"Фантастика 2024-3". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)

Значит, придется ехать в неизвестном направлении. А жрать чего и на какие шиши? Значит, нужна работа. Что я умею и кто здесь нужен? О скотине не имею ни малейшего понятия. Тяжелее ручки ничего в руках не держал. Были, конечно, периоды, когда и грузчиком, и подсобником работал. Но здесь и своих поднеси-подай наверняка хватает. С новым телом немного могу драться. Значит, кем – наемником в охрану? В принципе можно и так. Но ведь обязательно будут нападения, куда же без них. Геройствовать? Ну уж нет, вот этого не будет. И вообще, лучше стать плохим. Некромантией там заняться, стать местным злодеем. А потяну ли я это? Ведь не смог убить даже парня с девушкой, хотя там и делов-то было – два раза мечом махнуть. А как же я буду мертвых поднимать, людей губить, ужас нагонять?! Ведь не мое это! Но ведь можно все это делать понарошку, дал я себе слабину. Прикинуться «рыцарем печального образа», ходить скромно и за меч браться только в самом крайнем случае. Никаких походов за сокровищами, никаких баб. Тут я невольно загрустил – совсем без женщин как-то не очень, – но тут же обрадовался: а ведь нормально получится! Глянешь на женщину, вспомнишь, что нельзя, и сразу мысли и взгляд станут грустными. И никто тогда ко мне приставать не станет. Кому нужен мужик-тюфяк?
С магией тоже никаких контактов. Ни под каким видом. И власть не нужна. Ни под каким видом. Ходит печальный рохля, всех сторонится и периодически совершает мелкие подлости. Интересно, через сколько времени это надоест киношникам? И как они поступят? Кто мне скажет, что дальше можно не выпендриваться?
Или, наоборот, засомневался я, может, лучше сделать, как хотят киношники? Ни о чем думать не надо, знай только мечом махай да баб трахай. Но сценарий ведь мне не дали! Тех ли убиваю, тех ли трахаю – как узнать? Да и вообще, за каким чертом мне это надо?! Каких-то уродов развлекать? Хрен им, снова озлился я. Схватили, не спрашивая согласия, притащили неизвестно куда. Если уж я не могу им ничего противопоставить, так надо хотя бы по максимуму испортить настроение и наделать им убытков (деньги они тоже, поди, считают). Так что первый вариант плана останется главным. Никуда не лезть, ни во что не вмешиваться. Жили тут без меня тысячи лет и еще проживут не меньше, даже не заметив, что я здесь был.
А может, сразу обрубить все возможности для съемки? Им нужен боец? Хрен им! От меча избавлюсь при первой возможности. Красавец? Хрен им! Не мыться, не бриться, ходить в обносках. Смелый и благородный? Два хрена им! Получат трусливого подонка, готового за ломаный грош продать любого. Предложили сходить за сокровищами – в морду! Предложили заняться магией – в морду! Если, конечно, говоривший – не боевой маг. Никаких друзей и приятелей. Не более нескольких дней на одном месте. Главное – делать все наоборот, от противного. Может, меня и прибьют через неделю, может, заставят отрабатывать потраченные деньги, но под чужую дудку я плясать не стану!
Не бог весть какой план, но хоть что-то. Даже на душе как-то легче стало. Допивая вино, даже замурлыкал слова из детской песенки: «Что бы такого сделать плохого?» Огляделся по сторонам, и тут же, как по заказу, появился удобный повод. Невдалеке от входа сидела компания мужиков, которые уже хорошо приняли на грудь. Шумели они достаточно сильно, но хозяин почему-то замечаний не делал. И тут по каким-то своим надобностям зашла местная молодуха, очень даже в хорошем теле. О чем-то поговорила с хозяином, пару раз стрельнула в мою сторону глазками. Собралась уходить, но на выходе ее перехватили поддатые мужики, стали лапать. Немного удивило, что хозяин таверны молчал и старательно отводил взгляд в сторону. То ли управы на них не было, то ли по сценарию так положено, то ли еще что.
Ну что ж, чем не повод проявить свое «благородство»? Когда я к ним подошел, мужики уже повалили девку на стол и не могли поделить меж собой, кто же будет первым. Мое появление встретили настороженно-насмешливо:
– Че надо? В очередь вставай, если сладкого захотелось!
