Шаринган Какаши (СИ)

— Не стой в дверях, проходи. Тебя я всегда рада видеть. — Женщина не обратив внимания на собственный вид, взяла под локоть и потащила в дом; невольно её пышные груди коснулись моего плеча, вызвав ещё больше смущения и растерянности.
— М-м-ма… — смущённо промычал я, не понимая, куда деваться от всей этой неловкой ситуации.
— Ну, рассказывай, как у тебя дела, как самочувствие, ты, наверное, проголодался? Завтрак почти готов, проходи… — принялась заваливать меня словами Кушина, однако справившись со своими чувствами, я решился прервать женщину и напомнил ей об одном немаловажном факте.
— Кушина-сан, я так-то мужчина, а вы почти голая, мне несколько неловко. — Напомнил ей этот момент, рассматривая красивые обои в прихожей.
— Ой! — женщина опустила взгляд, удивившись собственному наряду. — Совсем вылетело из головы. Прости. У меня никак не получается воспринимать тебя иначе чем рано повзрослевшего ребёнка.
— Кхм, — от этих слов мне почему-то стало немного обидно, — как бы мы с Рин по ночам не в Шоги играли.
— Ладно дадтебане, — смутилась женщина, — схожу за халатом, не буду тебя смущать ещё больше. Жди на кухне. — Кушина скрылась в одной из дверей коридора, где по моей памяти находилась ванна, я же решил не заниматься глупостями, вроде подглядывания за женщиной собственного наставника, и сразу отправился на кухню.
Войдя в кухонное помещение, мои глаза мгновенно увидели стоящую за плитой Кушину; эта была одета в домашний красный халат и розовые тапочки. Единственным отличием от уже увиденной женщины являлись сухие волосы.
«Верно, она знает технику теневого клонирования и постоянно использует её в быту», — преподнесла память мне верный ответ.
— М-м-ма. — от неожиданной встречи я несколько замялся. — Доброе утро.
— Какаши? — женщина улыбнулась. — Присаживайся, завтрак почти готов.
Сев на стол, я вскоре дождался оригинальную Узумаки, что вошла на кухню и первым делом приказала клону заняться стиркой, после чего уже она сама продолжила готовку, в то время как клон ушёл. Две Кушины оказались полностью идентичными и единственным отличием оригинала от клона являлись волосы: у одной они всё ещё были мокрыми, в то время как у другой сухие.
Мне вполне хватило времени, чтобы рассмотреть и оценить красоту двух «близняшек». Кушина вне всяких сомнений являлась прекрасной и очень красивой девушкой, однако рядом с точно таким же теневым клоном, подобная красота чуть ли не удваивалась. И в этот раз её женственность хорошо подчёркивалась красивым халатом с цветами, а не скрывалась за стандартными одеяниями шиноби. Пришлось использовать силу воли, дабы держать свои мысли и гормоны под контролем; к счастью, в этот раз у меня получилось это без каких-либо проблем.
(Узумаки Кушина)
Я даже невольно задумался над причиной подобного успех: с Азуми моего самоконтроля не хватило. Долгое воздержание? Слабость перед блондинками? Или что-то ещё? В любом случае, сейчас стоит думать не об этом.
Некоторое время я сидел молча, размышляя над тем как стоит начать разговор и попросить о помощи. Узумаки тем временем продолжала стоять над плитой, насвистывая что-то весёлое себе под нос. С одного только взгляда становилось понятно, что женщине приятно заниматься готовкой, а если учесть, что её теневой клон в это время занимался стиркой, можно было смело считать Кушину очень хозяйственной женщиной. Ведь теневые клоны копируют не только внешность, но и личность шиноби.
Однако долго томиться в ожидании и рассматривать хозяйку дома мне не позволили; Кушина как обычно заговорила первой. Темы для беседы оказались донельзя банальными, но я их поддерживал. Она спрашивала о моём самочувствии, делах, планах на будущее, больнице, ранах и многих других вещах, таким образом, демонстрируя заботу и готовность помочь. Я же отвечал на всё несколько сдержанным тоном; социальный взаимодействия были мне непривычны. Периодически женщина кидала на меня обеспокоенные взгляды полные сочувствия, о причинах которых я догадывался, но не желал озвучивать. Один раз нашу беседу прервал клон Узумаки, но Кушина быстро отправила её наводить чистоту по дому.
