"Фантастика 2024-3". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)

Рубиновый клинок, потянул за собой тонкий кровавый шлейф, будто хотел вытянуть всю жизненную силу из волшебницы.
— Если бы мне давали по рублю за каждый такой вопрос, я бы, сука, стал бы уже миллионером!
Я всё же оставил шашку, прекрасно понимая, что ей скорее всего получится лишь себя без пальцев или чего похуже оставить, и с голыми руками попёр вперёд. Как броненосец «Потёмкин».
— Дурень, бери людей и уходи! — прокричала девушка, думая, что у меня вконец протекла крыша.
— Бежать бесполезно, — вальяжно заявил повелитель нежити. — От меня никто не скроется! Твари!
Говорил он ещё более невпопад, чем раньше, будто за время поединка с Ольгой успел неплохо принять на грудь. И за стоячий воротничок тоже.
Но на мой счёт ошибались все, включая сталкеров. Бросаться в самоубийственную атаку против того, кто даже быстрее упыря, я не собирался. Хватит уже с меня дырок. Нужно и магию хоть иногда использовать. Я ж друид, в конце-то концов.
Дождавшись, когда маг в очередной раз отпрыгнет в сторону от волшебницы, намереваясь следующим броском достать и меня, я развел пальцы в стороны и скомандовал:
— Рост! Рост! Рост, мать вашу!
Ничего серьёзного поблизости не имелось, поэтому пришлось работать с чем есть. То есть — с травой-муравой. Росла она, конечно, как очумелая, но быстро портилась, да и по прочности сильно уступала одревесневшим собратьям. Поначалу маг со смехом рвал побеги, но я принялся скручивать их в жгуты, усиливая прочность. Земля под ним будто сошла с ума, вспучиваясь от прущих наружу растений. Контролировать их всех было сложно, но прущая буквально из ушей энергия находила хоть какой-то выход, остужая закипающую голову.
Главное — маг замедлился и уже не скакал как заведённый. А когда я не иначе как по наитию приказал усыхающим сорнякам укореняться прямо в него, он с воплем попытался выскочить на дорогу. Но тут уж постарался сообразительный Олег, невидимой ударной волной отправивший его обратно на лужок. Ибо нефиг гравийку топтать.
Я сколдовал «Зов друида» в седьмой раз, борясь с подступающим головокружением, и с удовлетворением отметил, что засранец потихоньку начинает обрастать свежими побегами в районе ног. Те впивались в него не хуже пиявок, наполняя мышцы многочисленными пронырливыми корешками. И это для него оказалось куда болезненнее, чем какие-то жалкие пули. Даже представить страшно, каково бы пришлось обычному человеку.
Как говорил Муфаса в «Короле Льве»: «все мы в конце концов становимся травой». Вот и предводитель нежити стал чем-то вроде живой подвывающей икебаны, дёргающейся в тщетных попытках стряхнуть с себя свежую поросль.
Ольга же, воспользовавшись моментом, начертила одной рукой идеально ровный круг и решительно перерубила его ребром ладони.
— Сдохни!
От резкого движения в сторону дёргающегося в путах мага с кинжалами понеслась бирюзовая волна, тонкая, как лезвие бритвы. Но, вот что случилось потом, я так и не увидел. Потому что качающаяся земля неожиданно ударила меня по лицу, разом выбив сознание из тела.
В темноте было хорошо — тепло и уютно, будто в материнской утробе. Совсем не так, если бы я попал сюда по велению безжалостных медикаментов. Правда, общее умиротворение немного нарушала пылающая буква «П», настойчиво мельтешащая перед внутренним взором. Именно благодаря ей мне до конца так и не удалось расслабиться и раствориться во тьме окончательно. И возможно, что бесповоротно.
Очнулся я от пощёчины, от которой моя многострадальная голова едва не отправилась в полёт отдельно от тела. Да сколько можно меня бить, и так живого места уже не осталось…
— Оля!
— Да чё орёшь, не сильно же…
Я разлепил глаза и увидел склонившуюся надо мной девушку с занесённой рукой. Та вовремя перехватила мой мутный взгляд и не стала добивать. Вместо этого наклонилась ещё ниже и неожиданно чмокнула меня в небритую щёку.
— Спасибо, братик, храни тебя Дагон. Вовремя его отвлёк.
— Да не за что, — немного растерявшись, ответил я. — Он всё?
