"Фантастика 2024-3". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)
Ещё на какое-то время меня отвлекло новое "развлечение" - я вспомнил, что некоторые продвинутые йоги могут усилием воли согреваться и даже высушивать мокрые простыни на своем теле в лютый мороз. Что-то такое я уже делал, и надо было только вспомнить - как. Ощущения всплыли в памяти сами собой, только воплотить их в жизнь, плывя в холодной воде, оказалось достаточно трудно. Но у меня получилось. Всего-то и надо было вспомнить те случаи, когда я чуть не сгорел. Взрыв в степи, тот непонятный свет, который чуть не разорвал меня. Я только на мгновение представил, что тот свет снова начинает разгораться во мне, и по телу побежали волны блаженного тепла. Несколько минут, и от рук, которыми я вцепился в корягу, пошел легкий парок, заметный даже в полумраке . Плохо было то, регулировать эту "печку" у меня не получалось, и чтобы не сгореть уже по-настоящему, пришлось "выключить" это ощущение. Несколько минут блаженства, начинает клонить в сон, и снова начинает пронизывать холод. Я снова согреваюсь, снова отключаю свою "печку" и снова начинаю замерзать. И так раз за разом...
Я всё-таки дожил до рассвета, но сил бороться уже не было, и я сам не заметил, как закрыл глаза, погружаясь в беспамятство...
Рот и горло наполнились какой-то невероятно горькой, отвратительной, обжигающей жижей, и я задергался, закашлялся, пытаясь избавится от этой гадости. Но жидкость лилась и лилась в горло, и я замахал руками, стараясь выплыть из неё на воздух.
Где-то рядом раздался глухой и вроде бы удивлённый голос.
-Ты посмотри-ка, оживать начал!
Я что-то замычал, и поток гадости прекратился. Я долго давился, отплёвывался, стараясь избавиться от жгущего ощущения в горле, а когда немного пришел в себя, как сквозь туман, но сумел разглядеть перед собой две пары ног. Постепенно дошло, что я сижу на чем-то твердом, прислонившись спиной к чему-то, а передо мной двое мужиков внимательно наблюдают за моими попытками сесть прямо. По виду - самые обычные торгаши - крупные лица с грубыми чертами, наполовину скрытые бородами. Крепкая практичная одежда из грубой ткани. Из необычного разве что короткие широким сабли, почему-то сразу напомнившие абордажные. И взгляды совсем не ласковые, без малейшей капли сочувствия к утопленнику, которым предположительно являлся я.
Тот, что слева, присел и без всяких разговоров влепил мне пару весьма чувствительных пощечин.
-Очухался?
Хорошо было бы ответно дать в морду, но сил хватило только прохрипеть:
-Немного...
-Ну и ладненько. Кто такой и как здесь оказался?
Честно говоря, начало разговора мне совершенно не понравилось - не словами, которые были вполне естественными, а интонациями с явной враждебностью. Вроде спасенных сначала приводят в себя, и лишь потом расспрашивают, а вот грубость мужика наводила на мысль о допросе. Что я ему сделал? Или опять вляпался в какие-то местные разборки?
Я вообще не был готов к подобному разговору - голова тупая и пустая, мысли едва ворочаются, и пришлось выдумывать на ходу, чтобы говорить хоть что-то.
-Ласло я. Несколько дней назад обоз через нашу деревню проходил, один из обозников заболел, вот я и напросился на замену - поднести, подать, посторожить. Два дня шли нормально, а вчера, ближе к вечеру, на нас кто-то напал. Половину народа сразу стрелами побили, а остальных порубили и порезали. Я сначала копьем хозяйским отбивался, а когда увидел, что смерть наступает, в лес бросился. За мной погнались, а тут речка на пути. Ну, я в неё и бросился. В меня тоже стреляли, но уже стемнело, так что не попали. А потом коряга попалась, я за неё уцепился и так и плыл. Потом замерзать стал, а потом не помню.
-Где это было? Напали на вас где?
-Не знаю, я раньше так далеко от деревни никогда не ходил. Шли, насколько я понял, в столицу, а уж какой дорогой, это уж хозяин командовал.
Мужик встал, оглянулся куда-то назад, потом прищурился, что-то прикидывая.
