Счастливый случай (СИ)
— Пятно? — он пожал плечами. — А разве бывают люди, у которых нет ни пятен на душе, ни плохих поступков в багаже? По-моему, это нормально, мы все живые создания. Да и дело не в том, чего ты сделала в прошлом, а в том, кто ты теперь. И кто ты для своих близких. Я не знаю, вхожу ли я в их число, но для меня ты всегда останешься… — он на секундочку запнулся и чуть было не сказал: "той самой Полой", но ловко вывернулся: — Доброй девушкой, и той самой весёлой подругой моих студенческих дней, когда мы вместе ели эту ужасную пищу и иногда сбегали с лекций. Я ещё ни разу не встречал идеального ни человека, ни иного создания. Так стоит ли переживать из-за того, что не являешься им?
Шер, не отрываясь, смотрела на однокашника, слушала его слова и светлела лицом. Сейчас она и впрямь была похожа на ту Полу, которую знали ее друзья по Академии, с тёплыми серыми глазами и такой лучезарной улыбкой…
— Мне было очень важно услышать это от тебя, Дом, от моего хорошего, искреннего друга…
Страшно было не то, что её обвинила в измене Империя… Страшнее, когда в тебе сомневаются близкие.
Доминик был не настолько прямодушен и глуп, чтобы удивляться, а с чего это Шер так ему благодарна? Но сейчас ему и впрямь было приятно. Очень. Он улыбнулся и кивнул.
— Шер, ты всегда будешь моим другом, ты знаешь это. У меня не так много друзей, да и само слово "друзья… вы всегда больше. Родные, — вероятно, это было странно слышать от почти тридцатилетнего мужчины, для которого понятие "дружба" должно было бы остаться где-то далеко в детстве, но Гринвуд во многом остался ребёнком. Хорошо это или плохо? Как когда… но, в общем и целом, Дому было комфортно в его сущности.
— Как и ты — моим, Доминик, — произнесла она, — как бы меня ни звали, сколько бы лет ни прошло, сколько бы парсеков нас ни разделяли… — это прозвучало, по мнению Шер как-то выспренно. Она помолчала секунду и подняла на Доминика улыбающиеся глаза. — Короче, Дом, моя дружба надёжней, чем Муунилинстский Банк. Что бы там с Галактикой не творилось…
Дегидратация после прогулки по пещере явно ещё сказывалась. А может быть, подействовало волнение, но Шер залпом выпила коктейль, оставив на дне целый Хот…
— Я знаю, — улыбнулся Доминик. Он радостно смотрел на Шер, и в его взгляде не было и тени какой-то влюблённости или чего-то подобного — крамольного в отношении почти замужней уже девушки. Да, он любил Шер, но любил её как друга, и помыслы его дальше дружбы не простирались никогда. Впрочем, кто сказал, что дружба — это мало? Что это много меньше любви? Во многих отношениях дружба крепче и сильней… так думал Гринвуд. — Я рад этому, Шер. Рад тому, что однажды мы встретились и стали друзьями. Не просто стали — остались.
Ник снова скосил взгляд на хронобраслет.
— Доминик, — вмешался он наконец, — я очень рад, что у Шер такие замечательные друзья, но мне придётся прервать вашу беседу. Солнышко, давай вы обменяетесь номерами комлинков, и мы как-нибудь ещё обязательно встретимся и посидим где-нибудь за чашкой кафа. Или не кафа. Но если через четверть часа нас не будет у капитана, то через двадцать минут нас начнут искать с ворнскрами. С флорнскими гиенами. Или даже с ранкорами.
Он развёл руками, как бы извиняясь перед врачами за вынужденное вторжение в разговор старых друзей.
Доминик покладисто кивнул:
— Конечно. Ник, я прошу прощения, что отвлёк вас. Шер, запиши мой номер? — он торопливо набросал свой и ещё электронную почту на листе флимси, вырванном из блокнота, и протянул девушке.
— Да, кэп ждёт… — вспомнила Шер. Только встретились, и уже нужно расставаться… И поговорить-то по-человечески не успели. Но самое главное, они больше не потеряют друг друга, даже в этой огромной Галактике. И у неё теперь есть ещё один дорогой человек, думала Шер, торопливо набрасывая на салфетке номер своего комлинка. Листок из блокнота Доминика она бережно спрятала в карманчик куртки, где лежал кристалл из святилища.
— Доминик, мы, думаю, ещё увидимся? — улыбнулась она с надеждой. — Не зря же Чай привёл тебя к нам… А я, — её глаза выплеснули на Гринвуда целое море тёплой акварели, — я всегда рада тебя видеть.