— А тебе что, поздравлялка не прилетела?
 
Я сосредоточился на двоящимся от перенапряжения интерфейсе и вскоре узнал, что одержал победу, в числе остальных, над неким магом крови. Во как. Странно, мне казалось, что он будет каким-нибудь высшим кровососом или некромантом, на худой конец.
— Повезло, что он к Смерти был предрасположен, — поделилась радостной новостью девушка. — Был бы наш Хаос, или не приведи рандом — Жизнь, полегли бы уже давно. А так он на дебаффы в основном давил.
Из сказанного я ни черта не понял, но на всякий случай согласно кивнул — да, повезло. Со мной иначе никак, госпожа Удача меня прямо в темечко поцеловала. Видимо, отрабатывает за все свои прошлые косяки.
— А чего он вёл себя, как опереточный злодей?
— Слишком быстрая раскачка, — пожала плечами Ольга. — Некоторые теряют связь… С реальностью. А его ещё и от поглощённой крови торкало неслабо.
— И часто такое с людьми? — спросил я, припомнив не всегда адекватное поведение самой девушки.
— Да нет, эта хрень лишь у единиц всплывает. Может, в школе его сильно обижали. Может, девственник-задрот…
— Ясно.
Хотя, на самом деле, у меня имелся ещё вагон вопросов, и маленькая тележка в придачу, но сейчас для них было явно неподходящее время.
— Ты молодец, но больше так не делай, — не менее странно похвалил меня Олег, вроде бы отнёсшийся к эксцентричной выходке своей благоверной с пониманием.
— Почему?
— Перегоришь, как лампочка, — скупо обронил он, уходя куда-то в сторону.
Я не мог с ним не согласиться — состояние было препаршивейшим. Сила, бурлившая во мне после применения энергетического шара, бесследно исчезла, оставив после себя серьёзное магическое похмелье. Интересно, где-нибудь в этом сумасшедшем мире имеется волшебный рассольчик?
Ольга помогла мне подняться и похромала вслед за мужем. Видимо, в поисках недобитков. Я же, мельком взглянув на располосованного наискосок мага крови, направился туда, откуда предположительно доносились выстрелы гладкоствольного карабина. Показываться на глаза Ромашке, не выяснив, что случилось с её братцем, не стоило. Она хоть и добрая, но может в сердцах и жгут на шею наложить, чтобы у меня кровь из носа больше не капала. Взрывной темперамент их семьи уже довелось прочувствовать сполна.
За одной из машин меня поджидала безрадостная картина — лежащий ничком Павел, в луже собственной крови. Рядом обнаружились ошмётки мозгов возле характерной кучи пепла. Значит, десантник успел снести голову одному из подручных Зверобоева, а тот посчитал, что парень — нежилец, и отправился демонстрировать своё мнимое величие оставшимся.
То, что Павел до сих пор не обратился в прах, лучше всяких врачей доказывало то, что он ещё на этом свете. Но выглядел десантник откровенно плохо — бледная блестящая кожа, дыхания не слышно, а живот представлял собой одну сплошную рану, которую он инстинктивно закрыл обоими руками, перед тем как потерять сознание от болевого шока. Судя по неприятному запаху, без повреждения кишечника не обошлось. Да и внутреннее кровотечение наверняка имело место быть. И с моими скудными медицинскими познаниями становилось совершенно ясно — ему осталось совсем немного.
Оттащить богатыря к центральной избе, находящейся отсюда меньше чем в ста метрах, я не мог при всём желании. Поэтому собрал оставшиеся силы в кулак и заковылял обратно. Если кто сейчас во всём лагере и мог ему помочь, так это его родная сестра.
Ромашка продолжала хлопотать над забинтованным Анваром, но увидев мою перекошенную физиономию, без всяких дурацких вопросов кинулась вслед за мной с аптечкой наперевес. И слава богу — сейчас каждая лишняя секунда была на вес золота. А мне с ней ещё воспитательную беседу предстояло вести.
К нужному месту светловолосая девчонка прибежала даже раньше меня, будто чувствовала, где лежит раненый братишка. Невольно вскрикнув от не самого приятного зрелища, она принялась лихорадочно рыться в аптечке, глотая злые солёные слёзы. Но бинтами в этом случае было помочь нельзя, хоть с головы до ног его, как мумию, обмотай. Тут либо срочная профессиональная хирургия, либо чудо господне. Никак иначе.