"Фантастика 2024-3". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)
Однако повод для беспокойства всё же имелся — оттуда давненько никто не приходил. Не вернулась и собственная делегация Великого Врага, собранная из местных жителей. Больше гномы туда никого не отправляли, предпочитая худо-бедно контролировать окрестности в радиусе одного дня пути. На большее пока не хватало сил. Союз с Малиновкой, на который в крепости возлагали большие надежды, оказался фикцией, а больше положиться было не на кого.
Если два крупных поселения объединятся, в области станет гораздо спокойнее. А там и остальные подтянутся, как обычно бывает. Но пока это лишь мечты, очень далёкие от осуществления. А раз приближать их больше некому, придётся взвалить на себя ещё один квест. Тем более, мне по пути.
С какой-то стороны гномов можно понять — в крепости хоть и много народу, но в случае крупных столкновений все бойцы будут наперечёт.
Накануне на крепость как раз совершили очередной налёт какие-то хаотичные твари. Причём, буквально, потому что у большинства имелась хотя бы пара крыльев. Ночь прошла под частый треск зенитных орудий и вспышки магических молний, но всеобщую мобилизацию так и не объявили. До четырёх утра я сидел вместе с прочими резервистами в баре, пока всё не стихло окончательно. Расчёты справились сами, не подпустив никого за периметр. А с рассветом наружу вышли несколько специальных групп сборщиков, которые искали выпавшее добро.
Мы пожелали им крупного улова и отправились в путь.
На первый взгляд местность вокруг не сильно отличалась от той, по которой я бродил в том году. Те же деревья в перелесках, овраги и балки. Поля, разве что, заросли обычной травой, выбившей большую часть культурных растений. Кое-где ещё попадались чистые островки ячменя с овсом, но их потихоньку забивали со всех сторон. Самым живучим в этом плане оказался горох, который на равных конкурировал с сорняками. Однако и ему оставалось недолго — помимо разросшихся кустарников там понемногу поднимался свежий подрост из деревьев, который затянет всё без просвета. В основном, берёзы, но встречались и такие экземпляры, которые я сам не мог определить.
Может, и правда тут скоро будут пальмы колоситься…
А вот в небольших деревнях и сёлах картина наблюдалась совсем другая. Если раньше они выглядели, как будто хозяева срочно уехали куда-то и вот-вот вернутся, то сейчас запустение было видно с первого взгляда. Во дворах трава стояла по пояс, заборы покосились, а от большей части домов остались лишь печальные руины. Почти везде прошлись группы собирателей, а то и не по одному разу. Полностью целая постройка, у которой даже окна не выбиты, уже вызывала подозрения. Попадались они крайне редко, и чаще всего поблизости притаилась какая-нибудь гадость. Например, аномалия, от которой стоило держаться подальше.
Обходить стороной мелкие поселения мы не стали, дабы не терять время попусту. Ничего серьёзного там не обитало, и даже для меня раскраска была в основном оранжевая. Мертвяков и прочую нежить я давно перестал считать за угрозу. Разве что шустрые кровососы доставляли проблем. Приходилось за ними гоняться, но оставлять такую заразу было выше моих сил. Сразу перед глазами вставала та роковая ночь, когда мы обороняли лесное убежище от подручных мага крови.
С тех пор клыкастые монстры вызывали у меня лишь одно желание — поскорее их упокоить. Тем более обычные упыри при всём желании не могли мне ничего противопоставить. В скорости я им почти не уступал, а секира из редчайшего металла рубила их чуть ли не пополам. Раны от нового оружия не затягивались и разъедали мёртвую плоть, как и после контакта с серебром, так что нежить очень быстро заканчивалась.
При этом мне больше не хотелось отрубить себе руки, которые поражало проклятье разложения. Продукт гномьего кузнечного ремесла радовал с каждым разом, хотя поначалу я с непривычки слишком сильно размахивался и терял равновесие. Это как после лома взять в руки бамбуковую тростинку. Один раз меня чуть не засыпало обломками рухнувшего дома, чьи стены пострадали от белоснежного лезвия. Секира рубила камни с кирпичами походя, будто они из бумаги. С металлами уже приходилось прикладывать усилия, потому что орудию сильно не хватало собственного веса. При этом режущая кромка оставалась без единой зазубрины. Одним словом — артефакт.
