Песнь лезвия конька (СИ)

Да и не были они братьями.
Четверной флип.
Есть!
Дима подпрыгнул на выезде, тут же беря разгон на следующий каскад.
И Тимур, и Дима биологически имели один набор генов. Генов, которые позволили им быть теми, кто они есть сейчас. Только вот Тимур приобрел второго отца, который бы сколько ни отрицал это на интервью, но был готов принять Тимура даже под опеку. А у Димы осталась мать, которая была готова не разговаривать со своим ребенком сутками. Поила их с Катей таблетками для мышц, а её ещё и смесями для похудения.
Тройной лутц.
Тройной риттбергер.
Аплодисменты разносили арену. Не было ни одной трибуны, на которой бы не подняли плакаты во славу Диме. Внизу были даже светящиеся буквы его имени, бросающиеся в глаза, но ни разу не мешающие.
— Готов? — Денис Русланович задал вопрос Тимуру, ходившему перед выходом на арену.
— А у меня есть выбор? — ухмыльнулся старший Панкратов и открыл дверь.
Чтобы застать тройной аксель Димы. Успешно приземленный.
Ноги гудели, но оставался последний прыжок. В горле пересохло, Дима даже не решился попробовать сглотнуть. Он просто двигался основываясь на мышечной памяти. А в голове пустота. Она возникла моментально.
Даша сложила руки вместе и практически взмолилась:
— Пожалуйста…
Четверной сальхов.
Люди на трибунах вставали. Не чтобы выйти, разумеется. Чтобы поаплодировать Диме, приземлившему пять четверных прыжков в своей произвольной программе на Чемпионате Европы. Даша, разумеется, тоже встала и не поскупилась на аплодисменты вращающемуся Диме. Этот прокат стоил многого, люди пускали слёзы от восхищения.
А Дима всё ещё остался собой. Проезжая в кораблике мимо судей он заглянул в глаза каждому. Если они хотели максимум, Дима его выдал. И баллы хочет соответствующие.
Хореографическая дорожка заканчивалась красивым движением. С которого Дима вышел моментально. На лице появилась улыбка, он запрокинул голову и прошептал то, что на камерах не услышит никто.
— Спасибо… сегодня ты мне помог.
По лицу градом катился пот. Грудная клетка вздымалась, в горле всё ещё было сухо. Зато на душе очень приятно. Он сам не верил, что сделал это здесь и сейчас.
— Дмитрий Панкратов!
Самые приятные поклоны, которые ему приходилось делать. Людям, которые стоят и искренне болеют за него. На Чемпионате России так не болели, как сейчас.
— Молодчина, — Тамара Львовна похлопала его по спине в момент, когда парень выходил с арены. А за его спиной проезжал Тимур.
«Ну, посмотрим, кто круче» — пронеслось в голове Димы. Неосознанно, он даже не заметил, как это получилось.
И не заметил, как посмотрел на Дениса Руслановича, стоящего совсем неподалёку. В глазах Димы мелькнуло что-то дьявольское, недоступное для остальных. Этот момент с камер будут пересматривать много раз и делать с ним различные обработки.
— Мне даже страшно, — пробормотала Яся.
— Почему? — Даша повернула голову на сестру, — Всё же, вроде, хорошо.
— Взгляд у него… такой.
Дима сидел в КиК с тем же взглядом. Он был счастлив, рад, но от того парня, который улыбался на льду осталось мало. Он понимал, что занизить баллы могут как и в короткой. Но, искренне надеялся на то, что всё будет по другому. Разочарование после первого дня было свежо в воспоминаниях.
— Внимание!
Панкратов закрыл глаза.
DMITRY PANKRATOV, RUS. Technical Elements: 121.30 Presentation: 93.59
FP SCORE: 214.89 [1]
Если Дима думал, что до этого ор трибун был максимальным, то сейчас ему показали настоящую полную громкость. Орали так, что у него даже уши заложило. Здесь и сейчас Дима поставил мировой рекорд в произвольной программе. И, естественно, не оставалось сомнений в том, что в следующей табличке он тоже будет первым.
DMITRY PANKRATOV, RUS. TOTAL SCORE: 309.67 [1]
Сжатые кулаки, показывающие то, настолько он доволен. Широкая улыбка. И мурашки, растекающиеся по всему телу. Как давно у него не было мировых рекордов!
***
— Тимур Панкратов, Россия!
