"Фантастика 2024-3". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)

Первые чем-то напоминали змей своими вытянутыми телами, закрученными в блестящие кольца. Да и приплюснутые головы усиливали это сходство. Вот только имелось у них и что-то вроде рук, аж целых четыре штуки, в которых они держали различное оружие. Преимущественно, всякое колюще-режущее престранного вида — от серпов до кривых сабель. Верхнюю половину туловища защищали лёгкие пластинчатые доспехи из чьей-то крупной чешуи. Длину существ из-за их змеевидного строения довольно сложно прикинуть, но судя по тому, что они возвышались над всеми остальными… Думаю, пять метров вряд ли будет сильным преувеличением.
Второй вид я про себя окрестил жабами. Их отличали бочкообразные тела, покрытые крупными бородавками, и толстые лапы с отчётливыми перепонками между пальцев. Броня на них была попроще, а задние конечности выгибались в противоположную сторону, как и у наших кузнечиков. Тупорылые морды так и просили кирпича, а из глоток периодически вырывался гортанный рёв. Эти товарищи владели различным древковым оружием, от копий и бердышей до коротких дротиков. Лишь у некоторых имелись при себе примитивные булавы, представляющие собой бамбуковые палки со вбитыми в них клиньями и шипами.
Последний вид напоминал рептилий с высоким гребнем на башке, переходящим на спину. Но не таких могучих, как людоящеры из каневских лиманов, способных забороть в рукопашную кого угодно. Эти рептилоиды куда больше напоминали худосочных тритонов, чем крокодилов. Вытянутые поджарые тела, обтянутые сизой кожей, худенькие лапки и огромные глаза навыкате. Очень быстрые и даже какие-то суетливые движения выдавали в них непосед. В основном они сновали рядом со странными метательными орудиями, что были закреплены прямо на панцире морского чудища.
Поначалу я думал, что это они обстреливали нас морскими ежами, но сооружения больше напоминали стреломёты с толстыми катушками в комплекте. В общем, пираты оказались вовсе не такими, как я их себе представлял. Хотя хотели они всё того же — захватить наше судно. Ну или потопить его, если уж не получится. Вряд ли такой исход станет для водоплавающих разбойников большой проблемой.
Надо же, как иронично получается. Их корабли, в отличие от нашего, в прямом смысле являлись живыми. А мы вот на чьих-то бренных останках плаваем…
Стоило «черепахам» окончательно всплыть, как в нашу сторону с громкими хлопками полетели многочисленные гарпуны, на концах которых крепились верёвки. По скорости живые суда пиратов немного отставали от костяного корабля, и поэтому те старались изо всех сил его замедлить.
Большинство снарядов вонзались в корпус чуть выше ватерлинии, и лишь парочка долетела до верхней палубы. Бурые канаты тут же натягивались струной, но ни один так и не лопнул. Лишь несколько гарпунов, не выдержав давления, выдернулись из пробоин. Их подтянули обратно и выстрелили по новой. А вот морских ежей в нас уже больше никто не швырял. Зато вместо них жабы-переростки начали плеваться сгустками едкой кислоты, хорошо хоть неприцельно. Да и большую часть плевков сдувало порывистым ветром.
Некоторые тросы нам всё же удалось перерубить, но до самых низких мы банально не доставали. Лучше всех с этим справлялась Талия, но её хлыст оказался полностью бесполезным в воде, а волны то и дело полностью скрывали гарпуны.
Костяное судно замедлилось настолько, что «черепахи» смогли сблизиться с ним почти впритирку. Нападавшие по этому поводу подняли радостный многоголосы вой, мы же вместе с нежитью предпочли сохранить многозначительное молчание. Посмотрим ещё, кто на чью могилу в итоге плюнет.
— Уничтожьте их, пока не подоспели остальные! — приказал нам Синголло, осмотрев горизонт. — Мне нужно время, чтобы подготовить корабль к рывку.
После чего фигура эльфа стала стремительно блекнуть, пока не исчезла совсем. Тоже мне, капитан. Надеюсь, он действительно занят чем-то полезным, а не слинял отсюда куда подальше. С другой стороны, его старший помощник по-прежнему стоял за рогатым штурвалом, раздавая ценные указания в отсутствие командира:
 
— Так ребята, делитесь пополам и помогите навалять супостатам! Нам нужно поскорее сбросить этот балласт, пока не стало совсем туго. Подводники такими малыми группами в набег не ходят, так что считайте это разминкой.
