Дольмен

Не теряя самообладания, Риан изложил ей факты: ограбление было детской игрой, всю полицию мобилизовали на разгон студенческой забастовки. Осуществив задуманное, они преспокойно скрылись.
– Если не считать, что братья Салливаны оставили на месте преступления отпечатки пальцев, – заметила Мари.
Риан подтвердил кивком, улыбнувшись, и продолжил:
– В Руане нас ждало судно. Пока Том и Син грузили ящики со слитками, я отправился запастись провизией, по глупости попался на крючок полицейского патруля, остальное вы знаете.
Мари не сводила с него глаз.
– Почему вы умолчали о Мэри? Какова ее роль?
– И до этого вы докопались? Браво! Мэри была женой Сина, они обожали друг друга, не разлучались ни на минуту, иначе мы бы ее не взяли с собой. О смерти Мэри я узнал из газетной статьи. А позже прошел слух, что поднят якорь «Сириуса» – так назывался наш корабль, водолазы достали его с морского дна неподалеку от Ланд. Что касается Тома и Сина, их тела так и не были найдены. Любопытно, что никакого золота водолазы не обнаружили, и я пришел к выводу, что кто-то сделал это раньше.
– Вы хотите сказать – кто-то из жителей острова?
Риан напомнил о тридцати пяти годах, проведенных в тюрьме: он имел прекрасную возможность не только порассуждать, но и навести справки. В конце концов ему стало известно, что в начале семидесятых несколько семей в Ландах неожиданно разбогатели. Тогда он буквально загорелся страстью к этому острову, начал изучать его традиции, легенды.
– А потом принялись писать романы, ставшие бестселлерами? – не выдержала Мари.
– По иронии судьбы остров, отнявший у меня все, кое-что мне вернул. Получив свободу, я уже не мог жить нигде, кроме Ланд.
– С целью отомстить. Сначала вы убили моего брата Жильдаса, затем…
– Нет, Мари. Я лишь послал ему копию статьи «Незнакомка из Молена». И это послужило запалом. Убили его, потом Ива, потом…
– И вы мне твердите о своей невиновности? – горько усмехнулась она.
Риан искренне обиделся.
– Я убежден: моим присутствием воспользовался один из береговых разбойников, чтобы избавиться от остальных, заставив их навеки замолчать.
– Где же вы были раньше? Что помешало вам все мне рассказать после смерти Жильдаса? Вот тогда я бы вам поверила.
– Я понимаю, что все против меня, но я никого не убивал, Мари! Мне просто хотелось узнать правду. Тридцать пять лет я мечтал выяснить судьбу этого золота.
– И сколько его было?
– Примерно двести золотых слитков.
– Чем не мотив для преступления? Вы отняли столько жизней, как у виновных, так и у невинных, уничтожили целые семьи… признайтесь, Риан! И пока велось следствие, вы только и делали, что заметали следы своих подвигов!
– Я не убивал! – отрезал тот. – Не скрою, я мечтал, чтобы они заплатили за смерть моих друзей, хотел разрушить их жизни, как они разрушили мою. Но каждый раз, когда я вступал с ними в контакт, она их убивала.
– Она? Кто?
– Гвенаэль Ле Биан. Мы оба знали, что оставшиеся слитки до сих пор находятся на острове. Вот Гвен и решила избавиться от остальных разбойников. А теперь, взвалив на меня ответственность за свои преступления, собирается покончить и со мной.
Риан посмотрел ей в глаза, вложив в этот взгляд всю свою энергию.
– Ну согласитесь, Мари, будь я виновен, стал бы я сейчас сидеть здесь и спокойно с вами беседовать?
Мари отвернулась. Ей нужно было все осмыслить. Она видела, как писатель встал, напился прямо из-под крана, наполнил стакан, протянул ей и снова сел напротив.
– До того как Гвен узнает, где золото, я должен его найти. Потом я уеду, и обо мне забудут.
– Никуда вы не уедете! – воскликнула Мари, снова опуская руку на кобуру.
Риан пожал плечами, на его лице отразилось разочарование.
– Раз вы мне не доверяете, придется, пожалуй, рассказать о том, какую роль в этой истории сыграла ваша мать.
Дочь Жанны вздрогнула, ее сердце бешено заколотилось.
– Объяснитесь!
– Баш на баш: вы подниметесь со мной на борт катера и все узнаете, но взамен дадите мне возможность бежать.
 