«Нога сказала мне до свидания!» — всё, что подумалось Тимуру в момент, когда он несся по катку и поднимал руки, представляясь трибунам.
 
Тренеры, стоящие за бортом, смирились с тем, что сейчас будет непонятно что. Денис ещё со вчерашнего дня был в некой прострации, словно все происходит не с ним и не сейчас. Спорить с Тимуром не было никаких сил, он ещё и прекрасно слышал баллы Димы. Уши не закрывал. Ну и черт бы с ним.
Ева выключила трансляцию. Сегодня нервы были настолько невыносимыми, что у неё просто тряслись руки. А проснувшиеся дети тем более мешали посмотреть. Всё. Узнает только баллы.
Тимур размял шею. Вот ведь случится, Чемпионат Европы, а он впервые катает свою произвольную программу на соревнованиях. На Чемпионате России было принято катать прошлогоднюю произвольную, но теперь Тимур был готов.
Кавказ. Музыка из фильма по мотивам «Герой нашего времени». Пафосно, но Тимур видел в этом не буквы и слова, а настроение. Кавказ он любил и, пусть был далёк от кавказской внешности, вживался в роль полностью.
— Ты даже к Диме не пойдешь? — Даша осталась сидеть на месте, чем явно смутила Ясю.
— Хочу посмотреть программу, — слегка растерянно ответила Калинина-старшая.
Тимур встал на начало программы. Как же ему пережить следующие четыре минуты и остаться с конечностями?..
Первый каскад был самым сложным из всех прыжковых элементов. Тимур прыгал его столько, сколько помнил себя на мировом уровне. Он был единственным, кто его исполнял. И сейчас искренне сомневался в том, что сможет это сделать. На тренировках каскад 4–4 ему поддавался, но стабильности ему всё же не хватало.
Денис Русланович, держащий кофту спортсмена, слегка присел на въезде и впился глазами в ноги Тимура. Ребра, зубцы, правильный преротейшн. Всё это сейчас было важно. На таком каскаде это вообще всегда важно, но когда спортсмен прыгает такое, а у него в левой стопе практически ни одной кости на своём месте, особенно стоило обратить на это внимание.
Вдох…
Четверной лутц.
Промежуточное приземление на необычную ногу.
Четверной флип!
Выезд сопроводили аплодисментами, даже Денис Русланович не поскупился. Было бы славно и всю оставшуюся программу отпрыгать чисто.
Музыка пробирала до мурашек, вызывая кучу эмоций, начиная от захватывающих дух и заканчивая печалью. Тимур, хоть никогда и не отличался особым артистизмом, но отрабатывал музыку целиком и полностью. И в каскад, который шел практически следом, вошёл сохраняя образ.
Четверной флип.
Тройной тулуп.
Если Дима собрал мировой рекорд, то Тимур собирался побить его тут же. Не отходя от кассы. Поражение — это не для него. Даже если твоя нога еле двигается, а тройной тулуп вызывает больше боли, чем что-либо другое.
Тимур не знал, сколько Чемпионатов Европы он уже выиграл. Перестал считать. Считал только Олимпийские Игры. Но, от этого медали не переставали быть важными. И даже сейчас ему было важно завоевать это золото. После травмы особенно.
Катя в очередной раз залипала мимо фигуриста. Брат, не брат… Сейчас она смотрела на мужчину, который искренне переживал за того самого фигуриста на льду. Денис выглядел неважно и Катя даже догадывалась почему. Приближался двойной аксель, самый опасный прыжок для ноги Тимура.
Заход…
Двойной… нет, просто аксель. Тимур выпал на две ноги, ещё и недокрутил. Ногу свело, он шумно выдохнул и схватился за неё же. Катя тут же перевела взгляд, Денис буквально побелел. Тимур ещё раз попытался продолжить программу, но сдался через несколько секунд.
Боль была невыносимая. Нога «жужжала», не давая даже шанса наступить. И, кажется, снова пухла.
«Нет… я не могу так закончить. Нет».
Панкратов подъехал к судейскому столу, а именно к главному судье.
— Я хочу взять две минуты, — он практически навалился на стол, будучи не в состоянии держать себя.
Главный судья нажал на секундомер, время Тимура пошло. По телу прошла дрожь. Музыка прекратилась, арена поддерживала и аплодировала. Усилием воли парень доехал до Дениса Руслановича и Романа.