 
– Я без очереди, она и так моя.
– Не понял… – начал было старший.
Но я не стал рассусоливать и коротко стукнул кулаком по столу:
– Она моя и пойдет со мной!
Удар получился удачным, по краю тарелки с похлебкой, стоявшей на столе. Тарелка, кувыркаясь, полетела в голову старшего, тот ее рефлекторно отбил, но от брызг закрыться не сумел. Пока он пытался протереть глаза, я врезал одному из мужиков ребром ладони по горлу, второму локтем в солнечное сплетение, затем вырубил ударом по шее. Старший начал было замахиваться, но ему я без всяких изысков просто врезал сапогом в челюсть. Тот приложился к стене и разговаривать больше не пытался.
Я огляделся, но редкие посетители старательно отводили глаза и делали вид, что ничего особенного не происходит. Я схватил девушку за руку:
– Пошли!
Та попыталась сопротивляться, но как-то неуверенно. Когда поднялись в комнату, толкнул ее в сторону кровати:
– Раздевайся! Если хочешь.
Сам тоже стал раздеваться, старательно пугая ее похотливым взглядом. Девушка забилась в угол, глядя на меня со страхом. Если нас сейчас снимают, то кадры получатся очень даже удачные: маньяк-насильник издевается над беззащитной женщиной. Оставшись в одних штанах, задул плошку и улегся на кровать. Девушка сжалась в комочек, а когда я наклонился к ее уху, торопливо зашептала:
– Не надо, прошу вас, не надо!
Я притянул ее к себе и прошипел:
– Заткнись! Массаж делать умеешь?
Наверное, прошло не меньше минуты напряженной тишины. Потом дрожащий голос тоже шепотом спросил:
– А что это?
– Размять мышцы. Погладить, немного помять, растереть. Потом ногтями осторожно поцарапать спину.
На этот раз голос стал удивленным:
– А ногтями зачем?
– Мне – приятно, тебе – нетрудно. А завтра можно будет с чистой совестью сказать, что мы хорошо провели время, и ты в порывах страсти даже исцарапала мне спину.
Я перевернулся на живот:
– Приступай!
Девушка долго молчала, потом несмело коснулась теплыми мягкими ладошками моей спины. Сначала движения были очень осторожными. Мне даже показалось, что ее пальчики испуганно замирают на шрамах, которых у меня оказалось даже слишком много. Постепенно она осмелела, в движениях появилась сила, даже некая ласка, и я поплыл от удовольствия. А уж когда она стала осторожно царапать меня своими коготками, весь покрылся мурашками и даже застонал от наслаждения (стыдно признаваться, люблю я это дело до крайности). Но девушка вдруг замерла:
– Господин, вам хорошо?
– Очень.
– И вам этого достаточно?
Я насторожился:
– Больше я ничего от тебя не требую.
Девушка долго молчала, затем сказала чуть слышно:
– Господин, мне стыдно, что я так плохо о вас подумала. Вы позволите, чтобы я царапала вам спину, лежа под вами?
Сначала я не понял смысл фразы. Затем стало… неловко. Отказать или принять такое предложение? Но может, у меня такое будет в последний раз?
– Это твой выбор.
Послышался шорох платья, и девушка скользнула в постель уже без одежды. Были еще какие-то сомнения, но стоило ей прижаться ко мне, и последние остатки благоразумия покинули меня. В конце концов, подлец я или кто? У других бандитов отобрал, силком толкнул в постель. Пусть и продолжение будет соответствующим. Лишь бы эти сволочи-киношники не додумались использовать инфракрасную съемку…
Проснулся я только к обеду. Долго потягивался, нежился. А когда спустился вниз, наткнулся на взгляд трактирщика. Непонятный взгляд.
– Спасибо вам, господин, что не обидели Теру. Я ее видел утром, она была очень довольная.
Я спесиво вздернул подбородок:
– А чего ей быть недовольной? Я ей денег дал.
Про деньги разговора, разумеется, не было, но должен же я поддерживать образ крутого и подлого бандита, меряющего любые отношения только деньгами! Трактирщик хитро улыбнулся:
– Наверное, очень много дали, если судить по ее сияющему лицу.