Шаринган Какаши (СИ)

— М-м-ма… — к подобному варианту событий я оказался совершенно не готов.
Неужели он не увидел память о моей прошлой жизни? Другом мире? Манги? И всего остального? Впрочем, скорей всего так и случилось. Иноичи лично же уточнил о подозрительной части воспоминаний и ничего другого он мог попросту не искать. Да и память о прошлой жизни наверняка находилась где-то в душе, генах или ещё где, но точно не в мозгах. И получилось, что мою память проверили, но не нашли ничего лишнего, а только то, что я помнил как Хатаке Какаши.
«Мне крупно повезло…»
Мельком подумав об этом, я поймал себя на мысли что слишком долго молчу и надо было что-то сказать, дабы не вызвать ещё больше подозрений.
— Кхм. Простите, я невольно задумался и потерялся во времени. Не могли бы вы повторить свой вопрос?
— Мне интересно, что тебе удалось вспомнить и понять самому? — повторил длинноволосый блондин, пока я размышлял, что же ему можно ответить.
— М-м-мма… Смерть Рин оказалась очень странной. Ниндзя тумана действовали нелогично и изменили свой план. Да и сама девушка неведомо как оказалась на пути моей атаки. Я помню всё, словно это был кошмарный сон. Однако, несмотря на хорошую память, я никак не могу отыскать ответов. — Решил я побыть честным в этом вопросе.
— Кошмарный сон, вот как, — задумчиво повторил Иноичи. — Отчасти так и есть.
«Что?» — спросил я про себя и прежде чем озвучить вопрос, меня опередил Сенсей.
— Что ты хочешь этим сказать? — Присоединился к разговору Минато, с вопросом глянув в сторону Иноичи.
— Хм… в общем, Какаши, проверив твою память, я заметил следы Гендзюцу: кто-то неизвестный захватил твой разум под контроль и всё что ты помнишь, может оказаться не настоящим и сделанным не по твоей воле.
Подобная информация подействовала на меня словно ведро холодной воды. В то же мгновение мозг принялся думать и быстро собрал все известные переменные, решив пример и отгадав загадку. И ведь всё сошлось! Шиноби Кири могли оказаться белыми зецу, что приняли внешний вид убитых Мадарой ниндзя, а мы с Рин просто попались в его иллюзии и даже не заметили этого. Рин не появилась передо мной, она изначально стояла там, просто я не видел её.
Всё сходилось.
Абсолютно всё!
— Ясно… — только и смог выдавить из себя, сглотнув от переизбытка взорвавшихся чувств.
Говорить дальше совсем не хотелось. Ведь я понял, что послужило главной причиной случившейся трагедии. Мадара… он просто готовил себе преемника. Мы с Рин оказались обычным расходным материалом для перевоспитания Обито: увидев смерть любимой девушки от руки лучшего друга, он получил сильнейшую психологическую травму и пробудил Мангекё. Юный Учиха оказался попросту разбит морально. И этим без сомнений воспользовался Мадара, навязав новые взгляды на мир и свою цель.
Впрочем.
Вспоминая мангу и её концовку, я понял, что Обито, являлся не столько приемником Мадары, сколько обычной куклой и жертвой манипуляции. И даже он сам осознавал это и старался сопротивляться, но психика уже была беспощадно уничтожена и мой «мёртвый» друг продолжал идти к безумной цели, проливая на пути океаны крови. Словно лишённый души и сердца сосуд чистой ненависти.
«Иронично…» — невольно в голове возникла картина. Обито стоял напротив взрослого меня с большой дырой в груди и заявлял: посмотри Какаши, в моей груди нет сердца! — «Теперь я понял, как это двусмысленно звучало…»
А пока я предавался собственным мыслям, смотря в пол и стараясь не подавать вида от бушующего океана чувств, Минато продолжил разговаривать с Иноичи.
— Ты что-то умалчиваешь. — Уловил слух голос сенсея.
— Да. Гендзюцу было наложено с помощью шарингана. — Вывалил последнюю новость Иноичи.
— Ты уверен? — Голос наставника стал полон сомнений. И я его прекрасно понимал.
История учит, что среди всего клана Учиха никогда не было отступников, за одним исключением и это исключение сильнейший Учиха за всю историю клана — Учиха Мадара.