Девушка застенчиво взглянула на штурмана, поднялась и по-дружески приобняла Доминика на прощание. Заставлять кэпа ещё ждать — было бы чревато…
Всю недолгую дорогу до ангара Ник молчал. Молчание не было давящим — Шер могла ощущать, что он просто о чем-то задумался. Пристроив спидер на стоянке у входа в ангар, штурман открыл для неё дверцу и вызвал капитана.
— Рик, мы на подходе.
— Я в кокпите, — то, сколько парню потребовалось для ответа, и его тон говорили о том, что либо он был чем-то очень сильно занят, либо был глубоко в себе и реагировал на внешние раздражители крайне медленно, — подходите туда.
Пока Ник о чем-то думал, Шер молчала тоже, изредка кидая на него взгляд. Но тут она, наконец, не выдержала.
— Ник… Хороший мой, ты о чем задумался? — шепнула она на ходу, внимательно заглядывая в глаза штурмана.
— О том, как нам сейчас будут пытаться крутить хвосты на кулак, — отшутился штурман, поднимаясь с ней рядом по аппарели.
Рик сидел в кресле пилота, положив ноги на панель управления и задумчиво изучал содержимое на экране деки. Увидев вошедших, он убрал зубочистку, отправив ее в урну и принял более официальную позу. После чего посмотрел на Ника и Шер.
— Итак? — взгляд пробежался по найдёнышам, капитан по очереди посмотрел в глаза штурману и доку. — Я жду вашего рассказа.
Шер вздохнула.
— Кэп… Ну, это я неудачно нахожу места для прогулки. Я никак не могла уйти с камня на озере. И понимала, что должна уйти скорее, а почему-то медлила… Ну, вот и… — она пожала плечами, что должно было означать — попала в карстовый провал. — А Ник спасал меня, — подчеркнула она, выдерживая взгляд Рика.
Штурман кивнул, показал Шер на свободное кресло и прислонился к переборке, поглядывая на видимую сквозь блистер часть ангара.
— Так примерно и было, — отозвался он. — Не считая того, что в одиночку её отпустил я. Но не суть.
"Спасибо, что поделился силами…"
— Что было до обрыва, ты видел сам. Там дальше — ступени из мрамора, каждая метра три высотой. По вертикальным плоскостям — надписи, но как они выполнены… Наощупь ничего не чувствуется, только при смене высоты светильника проступают тени. Нашли грот с очень крупными кристаллами, какой минерал — понятия не имею, это бы Дэй смогла определить, пожалуй. Там статуя…
Он сосредоточился, восстанавливая в памяти облик изваяния и передавая образ капитану.
— Очень древняя, я бы сказал…
Глава 240
— Вот, — вздохнул капитан, — я у них спрашиваю, как они докатились до такого состояния, а они мне о камнях, кристаллах и статуях… Ник, ты что, не мог взять водостойкую деку? Чтобы я не срывался вас искать. Чтобы никто не срывался. Или все вокруг считают, что основная работа капитана — заниматься поиском пропавшего экипажа, с дальнейшим отбиванием его у криминальных авторитетов и древних статуй? У меня уже, наверное, треть волос — седые. Под краской-то не увидишь.
— Ну Рик… — голос Шер упал до бархатного полушёпота. — Ну, мы очень сожалеем, поверь… Я понимаю, как ты переживал… — ей очень хотелось погладить капитана по голове, она даже сделала шаг… но, как всегда, удержалась. И нарушать субординацию, как бывшему лейтенанту, особенно, когда тебя вызывают на ковёр, было непривычно, да и… Да и как бы посмотрел суровый кэп на такое проявление чувств?
— А почему у криминальных авторитетов? — с некоторым удивлением припомнила она слова Рика. — Мы чего-то не знаем?
У штурмана был тот же вопрос. Но ответа капитана он ждал молча.
— Почему-почему, — ворчливо произнёс парень, что-то набирая на деке, — Бус и Лариус круто в казино погуляли. Об этом, наверное, даже в новостях могли написать. Трупы пачками, суровые люди в броне, стены в глоп-растворе. Хорошо оттянулись. В основном я и новенький. Кир Бонга. Лариус и Бус в это время в заложниках были. Но об этом у них самих спросите. Они сейчас в «Нике». Первая — у себя в номере, отдыхает. Второй… Если опять куда пропадёт — уши пообрываю. В общем, не даёте мне работать. Вся надежда на чуткие руки Шай.