Счастливый случай (СИ)

— Чувствую себя коммивояжером, — пробормотал киборг, убирая проектор и возвращая дополнительные бронепластины на место. — Обе брони в диапазоне "до пяти килограммов". Диапазон защиты тоже приемлемый: от лёгкого бластера до виброоружия.
"До пяти, говоришь?"
— А выглядят гораздо тяжелее. А штаны тоже бронированные? — бедный Фьючер, он не знал, что когда Дэй что-то интересно, то она кого угодно замучает уточнением деталей.
— Тоже, — улыбнулся киборг. — Но степень защиты меньше, чем у грудного и спинного сегментов брони. В комплект также входят бронированная обувь и шлем.
— М-да… Хорошая вещь, — задумчиво протянула Дэй, — в хозяйстве пригодится. А что, по ногам теперь реже бьют?
— Ноги гораздо более сложная мишень, — пояснил Фьючер. — Тем более, что надо ещё и как-то двигаться, и они прикрываются полами верхней одежды — так что, фактически, они защищены не слабее, чем тот же грудной и спинной сегменты брони.
— Вот оно что… — женщина качнула головой и улыбнулась, а потом и вовсе рассмеялась, — когда-то в ранней молодости к нам в отряд прикомандировали студента. И кто-то из ребят сказал, что работы будут в условия повышенной радиации, и посоветовал пареньку срочную сходить к кладовщику за свинцовым гульфиком. Дабы сохранить самое ценное, — вот, вспомнилось почему-то.
— Эта песня будет вечной, — тихо рассмеялся Фьючер. — В наше время люди попадались на эту же шуточку на Хоте, только с утеплёнными гульфиками. Новичков гоняли клиренсы для танков доставать или антабки выпрямлять.
— Это точно, — Дэй кивнула головой и улыбнулась. — Сколько бы веков не прошло, а проверять молодых будут обязательно.
Негуманоидам в большинстве больниц населённого космоса места не очень много. Особенно если ты какой-нибудь верпин или лампроид. Больницы на Ботавуи не слишком отличались в этом смысле от прочих: разве что дверные проёмы здесь были пониже, и стандартная длина коек.
К счастью, быть пушистым кушибаниноом само по себе несло некоторые преимущества.
Старшая медсестра Ирэна была человеком, и убедить ее, что нецелесообразно расходовать целую койку в общей палате третьего этажа для проходящих реабилитацию, было не слишком сложно. Дав честное слово не попадаться на глаза главврачу, а также не лазать в ящики со стерильными инструментами, Бус получил персональную подушку в тихой дежурке, где не было пациентов ("Уберите собаку! Чья собака?! Она бешеная?!"), вместо этого были сердобольные медсестры (главное, не требовать от них ничего, и давать себя почесать. Вкусности приносят сами), и головид (надо признать, с набором довольно отвратных образчиков киноискусства, но чего только со скуки не посмотришь. Сериал про гениального чисского врача, хромого на одну ногу и тайком использующего глиттерстим, чтобы вызнавать подробности о пациентах, очень даже ничего).
В таком виде — с разложенными по подушке ушами, глядящим в головид — Буса и обнаружили его соратники.
— Не подумайте, это была его просьба, — извинился за мало похожую на больничную палату обстановку врач.
— Не переживайте, в суд подавать не будем, — с улыбкой пообещал капитан.
Лариус вообще не обратила никакого внимания на слова доктора — им с Бусом приходилось и не в таких условиях жить. Она в два шага пересекла дежурку и присела на корточки рядом с кушеткой, тревожно заглянула в глаза кушибанина, одновременно касаясь его и руками, и Силой.
— Бус… Как ты нас напугал…
Как оказалось, кушибанин мирно спал под бормотание головида. Услышав знакомый голос, он дёрнулся от прикосновения, затем поднял голову и сел, принюхиваясь.
— Лариус, — недовольным голосом прокомментировал он, — ты что-то не торопилась.
Впрочем, белоснежный мех выдавал, что видеть напарницу он страшно рад. Не выдержав угрюмого выражения и нескольких секунд, он поставил лапы на плечи подруге, ткнулся носом в нос и потянулся в ответ Силой.
— Вот так вот сходил за сыром-то, а? Вы не в курсе, кто меня огрел? Потому что я точно не в курсе.