С трудом справляясь с противоречивыми чувствами, Мари достала оружие:
– И речи быть не может! Вперед, живо!
Он бросил на нее мимолетный взгляд, как хищник, готовый к прыжку, вздохнул и с обиженной гримасой медленно повернулся.
Когда они спускались по бесконечной лестнице, Риан не предпринимал никаких действий. Но, подойдя к выходу, он сделал прыжок, точным и быстрым движением выбил пистолет из рук Мари, оттолкнул ее и, выбежав, снаружи закрыл тяжелую дверь на ключ.
Разъяренная, что дала себя провести, Мари поднялась, схватила оружие и сделала три выстрела, оглушительно прозвучавших в пустоте лестничной клетки. Замок наконец поддался, она открыла дверь и выскочила наружу.
Не успела Мари сделать и несколько шагов, как на нее обрушился страшный удар.
 19 
  
Пока Риан на всех парах мчался на катере в открытое море, Люка как безумный метался в порту Ланд. Он позвонил Морино, который, подъехав к маяку, сообщил, что дверь открыта с помощью оружия: скорее всего стреляла Мари из своего пистолета.
Люка взревел:
– Где же она?!
Стефан пробормотал, что Мари исчезла вместе с Рианом.
У Ферсена возникло ощущение, что его пропустили через мясорубку – все: сердце, кишки, мозг. Он постарался собраться с мыслями и понял, что теперь помочь ему может только военно-морская авиация.
На юте [12]катера, дрейфовавшего в открытом море, лежало бесчувственное тело Мари. На нее плеснули водой, и она в полубессознательном состоянии открыла глаза и приподняла голову.
Над ней возвышалась фигура Риана. Увидев в его руке свое табельное оружие, она отпрянула.
– Отдайте пистолет!
Писатель улыбнулся и, вынимая из магазина пули, принялся спокойно бросать их за борт.
– Успокойтесь: за единственное преступление, которое я совершил, я уже расплатился тридцатипятилетней отсидкой, с меня хватит!
Неожиданно он вернул ей пистолет.
– Держите.
Не сразу решившись, Мари взяла пистолет, а потом руку, которую протянул Риан, чтобы помочь ей встать на ноги. Она огляделась – кругом только море, насколько хватает глаз. Катер тихо покачивался на волнах.
– Я высажу вас на маленьком пустынном островке неподалеку от Финистера. Вернувшись в Ланды, я заберу остаток золота, а потом исчезну навсегда. Когда буду вне территориальных вод, свяжусь с полицией и сообщу ваши координаты.
– Полиция уже предупреждена и сейчас меня ищет!
Риан сразу утратил свою ироничную любезность.
– Хватит блефовать! У нас слишком мало времени, чтобы его терять. Вы ведь явились на маяк в одиночку с одной целью – выведать, известно ли мне что-нибудь о вашей семье, не так ли?
Молчание Мари было красноречивее всякого ответа. Он отвернулся, взял куртку и осторожно накрыл плечи Мари, одежда которой вся промокла, потом предложил пройти с ним в рулевую кабину и запустил мотор. Обратив взгляд к горизонту, писатель вдруг заговорил торжественным и выразительным тоном опытного оратора:
– Лойк, Жильдас, Ив и Гвенаэль, бесспорно, несут ответственность за кораблекрушение. Что касается Жанны, то она никогда не выигрывала в лотерею, а приобрела верфь и отель на деньги, составлявшие ее часть добычи, так же как это сделали Переки и Ле Бианы, построившие лаборатории и фаянсовую фабрику.
Потрясенная Мари не пыталась его прервать, она чувствовала, что он говорил правду. Все ей лгали, неужели они всегда ей лгали?
Риан опять прочел ее мысли.
– Трудно осознать, что такое может произойти с твоими близкими…
Она даже не пыталась скрывать свою печаль, голос ее стал совсем глухим.
– А Никола и Шанталь?
– Думаю, они убиты случайно: их потребовалось убрать как свидетелей.
– Не могу поверить, что Гвен с ними расправилась!
– Ле Бианы – очень сплоченная семья, кто знает, на что способны Ивонна, Пьеррик или даже Ронан.