У любви семь жизней (СИ)

Но вырваться из-под бдительного парализующего контроля родителей было невозможно.
Коварный план бегства из дома созрел и был разработан после знакомства и душевных откровений с двоюродной московской сестрой, предприимчивой и бойкой дочерью тёти Кати.
Мама и папа простодушно отпустили дочку погостить к надёжным и ответственным московским родственникам, куда она отправилась, вероломно захватив с собой все свои документы. На всякий случай!
И вот, с благословения сочувствующей тёти и при активном содействии инициативной кузины, девушка вырвалась из-под удушающей родительской опеки! Свобода!
***
Новая работа очень нравилась Лере.
Во-первых, удобный график. Работа по двенадцать часов и через день. День отработал, на следующий — отдыхаешь. Воскресенье, праздничные дни — всегда выходные.
Иметь несколько свободных дней среди рабочей недели — это мечта! Можно удобно планировать время, решать проблемы с визитами в разные организации и заниматься любыми делами не отпрашиваясь для этого.
Во-вторых, зарплата в этом учреждении всегда была неплохая и существовала возможность дополнительно подработать за деньги или за отгул.
В-третьих, сама работа оказалась живой, интересной и богатой на приятные знакомства. Как с коллегами, так и среди клиентов попадались уникальные личности.
И много притягательных в-четвёртых, в-пятых, и двадцатых!
Самое главное — чувствовала себя свободной и независимой. Без унизительного родительского диктата. Можно жить так, как нравится. Одеваться по своему вкусу. Самостоятельно подбирать друзей по интересам. Ходить куда хочется и сколько хочется.
Первое время любила просто гулять по-весеннему возбуждённым, шумным и многолюдным улицам Москвы.
Наслаждаться свободой передвижения и наблюдать за активной жизнью этого огромного мегаполиса.
Выбирала одну из дорог, запутанным веером разбегающихся от Красной площади, и неторопливо шла по ней, разглядывала столичные дома, восторженно читала названия известных улиц, бульваров, отелей, ресторанов. С замиранием сердца останавливалась возле легендарных памятников, исторически знаменитых мест.
С собой брала книгу, присаживалась на скамейку в каком-нибудь тихом сквере, открывала её, иногда читала. Чаще незаметно разглядывала спешащих людей, проезжающие машины.
С особым любопытством отмечала отличающиеся от отечественных, иностранные машины — в её городе таких не было. Выделялись из толпы и иностранцы — одеждой, разговором, выражением лиц.
  
Глава 2. Альгис
 
Прошла пара недель с начала самостоятельной жизни.
На празднование Пасхи к гостеприимной тёте Кате съехались многочисленные гости — родственники, племянники, племянницы, друзья. Некоторых Лера видела впервые, с другими была давно знакома.
Напротив, за столом оказался высокий голубоглазый парень. У него была короткая армейская стрижка, приятные черты лица и разговаривал с мягким прибалтийским акцентом.
— Знакомьтесь, — предложила тётушка, — это Альгис. Сын моей давней литовской подруги. Дослуживает в Москве последние месяцы и скоро вернётся на родину. А пока — прошу любить и жаловать.
Молодой человек улыбался, смущался. Осторожно поглядывал на беспечно болтающую с двоюродными братьями Леру. Общался со всеми, ухаживал за соседками по столу, но каждый раз непременно задерживался глазами на ней.
Это было приятно, щекотало самолюбие, заставляло розоветь щеки и ответно смотреть на юношу.
— Молодежь, не устали от застолья? Может, пройдёмся по городу? — предложила двоюродная сестра.
Молодая часть гостей с радостью отправилась на воздух.
Гуляли по Мытищам, по лесополосе, зашли в парк аттракционов.
Как-то незаметно Альгис и Лера оказались рядом. Немного приотстали от общей группы, разговаривали, смеялись, держались за руки.
Потом вместе катались в одной беседке на цепочной карусели. Центробежная сила, которой с удовольствием подчинились оба, прижимала друг к другу и волновала тесным соприкосновением тел.
Возвращаться в душную квартиру, где бурно отмечало праздник старшее поколение, не хотелось. И вся шумная компания отправилась в ресторан.
 
