"Фантастика 2024-3". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)
После всего услышанного я зла на него почти не держал. Хотя в следующую нашу встречу всё-таки прихвачу с собой огнетушитель. Желательно, потяжелее.
Когда стало ясно, что поблизости никого нет, я принялся за обыск уцелевших домов. Заодно подобрал нам подходящее убежище на ближайшую ночь, неподалёку от лодочной станции. Шухерезада пока ещё была очень слаба и ей требовалось время на восстановление. Тем более вся ближайшая округа значилась как безопасная зона. Без всяких «условно».
Хотя учитывая недавнее нападение «зелёных человечков» доверять карте полностью не стоило, лучше места всё равно не найдёшь. Те ребята были явно залётными, поэтому система на них не успела толком среагировать.
Всё остальное мало-мальски серьёзное здесь давно извели на корню, а пришлые монстры особо не задерживались, ибо не за чем. По Работкино прошла явно не одна волна мародёров и всяких вредителей, так что из съестного там осталась только трава. Огороды заросли ей кое-где по пояс, наглухо забив культурные растения. Зато мне посчастливилось найти новый бинокль взамен утраченого во время нападения кровососов. Ничего особенного — обычная гражданская «пятикратка» с сомнительной защитой от влаги, но хоть что-то. Правда, Пелагея находку сходу забраковала, заявив, что нам нужна подзорная труба. Иначе беспонтово.
Общение с Ногогрызом на пользу ей явно не пошло. У меня так и не получилось доказать ей, что мы никакие не мореплаватели. Волга выглядела слишком внушительно, и на обычную реку походила мало.
До вечера мне всё равно нечем было заняться, поэтому после лёгкого перекуса сухпайком я отправился на очередной круг поисков. Девчонки же остались отдыхать. Шухерезада забылась беспокойным сном, а Пелагея нашла стопку детских комиксов про девочек-волшебниц и ушла туда с головой. Читать по слогам у неё получалось всё лучше, скоро уже на беглую скорость перейдёт.
В принципе, в нашем нынешнем мире этот навык снова будет в почёте, ведь телевидение с интернетом приказали долго жить. Книга в этом отношении более неприхотлива. Те из выживших, кто посмекалистее, давно уже начали собирать у себя в поселениях обширные библиотеки. Не только с научно-техническими работами, но и с художественной литературой. Она даже сейчас пользовалась куда большей популярностью, чем учебники со справочниками.
Людям надо иногда отвлечься, занять голову хоть ненадолго от творящегося вокруг безумия, и книги в таком деле — отличные помощники. Они и раньше многих выручали, а сейчас у них наступил настоящий Ренессанс. Глядишь, люди скоро снова писать начнут, когда всё доступное чтиво закончится…
Поначалу успехом в поисках даже не пахло, но потом в одном из полуразрушенных домов я наткнулся на вход на цокольный этаж. Уж больно характерная тропинка проглядывалась меж обломков стен. Раньше внизу располагался гараж и что-то вроде небольшого складика. Хозяин явно увлекался рыбалкой и туризмом, и даже имел собственный катер, судя по характерному прицепу.
Вездесущие паразиты смогли сюда пробраться первыми, уничтожив все съестные припасы, включая консервы, и основательно попортили многие другие вещи. Чисто из вредности. Особенно досталось одежде, изорванной в лоскуты. Так бы и продолжалось, пока распоясавшихся вредителей не накрыло рухнувшей стойкой со снастями. Некоторые так и не смогли выпутаться, превратившись в кучки грязной золы на полу, остальные предпочли покинуть это место.
Излохмаченные сети меня мало интересовали, а вот походные принадлежности — другое дело. Перво-наперво я прихватил полевую аптечку в крепком кейсе, на котором остались следы чьих-то зубов. Внутреннее наполнение не пострадало, хотя большинство лекарств были просрочены. У некоторых срок закончился ещё в том году, так что хозяин держал чемоданчик скорее для галочки. Ну ничего, нам и такое сгодится.
Следующим в списке полезных вещей шёл вместительный рюкзак, завалявшийся на верхних полках. Такое нельзя пропускать, тем более внутри обнаружился довольно приличный нож в поясном чехле. Остальную мелочёвку я вытряхнул, оставив себе лишь моток изоленты и непромокаемые спички. Вылазка уже оправдалась, но главная находка ждала меня под завалами рухнувшего стеллажа. Я заглянул туда перед уходом, чтобы на всякий случай проверить кучки золы, и внезапно заметил среди прочего мусора поблескивающий кругляш объектива. И не просто какой-нибудь камеры, а полноценного полевого бинокля. С таким в театр уже не пойдёшь.
