видели.
— Кого-кого?!
— Ну, бабку, — как мог, объяснил он. — В платке такая, семки грызёт.
Изумлённые до немоты сталкеры переглянулись. Даже острая на язык Ольга задумчиво накручивала на палец выбившейся из-под кепки локон, пытаясь переварить сказанное.
— Может, они у тебя опять грибов волшебных нажрались? — задумчиво предположил Шайтан.
— Если так, то я их прямо здесь сейчас закопаю, — пригрозил Ермак.
— Я за лопатами? — уточнил на всякий случай Шульгин, скалясь во все тридцать два лошадиных зуба.
— Вы чего, друзья, как можно! — испуганно зачастил первый наблюдатель, которого командир назвал Шлангом. — Мы ничего не принимали, клянусь вам!
— Мне экспертизу делать некогда, я и по рожам вашим вижу, что вы оба — вмазанные.
— Мы просто немного устали! Третий день уже здесь торчим, как-никак. Да, Савелий?
— Так точно, — кивнул носатый. — Устали. Но бабку не поэтому видели, не надо тут!
— Боже милостивый, дай мне терпения, чтоб грех на душу не брать… — простонал Ермак. — Как вернёмся, сдам вас Кощею, к такой-то матери, будете Хитрожопенко на складе охранять! Работа как раз для таких обалдуев, как вы.
Я наклонился ближе к Олегу и тихонько спросил:
— А они не могли просто проморгать беженцев?
— Их там под сотню должно было быть, — помотал головой Ерёменко. — Такую ораву при всём желании не пропустишь. Не смотри на них строго — они только с виду придурки, но дело своё знают.
Я представил себе вереницу машин, которые должны были сюда подкатить, и вынужден был согласиться. Такое проморгать действительно сложно.