 
За дальнейшим разговором мы подкрепились завтраком и когда уже все банальные темы оказались позади, я таки решился заговорить о кое-чём важном.
— Кушина-сан, вы свободны от миссий в ближайшее время?
— Ну, — задумавшись, она приложила пальчик к губам, — где-то месяц я буду в деревне, после чего меня отправят на привычную миссию по снабжению и проверке барьеров. Сам же знаешь, как неохотно меня отпускает Хокаге из деревни.
— Знаю, просто мне не помешает ваша помощь с некоторыми проблемами.
— Конечно, я помогу тебе! — Улыбнулась женщина, показав большой палец.
— Но я же ещё не сказал в чём. — Такой оптимизм и доверие вызвал во мне небольшой диссонанс; конечно, она всегда была открытой и искренней, в то время как я скрытный и неразговорчивый, но это уже как-то слишком.
— А я всё равно помогу! — Продолжила настаивать женщина, порождая во мне всё больше непонимания.
«На что это она пытается намекнуть? Впрочем, искать особый смысл излишне. Скорей всего из-за эмоциональности она просто говорит то, что чувствует»
— Кхм. — Прокашлявшись, я кое-как справился с удивлением и излишней эмоциональностью собеседницы. — В общем, речь пойдёт о похоронах Рин.
— Ах да… — тут же опечалилась женщина, — нужно подобрать вещи и приготовиться к похоронам. Не волнуйся, я не оставлю тебя в такую минуту, как не оставила и в прошлом. Только ты это… — от волнений девушка стала наматывать локон своих волос на палец, — пообещай мне кое-что взамен?
— М-м-ма… — подобная смена разговора удивила меня, но быстро взяв себя в руки, я ответил: — конечно.
— Прошу, не умирай раньше меня… — подобные слова несколько шокировали, но оглядев Кушину, я внезапно осознал, что ей точно также тяжело, как и мне: столь доброй женщине крайне неприятно хранить детей, к которым та успела привязаться; Обито она уже похоронила, теперь вот нужно хоронить Рин… а сколько ещё знакомых Кушина потеряла? Даже думать об этом не хотелось.
— Я… постараюсь.
— Я тебе дам постараюсь! Я сказала: не смей умирать раньше меня дадтебане! — Кушина повысила голос от эмоций.
— Так точно мэм! Обещаю выжить любой ценой! — После небольшой вспышки эмоций, мы спокойно продолжили разговор.
Некоторое время мы просто общались, вспоминая былое да утешая друг друга и говоря слова поддержки, пока Кушина неожиданно не метнулась к холодильнику достав бутыль крепкого Саке.
— Алкоголь? Но мне по возрасту не рекомендуется, — удивился я и оказался тут же прерван.
— Сейчас я рекомендую, нет. Дадтебане! Я приказываю тебе пить вместе со мной! — Эмоционально воскликнула Узумаки не иначе как от терзающих изнутри чувств. В любви к алкоголю она никогда не была замечена, поэтому я подумал, что у неё действительно накипело и сейчас ей это сильно необходимо.
— М-м-ма… — нерешительно промямлил я; женщина сочла это за положительный ответ и вслед за бутылью достала и пару пиал для употребления алкоголя.
После первых глотков я почувствовал обжигающую горечь: горло словно обожгло изнутри, и жар постепенно стал спускаться к желудку. До этого дня Какаши никогда не пил, а вот другой я имел достаточно опыта употребления алкогольных напитков. Тем не менее, мне это никак не помогло и молодой организм, не привыкший к ядам, оказался под влиянием высокого градуса спиртного.
Наша беседа продолжилась в более… личной? Дружеской? Я не знал, как назвать ту атмосферу, что возникла между нами благодаря спиртному напитку. Правильно говорят — алкоголь развязывает язык. Вот и мы разговорились. И темы у нас пошли уже более личные. Поддавшись влиянию спиртного, Кушина решила высказать мне абсолютно все, что лежало на её душе: как ей грустно от похорон, от смертей, от черных одеяний, как всех уже достала эта война! Но слишком много пролито крови и никто не собирался сдаваться, а потери только прибавлялись…