"Фантастика 2024-3". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)
Сеть трудно поддавалась хирургической стали. Приходилось буквально перепиливать каждое волокно. Это открывало далеко не радужные перспективы. Вдали показалась береговая линия. Если я не успею выпасть до того, как гарпии залетят далеко в море, неизвестно где окажется точка моего возрождения. Хм, плохо. Надо менять план. А что, если?..
Я стал подтягиваться потихоньку к поясу одной из гарпий. Тварь сразу забеспокоилась и, оглянувшись виз, закричала. Встречный ветер унёс её слова, и я ничего не расслышал, продолжая с удвоенной силой подтягиваться к поясу. Руки гарпии были свободны, она выхватила из-за пояса что-то очень похожее на кистень (оружие в виде короткой палки, на одном конце которой подвешен на коротком ремне или цепочке металлический шар, или несколько шаров, прим. автора). Видимо, именно этой штукой меня приголубили по затылку накануне. Попытки летающей твари достать меня этим оружием не увенчались успехом, мешала всё та-же сеть. Вторая гарпия попыталась тоже достать меня, но и ей это не удалось. Им приходилось поддерживать синхронный полёт. Хотя, мне было очень трудно постичь аэродинамику этих созданий. Без магии здесь не обошлось. Ибо никакими законами физики и биологии не объяснить возможность к полёту у гарпий.
Наконец, я дотянулся до пояса и, просунув пальцы сквозь ячеи цепи, попытался вцепится в его край левой рукой. Удалось это наполовину, вся кисть не пролезала. Гарпия забеспокоилась ещё сильнее и начала извиваться и лягаться. В ноздри ударил резкий запах мускуса. Пару раз мне прилетело по голове изящной пяткой. Больно, я окончательно разозлился и ткнул ампутационным ножом, зажатым в правой руке наугад. Попал в самую, что ни на есть, филейную часть. Пардон, дамы, но насильно мил не будешь. От визга гарпии заложило уши. Я добавил и заработал как образцовая швейная машина. Пот заливал глаза, едкая и вонючая кровь гарпии текла по моей руке. Сеть стала дёргаться из стороны в сторону. Я наносил и наносил удары, уже ничего не видя. В какой-то момент нож проскользнул под оружейный ремень гарпии и на обратном движении кожа поддалась его режущей кромке.
Я повис в сетке, удерживаемый только одной тварью, сжимая обрезанный трофей в левой руке. Хлопки крыльев надо мной заполошно участились, и я понял, что мы снижаемся, причём стремительно, воздух уже не свистел, а ревел в ушах. Сквозь пелену перед глазами я смутно увидел суетливые движения гарпии, затем, щелчок, и я вместе с сеткой стал падать ещё быстрее. Видимо, вторая тварь отцепила сеть от своего пояса.
На секунду я услышал внизу шум прибоя, в следующее мгновение в шее раздался противный хруст и наступила темнота, перед глазами пронеслись десятки строчек системной информации...
Вы умерли, упав с большой высоты и сломав шею. Вы будете возрождены через час в пятидесяти шагах от места гибели.
Получилось. Я очнулся на прекрасном пляже в небольшом закутке из скальных глыб, смахнул висящие перед глазами страницы текста. Потом почитаю.
Укромное место, не более ста квадратных метров, было словно создано для возрождения. Закрытое с суши и со стороны боковых подходов по пляжу оно было выстлано ровным золотым песком. Прилив притащил сюда большие пучки буро-зелёных водорослей, которые сейчас высыхали под вновь выглянувшим солнцем и остро пахли морем.
Я решил никуда не спешить и собраться с мыслями. Обстановка располагала к размышлениям. Океан мерно катил свои волны, набегавшие пенным прибоем на девственно пустынный берег. Великолепный Варрагон задал новую загадку. Судя по башням, расположенным по всему городу, проблема нашествия гарпий существовала давно. Но не встречала радикального противодействия. Зачем тварям пленники? Неужели каннибализм? Хм. Не похоже. Много на себе не утащишь. Гарпиям бы пришлось тут бывать через день, чтобы прокормиться. Да и рискованное это дело. Хотя летающие женщины владеют магией разума. Ни один из пленников не сопротивлялся, более того, большинство теряли сознание при контакте. Возможно именно поэтому до сих пор и не найдено способа борьбы. Это на меня такого красивого и иммунного гарпиям не посчастливилось нарваться. А вот простым горожанам... Как там Марта интересно? А алхимик, не сплоховал, вовремя свою дымовуху кинул! Но всё равно. Устойчивость к магии разума - это, конечно, хорошо, но сам я тряпка тряпкой. Ни оружия приличного, ни снаряги... Отмахиваюсь ремесленным инструментом. Как-то туговато прокачка идёт. Ну а как тут качаться? Критерии у хозяев расплывчатые, на мобах не раскачаешься. Вон, гарпию семидесятого левела издырявил, наверняка же скопытилась в море. А мне - шиш. Сиди и жди ночи, может обломится. Нуб нубом. Побираюсь по добрым людям. Сапоги от гномы, еда от монашек. Хоть учителя нашёл, и то хлеб. Полный инвентарь эликов на ману. О, а это у нас что?