Бинго, к сожалению, оказалось не полным, ибо от удара одна из линз лопнула. Я покрутил оптику в руках, после чего решительно отсёк пострадавшую половину «Аспиринкой». Оставшаяся часть вместе с колёсиком фокусировки выглядела кривовато, но вполне годилась на роль подзорной трубы. Особенно для каких-нибудь босоногих речных пиратов. Больше там ничего отыскать не удалось, даже самой завалящей монетки. Видимо, вредители были совсем слабенькие.
Тем временем снаружи начало понемногу смеркаться, и выбравшись из цокольного этажа я решил на сегодня закончить. Предстояло ещё наладить оборону нашего убежища, и смастерить какой-нибудь нехитрый ужин. Жаль, что продуктами не вышло разжиться, но с каждым месяцем эта задача становилась всё более невыполнимой. Это раньше можно было ввалиться практически в любой населённый пункт и набрать там вдоволь еды.
Неудивительно, что кое-где основу рациона составляет одна рыба…
Ночёвка прошла спокойно, как и положено в безопасной зоне. С утра пораньше я ещё раз прошвырнулся по округе, но никого подозрительного не заметил. Задерживаться дальше в Работкино не имело никакого смысла. Больше ничего здесь не выудишь.
Отдых пошёл Шухерезаде на пользу — девушка немного окрепла, и даже снова начала шутить. Рука с ногой выглядели чуть получше, но слушались с трудом. Пеший путь она бы точно не осилила, а вот сидеть «на банке» вполне могла.
Поэтому сразу после завтрака мы погрузились в лодку и отчалили от станции. Поначалу плавание воспринималось лёгкой прогулкой, но стоило выплыть из заводи, как мне пришлось крепко приналечь на вёсла. Двигаться нам предстояло против течения, навстречу простирающемуся Хаосу. Искать там выживших никому бы в здравом уме не пришло, но меня психически здоровым никак не назовёшь.
Как ни странно, гребля мне зашла. Солнышко пригревает, водичка журчит, птички поют, а ты пыхтишь на вёслах. Красота! Мышцы истосковались по хорошей нагрузке, и почти не ныли, особенно когда вошёл в правильный ритм. Пусть и потихоньку, но лодка пошла нужным курсом. Благо я не строил из себя великого гребца и не совался туда, где наблюдалось самое сильное течение. Хотя и там нас не слишком бы сносило. Волга — река степенная, и никуда не торопится.
Конечно, с мотором мы бы управились ещё до обеда, но спешка в таком деле противопоказана. Тише едешь — здоровей будешь. Так что у нас действительно вышла отличная речная прогулка. Мелкие островки я обозревал из оптики, с трудом забирая её у Пелагеи, а к большим мы причаливали для более детального осмотра. Дочка не выпускала из рук импровизированную подзорную трубу и с интересом разглядывала окрестности. С которых хоть картины пиши. Правда, до тех пор, пока на берегах не показывались разорённые посёлки и деревушки.
Особенности русла вносили свои коррективы, и большинство из островов силуэтом напоминали перья — скруглённые с одной стороны и вытянутые с другой. Почти везде росли деревья, и лишь в одном месте суша представляла собой голую спёкшуюся землю. Наверняка не обошлось без магии, но мне требовалось нечто другое.
После полудня на очередном повороте русла нам попался настоящий архипелаг с узкими проливами между островками. Островов десять, не меньше. Там пришлось долго петлять, зато на самом большом мы внезапно обнаружили недавнюю вырубку. Причём валили там лишь крупные деревья, игнорируя молодняк и прочий неликвид. Явно не работа каких-нибудь волшебных бобров. Судя по оставшимся пенькам, пилили их максимум зимой, а следы волочения стволов обрывались у берега.
На соседнем островке обнаружилась похожая картина, так что мы точно напали на чей-то след. Наскоро перекусив, я погрузил девчонок на борт и продолжил силовые упражнения с вёслами. Вскоре за кормой лодки остался последний клочок суши, тонкой перемычкой соединявшейся с берегом. Там тоже растительность основательно проредили, но останавливаться не имело большого смысла.