-Если вы шли на столицу, то из речек там разве что Ранынь только и есть. Мост переезжали?
-Не, не переезжали.
-Значит всё-таки Ранынь. Там как раз есть место, где дорога вдоль речки идет - мужик с новым подозрением вгляделся в меня - в тех местах речка всего полсотни шагов в ширину, и ты всю ночь плыл и не попытался выбраться на берег?
-Так это вы всё знаете, а я так вообще попал не пойми куда. Темно, ничего толком не видно, да ещё и стрелы рядом с головой булькают. На берег вылезешь, а как прямо в руки тем бандитам? Вот и цеплялся за корягу, надеясь уплыть подальше.
Мужик вдруг присел передо мной на корточки.
-Тухлая история, может для кого-то и сошла бы, только вот... Обыскали мы тебя, сразу как достали, и получается совсем странно - нищая деревенщина нанимается сопровождать обоз, а у самого карманы полны серебра. И не в кошеле, не за поясом, а просто в карманы насыпаны целые пригоршни. И нож у тебя ну никак не деревенский - и форма у него странная, и заточка великолепная, и железа с такой закалкой я никогда не видел. И рожа у тебя такая, что ни один обозник в здравом уме тебя к себе не возьмёт. Так что видится мне совсем другая история - это не на вас напали, а ты сам обоз ограбил да в бега кинулся. Про стрелы может и не соврал, только не грабители в тебя стреляли, а охрана обозная или стража у моста, когда ты пытался через мост перебраться. Оттого ты и в воду бросился, и на берег не хотел выходить, потому что погони боялся больше, чем умереть от холода. Так это было? - не дождавшись моего ответа (да и как тут оправдываться?), встал - По-хорошему бы пытать тебя надо, только не люблю я это дело. Потому отвезём мы тебя в Карсун, сдадим властям, а там уж сам решай - сказки им рассказывать или правду. И отмолчаться не получится - в подвалах у палачей и немые петь начинали. А чтобы ты глупостей в дороге не натворил... Гарнок, свяжи его, да к борту приспособь. Пока не разобрались, голодом не мори, но и кусками жирными не балуй. Понял?
Второй мужчина кивнул.
-Ну и ладно, присматривай за ним. Начнет дурить - дай по башке и за борт.
Мужчины отошли, и я получил возможность немного оглядеться. Первое впечатление - что меня засунули в какую-то обшитую деревом яму примерно шесть на шесть метров и стенами высотой метра три. Постепенно дошло, что вертикально стоящее бревно посреди ямы - это мачта, паутина канатов - её крепёж, а огромное полотнище над головой, плещущее на ветру - парус. В стене напротив виднелась дверь, а выше и дальше - нечто непонятное, напоминающее фигуру, смотрящую куда-то вперёд. Похоже, я оказался на борту какого-то торгового баркаса (или как там его правильно называть)? Для меня - просто большая лодка, забитая грудами тюков, бочонков и ящиков. За моей спиной тоже вроде небольшая пристройка, возможно для хранения особо ценного груза. Я заметил человек десять мрачноватых мужиков, которые поглядывали на меня, но ни один не подошел. Если это и в самом деле торговое судно, то понятна подозрительность хозяина - команды они должны подбирать очень строго, из проверенных людей, и появление любого случайного человека должно настораживать. Действительно, может я и в самом деле полуутопленник, а может какой хитрый засыл, который при первом удобном случае яду подсыпет, часового прирежет, а потом своих дружков позовет. Или просто сворует самое ценное и удерет по-тихому. Я вон гол как сокол, и то каждый новый человек вызывает подозрение, а если бы отвечал за десяток людей, да капитал копил годами, то сам бы, наверное, вел себя не лучше. Так что обижаться нечего, да и бесполезно. Из воды вытащили, жизнь спасли, уже за это надо быть благодарным. Мне бы только немножечко отдышаться, прийти в себя, чтобы на ногах мог стоять, а там я и сам уйду без всяких просьб и напоминаний.
Вялые мысли были прерваны появлением Гарнока с куском веревки в руке. Я думал, что он сейчас, как и приказали, начнет выворачивать мне руки, но тот почему-то задумчиво оглядел меня, и протянул: