"Фантастика 2024-3". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)

— А если нет? — лихорадочно спросил я. Мысли были в смятении. Информация взрывала мозг. Почему-то верилось во всё это сразу и безоговорочно.
— Ничего страшного, разговор наш стирается у вас из памяти, вы возвращаетесь к прежней жизни, как будто ничего не произошло.
— И всё?
— Да, живите дальше, как хотите, — я закрыл глаза и передо мной встала моя прежняя жизнь. Нет, не хочу!
— А дед выбрал новую реальность? — с затаённым дыханием я ждал ответа.
Орк молча посмотрел на меня сквозь стёкла пенсне.
— Я не вправе разглашать эту информацию, — тон его заледенел, — вы должны решить всё в течении 30 минут. Я сейчас выйду из локации, вы будете здесь закапсулированы. Скоро я приду за ответом. — и орк растаял невесомым облачком.
Вот такие дела, Артём Сергеевич. Остаться на Земле или выбрать космическую реинкарнацию? А ведь я к этому шёл. Или подталкивали меня всё последнее время. Плевать. Исхода только два. Что меня ждёт на земле? Вернусь, похороню деда, выйду через пять дней на работу. И буду заниматься нелюбимым делом… сколько смогу или сколько позволят. Игра после этой информации покажется пресной. Да и не хочу я больше туда, где правят бал всякие «Уравнители» и Бюро. И зачем мне тридцать минут?
— Эй, алё гараж! Не надо больше ждать. Согласен я. Пакуйте.
Орк мгновенно материализовался за столом.
— Что же, хорошо, я уважаю ваше решение, Артём. Прежде всего нужно подготовится. Сам переход проводится не мгновенно. Тонкая структура разума ничего общего с существующими земными понятиями о физике и физиологии не имеет. Процесс длится около двенадцати часов индивидуального времени. Вы должны будете оставить на этом столе все предметы из инвентаря, а также одежду. Мы в шутку называем этот сарай Чистилищем. В этом есть доля истины. Затем, я выпущу вас в эти ворота, — он указал на те, что были за его спиной, — вы получите из одежды только вот этот предмет, — он выложил на стол рясу из грубой толстой мешковины, с капюшоном, — за воротами начинается переходная локация, своеобразный мост между мирами. Мы называем его просто «Путь». Это дорога, по которой вы должны пройти до конца. Вы сё понимаете?
— Пока всё предельно ясно. Что мне делать в Пути и как я пойму, что переход закончился?
— Отлично, мы не ошиблись в вас, вопросы справедливы. Виртуальный мир Земли или совокупная виртуальная реальность не сразу отпускают душу игрока. Вы рвёте пуповину медленно, по живому. Это очень тяжело эмоционально. На Пути старайтесь бороться с депрессией. У каждой души свой Путь, и я не могу предугадать, какой будет у вас. Скажу, что обязательно на этом пути у вас будут встречи. Не игнорируйте их. Это поможет в новом мире. Вы готовы начать?
— Хм, дда! — с некоторой заминкой ответил я.
— И ещё, вам разрешается одно электронное послание одному объекту на Земле. Здесь и сейчас. Поскольку, когда за вами закроются эти ворота, физическое тело на Земле умрёт.
— Подумать можно!
— Да, недолго.
Вот это проблема. Дяде Мише? Зачем смущать старика? Похоронит и успокоится. А так — пустые переживания. Хельге? А на черта я ей сдался? Молодая. Вся жизнь впереди. Это что получается? Некому совсем? А, хотя…
— Я выбрал.
— Прошу, — орк пододвинул ко мне терминал, возникший на столе. Через минуту я встал и набрав в грудь воздуха сказал:
— Теперь уж точно готов.
Орк молча указал мне на мою одежду. Я быстро освободил все слоты инвентаря и рюкзак и свалил все на стол. Натянул рясу и подошёл к воротам.
— Да поможет тебе великий Рандом! — орк подтолкнул меня в спину и задвинул створки ворот за мной. На столе истаивал терминал, на экране которого горело внутриигровое сообщение абоненту Гном Вася:
— Живи счастливо!
  
ЭПИЛОГ
 
 
 
 
Я с тобою пошёл на бой,
 
Чтобы вытерпеть твою боль
 
Ну а с ней, я пошёл на жизнь
 
И осталась одна только смерть.
 