Оружейный пояс гарпии. Семь слотов. Два кинжала-близнеца Кукри (кхукри и кукури - национальный нож, используемый непальскими гуркхами, клинок имеет характерный профиль «крыла сокола» с заточкой по вогнутой грани (то есть это нож «обратным изгибом») прим. автора), восемь метательных ножей Чешуя. Редкое. +50 к силе, +50 к ловкости, +50 к физическому урону, удвоение урона при нанесении повреждений из засады. Редкое. Без привязки к классу. Полный сет: кинжалы, метательные ножи, малый кистан: +200 к защите от колюще-режущего оружия.
А вот и желанные плюшки! Эх, жаль, без полного сета теряет в защите. Как же гарпия с таким обвесом от моего ножа загнулась? Может, потому, что он ремесленный? Почитаю логи потом подробно. А сейчас - моя прелесть. Два хищных кукри словно сами прыгнули в ладони. Нахлынула ностальгия. Я встал и прошёлся взад-вперёд по своему пятачку на пляже. Мерный шум прибоя напоминал заунывную ритмичную песню Модиана. А что, если? Кукри были немного легче кинжала охотника, но удобнее в обратном хвате. Я смотрел на свои руки, унаследованные, как и весь аватар от Тёмного Эльфа. Пальцы соскучились по оружию. Чеканные рукояти, обвитые тонкой замшей, грели ладони. Сам того не замечая, я стал напевать мелодию Капитана сквозь зубы. Тоскливо заныло в груди, глаза наполнились слезами. Я сделал первый скользящий шаг, сопровождавшийся шорохом песка под подошвами сапог. За первым последовал второй. Руки сами вспомнили науку, полученную в прежнем мире. Психофизиология - великая наука. Сознание может определять бытие. Не только определять, но и направлять. А мне очень нужно это бытие! Особенно в мире небытия.
Уже увереннее тело стало проводить более сложные связки с прыжками и перекатами. Цепочки следов покрыли почти всю поверхность маленького пляжа. Сами собой закрылись веки, дыхание стало ровнее. Остались только темнота, танец клинков и запах моря.
Не знаю, сколько бы это продолжалось. Не было ни времени, ни пространства. Я растворился. Такого не испытывал даже в Игре. Потрясающие ощущения, из которых меня вырвал смех. Яркий, солнечный, заразительный. Так смеются дети, просто радуясь... Но смеялся не ребёнок. Из воды на меня смотрела девушка.
Везёт мне на кареглазых . Потемневшие мокрые волосы обрамляли загорелое скуластое лицо, Девушка улыбалась, сверкая крепостью и белизной зубов. Непокорные волосы она сбросила назад, открыв широкий лоб без единой морщинки. Правая бровь была иронично приподнята.
В лагуне волны прибоя были не такими высокими, как на основном пляже. Гребни их вспенивались и покрывали поверхность моря пузырящимися разводами. Девушка находилась в воде по шею, и я невольно нафантазировал остальные подробности её облика. Незнакомка, поймав мой взгляд, нахмурилась, от чего стала ещё симпатичнее и у меня пропал дар речи. Видимо, все мои чувства отразились на лице и ещё больше её разозлили.
- Эй, воин! За такой взгляд можно дорого заплатить в наших краях! - звонкий голос звенел от возмущения.
- Здравствуй, незнакомка, - я поклонился, пряча кинжалы в ножны и застёгивая пояс, - я - не воин и не хотел тебя обидеть, я вообще не думал, что в этом одиноком месте кого-нибудь встречу, не бойся меня, не обижу. Я сейчас отвернусь и дам тебе одеться, может быть, тогда ты простишь меня! - я демонстративно отвернулся и присел на песок. Позади раздались негромкие всплески и шлепки босых ног по камням. Затем всё стихло. Я уже подумал, что девушка обиделась и ушла совсем.