Во время танца Альгис несмело прижал Леру и прошептал на ухо:
— Кажется, я влюбился…
— Кажется? — хитро уточнила ветреная девушка.
— Нет, не кажется. Я влюбился, — серьёзно ответил он, заглядывая в лукавое лицо.
Молодёжь гуляла до темноты.
Лера закапризничала, пожаловалась, что устала от высоченных каблуков и с трудом переставляет ноги. Рослый Альгис тут же воспользовался случаем продемонстрировать свою мужественность. Легко подхватил на руки и нёс хихикающую и повизгивающую от восторга девушку до самого дома.
В этот вечер они расстались в состоянии близком к влюблённости.
Началась череда майских праздников и длинных выходных с отдыхом на природе и неизменными шашлыками, на которых молодые люди встречались, держались вместе и с удовольствием общались.
Близился срок окончания службы Альгиса, это расстраивало обоих. Их взаимная симпатия была очевидна. Молодой человек теперь постоянно ходил в увольнительные и зачастил в гости к тёте Кате.
Так получалось, что наедине с Лерой они не оставались ни разу. Не специально. Так совпадало, что всегда присутствовал кто-то ещё. Или старшие члены семьи, или двоюродная сестра с мужем.
Но если и выдавалась возможность побыть вдвоём в комнате, Лерка терялась и избегала этого. Быстро выскальзывала из помещения и с облегчением присоединялась к родственникам.
У неё никогда не было отношений. Благодаря придирчивости и деспотизму родителей, не встречалась с парнями, ни разу ни целовалась, и не представляла, как вести себя, о чём разговаривать, если они вдруг окажутся без посторонних. Поэтому катастрофически стеснялась оставаться один на один с юношей.
Близился день расставания. Альгис становился всё более грустным и задумчивым. Несколько раз пробовал пообщаться с девушкой с глазу на глаз или вызвать на прогулку без свидетелей. Но у неё всегда находились убедительные причины, по которым это было невозможно осуществить.
В один из воскресных обедов в присутствии всей семьи, тётушка поинтересовалась:
— Ну что, дорогой Альгис, скоро домой? Соскучился? Наверное, не дни, а часы считаешь до возвращения?
Парень встрепенулся, неопределённо покачал головой. Уныло и растерянно посмотрел на Леру, которая обиженно выпятив губки, скорчила огорчённую гримасу.
Помолчал немного и с глубоким вздохом ухнул в признание:
— Не знаю, что сказать. Мне предлагают остаться в Москве. Обещают дать жильё. Размышляю. Не могу решиться.
— Ух ты! — Все обрадовались и наперебой заговорили. — Не раздумывай, соглашайся! Это же здорово! Такие перспективы!
Девушка просияла, захлопала в ладоши и вместе с остальными восторженно попросила: «Оставайся, Альгис!»
Он пронзительным голубым взглядом медленно обвёл родственников, задержался на ней.
Поднялся и, краснея до пота, произнёс низко опустив голову:
— Если Лера выйдет за меня замуж, то я подпишу контракт и продолжу службу здесь.
За столом резко воцарилась неестественная тишина… Все ошеломлённо повернулись к пунцовой Лере…
Она испуганно и растерянно переводила глаза то на одного члена семейства, то на другого…
На Альгиса боялась смотреть.
Это что — предложение? Но такое странное…
Обращено, будто бы не к ней, а к публике. В третьем лице, словно она отсутствует.
Мог бы сначала поговорить наедине… Зачем подставлять и себя, и её?
Лера запаниковала и не знала, что ответить. Согласиться? Отказать?
Влюблена ли она? Не уверена…
Они знакомы всего полтора месяца. Если б было больше времени, тогда, возможно…
Вот так — с бухты-барахты замуж не хотелось. Нет-нет-нет… К этому точно не готова, он не настолько дорог, чтоб связать свою жизнь с ним. Зачем так торопиться?
Только вырвалась из-под бдительного ока родителей, начала вкушать прелести свободной жизни… Ещё ничего не видела, не распробовала. И обратно в оковы?