— Умеешь ты подбодрить… — с кислой миной проворчал Демидов, баюкая в руках странный автомат.
Тем временем его коллега стал сноровисто избавляться от чёрной одежды, ничуть не стесняясь посторонних и не совсем подходящего времени для обращения в волка.
— Как же полнолуние? — не удержался я от вопроса.
— А по-твоему луна с помощью чего светит? — улыбнулся он, сквозь гримасу боли.
Действительно, если так прикинуть, то это ведь отражённый солнечный свет. Как-то раньше об этом не задумывался…
Ломало мужика будь здоров — врагу не пожелаешь. Та же метаморфоза Толяна в горгулью происходила менее болезненно и более быстро. Вскоре изменения зашли столь далеко, что бедолага потерял способность говорить, только рычал и выгибался. Зато его тело преображалось на глазах, становясь всё более могучим и мохнатым. В такой форме он кому хочешь даст прикурить.
Утренние сумерки окончательно растаяли, позволив оглядеть окружающую нас акваторию. Гоблин-рулевой оказался целиком и полностью прав — почти со всех сторон в искрящемся море отчётливо мелькали тёмные пятна. Где-то больше, где-то меньше, но точному подсчёту они не поддавались. Тут и без подзорной трубы предельно ясно, что к нам вовсю спешат новые «черепахи», чтобы навалиться всем скопом. И ещё непонятно, сколько из них преследуют нас под водой.
А пока их коллеги, встретившиеся первыми на пути, изо всех сил тормозили корабль и всячески осложняли нам жизнь. Один из плевков прямо на моих глазах прожёг сквозную дыру в умертвии, что маячило на краю борта в безуспешных попытках избавиться от тросов. Нежить такого критического повреждения не перенесла, превратившись в кучку рваного тряпья, припорошённого костной пылью. А ведь команда особой многочисленностью похвастаться не могла. Всего пара десятков левитирующих скелетов, десяток ходячих, а остальные — лишь бесплотные призраки, раздувающие паруса. Негусто, прямо скажем.
Придётся подкинуть некроманту свежего материала…
Наша помощь в обороне пришлась как нельзя кстати. Люди в чёрном взяли шефство над левым бортом, а мы с Талией — над правым. Так же к нам присоединился невозмутимый Игорь Солодухин. Военный делегат по-прежнему не брался за оружие, и вскоре выяснилось — почему. Когда плавсредства поравнялись, он преспокойно подошёл к поручням вдоль борта и вскинул руки со сжатыми кулаками, став живым памятником пофигизму. Пираты тут же сосредоточились на нём, обильно швыряя в него кислоту и дротики, но того будто защищало невидимое поле. Все снаряды не долетали до истребителя, рикошетя в сторону примерно в метре от него.
Интересная защита, мне бы такая точно не помешала.
А вот он в свою очередь отстрелялся гораздо эффективнее. Его кулаки на миг объяло тёмное пламя, после чего в сторону нападавших ринулись два чёрных росчерка. Они оставили после себя дымный след в воздухе, прошив насквозь нескольких существ, что стояли друг за другом. Всё-таки на шипастом панцире было тесновато.
У каждого, кто попал под удар, в теле образовалось нештатное отверстие размером с кулак, что для большинства стало прямым билетом на тот свет. Лишь змееподобный воин смог выжить, но одна из его четырёх рук повисла безжизненной плетью.
Спустя три секунды Солод повторил ультимативный залп, заставив существ серьёзно занервничать. Тут уходить под воду, оставив нас в покое, либо идти ва-банк. Если раньше они особо не рвались вперёд, ожидая скорого подкрепления, то теперь они вынуждены были покинуть панцирь. Змеи ринулись по канатам, ловко обвивая их по спирали, а гигантские лягушки просто запрыгивали к нам на борт безо всякого разбега и совести.
В общем, начался полный абордаж.
Один из таких прыгунов со шлепком приземлился рядом со мной, но сразу же получил по морде Ибуклином, не успев в меня даже харкнуть. Череп у него оказался такой толщины, что невольно возникал вопрос, а помещаются ли там вообще мозги? Будь у меня обычное оружие, пробить такую естественную броню вряд ли бы получилось, но мифриловое лезвие с хрустом раскроило черепушку, как обычное полено.