Вот туда я возьму вас всех,
 
Чтоб и там я вас смог полюбить…
 
 
Неизвестный поэт.
 
 
Ворота за спиной закрылись с протяжным скрипом. В затылок дохнуло жаром, как бы подталкивая меня вперед. Выходить из тепла в сырое утро не хотелось. Дорога под ногами шла в гору. На обочинах ютились чахлые кустики крапивы вперемежку с кучками каменных голышей. Тёмно-зелёные цвета доставшегося мне Пути терялись в дымке серого тумана. Я невольно передернул плечами под колючей тканью подаренного рясы и зашагал, стараясь особо не морщится: ступни то и дело накалывали мелкие камни там и сям валявшиеся на дороге. Несильный, но промозглый ветер дул прямо в лицо, старался забраться под полы одежды. Кожа кистей рук и стоп сразу покраснела и ее начали покалывать мелкие иголки. Реалистичность нового мира действительно поражала. Если так выглядит Путь, то каков же мир Небытия?
 
На душе было пусто, и серое небо, едва видимое за клочьями тумана, не прибавляло настроения. Достигнутая такими трудами цель не давала чувства удовлетворения, и только тревога, поселившаяся где-то внутри живота, почему — то заставляла ускорять шаг. Запоздало оглянувшись, я не увидел уже исчезнувших за поворотом ворот Чистилища.
Дорога становилась все круче и вилась змеей, все сильнее забирая в гору. Туман позволял увидеть ее только метров на 20–30 вперед. Порывы ветра становились сильнее и резче.
Спустя два часа мне удалось достигнуть места, где Путь делал крутой поворот вправо и стал полого спускаться вниз. Ещё через полчаса ветер стал стихать, а туман превратился в непонятную субстанцию, напоминая молоко, разведенное водой.
Дальше дорога стала медленно поворачивать влево, и через некоторое время мне стало казаться, что я иду по огромному циклопическому ущелью, точнее по его внутренней стене. А в центре ущелья, за зыбкой пеленой тумана, медленно проступала тень исполинской горы. Вся эта картина давила на мозг, но отвлекала от боли в ступнях, которая к тому времени превратилась в проблему. Нет, кровавых следов, к счастью, как ни приглядывался, я ещё не оставлял, но и особого комфорта в Пути ИскИн не обещал.
К четвертому часу издевательства над собственным организмом, наконец, появилось солнечные лучи стали пронизывать туман то здесь, то там. С каждым новым витком дороги скальная поверхность горы в центре ущелья обрастала всё большими деталями.
То там, то здесь на ней виднелись широкие уступы, поросшие можжевельником, масштабы которых я смог оценить уже несколько позже.
Расстояние от дороги до ближайшего уступа было, пожалуй, чуть менее полусотни метров. Снизу из непроглядной пропасти, медленно поднимались все те же опостылевшие клочья тумана. Дна было невидно, а брошенный мной из интереса камень, канул беззвучно, не отозвавшись ни звуком удара, ни осыпью. Раздражала тишина. Если первую часть пути шум ветра в ушах ещё давал ощущение реальности, то сейчас только мягкий шорох ступней по земле, да ноющая боль в груди и ногах продолжали держать меня в тонусе.
Показавшийся за изгибом горы очередной уступ, на этот раз был кем-то облюбован. К тому моменту я так устал от монотонности подъёма, что сначала даже не остановился. Удивляться не было сил.
Пройдя несколько десятков шагов и приглядевшись, стал понимать, что, видимо, перегруженная психика, наконец, нашла повод отомстить мне за все испытания последних дней, которым я её подверг. Морось или пот (я не заметил, как вспотел) заливали глаза. Пришлось скинуть капюшон и тщательно протереть их ладонями. Мне открылась великолепная картина, достойная великих веб-мастеров виртуальности.
На чёрном, как антрацит, каменном уступе, повернув в мою сторону бурую лобастую голову, стоял огромный медведь. Нет, не так. МЕДВЕДЬ. Туша его частично была покрыта доспехами из сверкающего белого металла, на поверхности которого солнечные зайчики играли каждый раз, как он переступал своими чудовищными лапами. Пар из ноздрей зверя при каждом выдохе колыхал туманную дымку, а сиплое дыхание было слышно даже по эту сторону пропасти. Опасность, казалось, исходила от самых кончиков стальных когтей на латных перчатках до серой попоны на медвежьей спине.