К сожалению, список интересных лекарств подошёл к концу, так что я после долгого перебора остановился на банальной ацетилсалициловой кислоте, так же известной как «Аспирин». Почему-то белёсый металл вызывал ассоциацию именно с этими таблетками, а ещё мне внезапно вспомнилось одна древнегреческая гравюра, где обиженная жена избавляла своего гулящего мужа от головной боли похожим инструментом.
Для секиры мне сделали специальную перевязь через плечо, потому что носить её на бедре оказалось не очень удобно. Она постоянно за что-нибудь цеплялась при ходьбе. Таскать «Аспиринку» в чехле за спиной было куда сподручнее, правда, в таком случае быстро уже не вооружишься. Когда мы заходили в опасные места, я не выпускал её из рук, благо лёгкий вес позволял спокойно заниматься колдовской «распальцовкой».
За день мы намотали порядочно километров, и к вечеру остановились в одной мелкой деревушке, что стояла на берегу пьяной реки. Именно так нас заверил дорожный указатель возле моста, на котором было написано «Река Пьяна!». Восклицательный знак кто-то подрисовал позже, при помощи баллончика с краской, но название всё равно заслуживало похвалы.
Куда сложнее оказалось найти подходящее жильё. Здесь как будто война отгремела, не оставив кое-где камня на камне. Большая часть домов представляла собой сплошные завалы, и даже у самых крепких построек отсутствовала то крыша, то парочка стен. Я уже подумывал о том, чтобы добраться до следующей деревни за рекой или вовсе заночевать в чистом поле, но внезапно на окраине нашлась вполне приличная избушка. Типовой русский домик с деревянной резьбой на оконных рамах, возведённый ещё в позапрошлом веке, отлично сохранился и до наших дней. Покрась его заново, да замени окна — и можно праздновать новоселье.
Внутри тоже оказалось на удивление чисто. Пыли всего с палец и никакого погрома. Старую печь прежние хозяева давно разобрали, поставив вместо неё современную буржуйку, благодаря чему общее помещение получилось разделить перегородкой на две комнаты. Она была жилой, а вторая — хозяйственной. Правда, санузел и прочие удобства располагались во дворе, под тенью плодовых деревьев. Жаль не сезон, а то здесь можно было собрать хороший урожай груш, яблок и черешни. Холодильник находился далеко в сенях и не смог отравить кухню, как часто бывает, что тоже очевидный плюс. Имелся тут и погреб, выметенный подчистую. Остались лишь многочисленные полки с ящиками и куча пустых банок.
Судя по истрепавшемуся скотчу на окнах и отсутствию большого мусора внутри, сюда раньше кто-то заглядывал, а то и вовсе жил. Правда, с тех пор прошло уже много времени, так что беспокоиться не стоило. Я обновил застекление на рамах при помощи рулона с плёнкой, а девчонки немного прибрались в жилой комнате. Можно сказать, царские условия. Кроватей было целых две, так что не пришлось даже спальники распаковывать. В шкафах залежалась целая куча белья, пусть и припудренного пылью, но вполне чистого.
Я быстренько нарубил дров при помощи «Аспиринки», которая даже не рубила древесину, а резала, после чего затопил буржуйку. Гномы дали с собой кучу походной еды, которую осталось только подогреть. Никаких сухпайков, набивших мне оскомину за последнее время. В итоге мы ещё и поужинали, как короли — первое, второе и компот! Пелагея после пира тут же уснула, да и Шухерезада выглядела осоловелой.
— Эх, всегда бы так…
Девушка широко зевнула и тоже отправилась на боковую. Причём она заняла единственную двуспальную кровать — просто так, безо всякого подтекста. Хоть я до сих пор не научился толком распознавать все эти женские намёки, никакой игривости от скрипачки даже близко не чувствовалось. И это прекрасно. С той же Талией или Анной путешествовать было бы куда тяжелее.