 
— Да, — кратко и с абсолютной уверенностью молвил Иноичи. — Я не раз сталкивался с подобным. Учиха часто допрашивают преступников с помощью своих глаз, прежде чем отправить их в отдел дознания. Следы воздействия шарингана я легко узнаю. Ничего другого быть не может.
— Хм…
— Какаши, что ты можешь сказать о двойственных воспоминаниях в своей голове? — Голос главы Яманака заставил меня вновь сконцентрироваться на разговоре; силой воли я запихнул чувства глубоко в себя и стал думать, что же ответить.
— М-м-ма… — прозвучало несколько вымученное мычание. — У меня есть только один вариант. Правда, он прозвучит очень сказочно. Я и сам не хочу в него верить.
«Как же неприятно говорить. Как же хочется просто побыть одному и всё обдумать. Но! Я никогда не решу эти проблемы в одиночку…»
— Поделись мыслями, мы не осудим. — Спокойно и несколько дружелюбно попросил Иноичи, явно заметив моё удручённое состояние.
С тяжелым вздохом, я принялся рассказывать то, о чём знал и догадывался: — Я думаю, что это были воспоминания Обито. Нас с ним связывает шаринган. Возможно, благодаря глазу, или даже создаваемой им чакре, между нашими сознаниями появилась незаметная связь. И именно из-за неё я и увидел то, что видел он и, наверное, он тоже увидел то, что видел я.
Это была правда, та самая в которую сложнее всего поверить. Я и сам не хотел в это верить и сильно сомневался в то, что мне поверят. И только осознание абсолютно безвыходной ситуации заставило меня выговорить такие слова.
Высушив мою версию, два блондина с сомнением переглянулись: между ними словно произошёл немой диалог, прежде чем Яманака-сан вновь остановил на мне свой взгляд.
— Звучит несколько притянуто, однако, обо всех возможностях чакры никто из живых даже не догадывается. Твоя теория вполне может быть правдой, но не означает ли это, что Обито, является живым?
— Скорей всего это так. Конечно, есть вероятность, что его тело нашли враги и заполучили его шаринган, но я не думаю, что в таком случае связь была бы настолько крепкой.
— Какаши, ты уверен в своих словах? — Подал голос Минато, в его тоне так и чувствовалось холодное напряжение; новость о воскресшем ученике нисколько не обрадовался сенсея. Наверняка он уже догадывается, что нынешние цели Обито сильно расходятся с целями Конохи и всех её жителей.
— Я уверен в этом настолько же сильно, как в том, что после сегодняшнего заката, наступит завтрашний рассвет. — С непоколебимой уверенностью заявил я, глядя в голубые глаза Минато. — Пускай доказать это будет сложно, но есть способ проверить мои слова. Надо отправиться к его месту смерти и отыскать тело.
— Прошло больше полугода. — Напомнил мне о времени наставник; как же быстро летит время. Наверняка от мёртвого тела почти ничего не осталось, разве что кости.
— Даже если это будут его кости, нам этого хватит. Также можно использовать запретную технику Эдо Тенсей и попытаться призвать его душу из загробного мира. —
— И откуда ты знаешь о такой технике? — Минато поднял бровь в немом вопросе, немного удивившись моей осведомлённости.
Однако, несмотря на то, что Эдо Тенсей считается запретной и секретной техникой, о ней знают все великие селения, а то и весь мир. Тобирама успел наглядно продемонстрировать творение собственного гения во времена первой мировой войны шиноби. Демонстрация оказалась настолько впечатляющей, что все и навсегда запомнили столь ужасающе мерзкую технику.
— Я? Я о ней ничего не знаю, только название и суть нечестивого воскрешения. — Нисколько не приврал я, ибо подробности и способ применения мне действительно были неизвестны, как и большинству людей в мире. Подобная информация действительно считает сверхсекретной, и храниться с соответствующей ответственностью.
«Надо перевести их внимание с куклы на кукловода», — подумалось мне в минуту угнетающего молчания.
— Сенсей, я думаю, что кто-то очень сильно постарался, дабы Рин умерла именно таким образом. И возможно у меня есть ответ на этот вопрос. По ментальной связи, я увидел немощного старика сидящего на каменном троне, в его глазу горел шаринган. Не знаю, для каких целей, но я уверен, что он причастен как к смерти Рин так и к выживанию Обито.