 
— Нет, — Рик покачал головой, после чего добавил, — очевидцы говорят, что не увернулся от летящего дерева.
— Я была уверена, что ты вернулся вечером, — наёмница сгребла его в охапку, спрятала лицо в густой мех. — Прости. Кто тебя огрел — не знаю, но его больше нет… к сожалению.
Последние слова были сказаны едва слышным шёпотом, затем Лариус обернулась к врачу.
— Я его забираю. Пожалуйста, распишите лечение, какое сочтёте нужным, мы всё купим. У нас на борту хороший врач, она сделает всё необходимое по вашим рекомендациям.
Кушибанин посмотрел на Рика, сощурившись, затем, прислонившись к уху напарницы, прошептал:
— Лариус, а это…? Кто? Лицо знакомое, не могу вспомнить.
От смущения он медленно серел.
— Капитан Рикард Монро. Рик, — спокойно отозвалась наёмница. Судя по отклику в Силе, спокойствие давалось ей непросто. — Мы на него работаем. Ты всё вспомнишь…
— Мэм, но я не могу просто взять и отпустить пациента! — наконец обрёл дар речи ботан. — В конце концов, это просто безответственно…
— Док, док, — кушибанин запрыгнул на стол и подошёл к ботану, встав на задние лапы. — Не беспокойтесь, пожалуйста. Помните, я рассказывал про Лариус? Это она. Она меня вытащила из не самых приятных мест, мы очень давние друзья, она не даст меня в обиду. Если она говорит, что мне нужно пойти с ней, значит, нужно пойти с ней.
Говоря так, он слегка тронул врача Силой, сглаживая торчащие шипы агрессии, направленной в сторону напарницы.
— Бус, — Рик покачал головой, — доктор Вурск связан некоторыми обязательствами. Но, я думаю, мы решим этот вопрос. Заявление об отказе в медицинских услугах? Или как это делается. Сделаем все правильно и быстро. К нашему общему удовольствию.
— Док… — Неожиданно для себя самого подал голос Кир. — У нас на борту отличный медотсек и дипломированный врач с более чем десятилетним непрерывным стажем работы на кораблях. Сверх того — киборг с медоборудованием и огромным опытом его применения, — сообщил наёмник ботану то немногое, что знал об экипаже корабля и Фьючере. — На борту его ждёт любящий экипаж и привычная работа. Он встанет в свою колею и найдёт себя, а здесь его ждёт только головид и скука. Позвольте его привычкам напомнить ему, кто он, и этого будет достаточно. Я обещаю вам полный отчёт о его состоянии при его поправке.
Кушибанин вопросительно оглянулся на Лариус.
— Мы же не на улицу его забираем, доктор, — с несвойственной ей мягкостью заговорила женщина. — У нас на борту действительно есть даже меддроид, есть медблок. Есть врач с большим опытом работы…
— Но не психиатр! — доктор выразительно поднял палец. — Что может сделать не специалист с расстройством памяти?
— Всё то же самое, что вы стали бы делать здесь, — твёрдо ответила Лариус. — По вашим назначениям. Вы же видите, он меня помнит… В привычной обстановке память может вернуться быстрее, чем вот здесь, — она обвела дежурку рукой. — И я обещаю: если что-то пойдёт не так, я немедленно свяжусь с вами.
Бус сел перед врачом, обернув хвост вокруг лап.
— Звучит логично, док, — деловито заговорил он. — Как известно, при подобной амнезии возврат в знакомую обстановку способствует выздоровлению пациента. Такой подход описан в методике Пьера Стаарски, и обширно применялась многими его последователями.
Он замялся, видя удивлённый взгляд врача.
— Понятия не имею, откуда я это знаю, честно скажу.
Брови доктора повторно поползли вверх.
— Мы коллеги? — осторожно спросил он.
— Бус интересовался такими вещами, — отозвалась Лариус. — Диплома у него нет, но… Он очень помогал экипажу обходить острые углы, если вы понимаете, о чем я. И его там очень любят и ждут.
— Понимаю, — кивнул ботан. — Чего только не увидишь в жизни… штатный психолог на борту грузовика… или на чем вы там летаете…
Он потянулся за декой в карман униформы.
— Хорошо, под вашу ответственность я назначу ему домашний режим. Но раз в день его будет посещать наш специалист, чтобы отслеживать состояние больного.