Ремесло Выживания (СИ)

«Маска» временно деформирует мою личность, благодаря чему я спокойно воспринимаю все знания конкретной профессии. Отсюда и название, уж очень эффект похож на одноименную технику самогипноза.
— Эй, ходячая энциклопедия. — Окликнула меня Такаги.
— Говори тише. — Уже в который раз повторяю ей.
— Ты тут так уверенно говорил, что Кем­брий­ский пе­ри­од это всего лишь полпроцента истории Земли. — Такаги отошла от Кёко, Саэко и Рей с которыми до этого шепталась и сравнялась со мной. — А вся история Земли — это сколько?
— Более четырех с половиной миллиардов лет. — Ответив на автомате, я продолжил думать о Масках. Ведь если так подумать, то я почти не занимался ремеслом, только просматривал знания, но что-то делать хотелось лишь от скуки.
— Такаши, ты меня вообще слушаешь? — Теперь из размышлений меня вывел не только окрик, но тормошение за плечо.
— Не слушаю. — Я положил ей руку на плечо. — И я просил быть тише.
— Пусти меня. — Придушенно пискнула девушка, а я понял, что не соизмерил силу, несколько выросшую под эффектами от еды.
— Прости. Так что ты хотела? — Разжав руку, я сосредоточился на предстоящем разговоре.
— Медведь! — Она шикнула, растирая плечо. — В любом случае, полпроцента от этого времени это десятки миллионов лет.
— Двадцать два с половиной миллиона, и что? — Я вздохнул. — Послушай, Такаги, мы оба считаем друг друга не очень умными, но нам обоим мало сказать «дурак» или «дура», мы хотим обосновать и доказать свою точку зрения. Я признаю, что вспылил. — На самом деле неосознанно надел Маску биолога-генетика. — Но давай мы сначала дойдем до безопасного места и уже там будем выяснять чей обьем знаний шире, а интеллект больше.
— Ни-за-что. — Раздельно ответила Такаги. — Ты выставил меня дурой, оставил за собой последнее слово и хочешь, что бы я молча стерпела?
— Очень хочу. — Честно отвечаю. — И последнее слово осталось за Хирано.
— С ним я разберусь позже. — Она сложила руки под грудью, спровоцировав у меня сразу две мысли: первая; «ну и штучка Коте досталась», а вторая: «у Саэко все равно больше». — Итак, более половины всех известных науке видов появилось не в одночасье, а в течении двадцати двух с половиной миллионов лет.
— Два момента. — Я показал на здоровой руке два пальца. — Не видов, а основных групп. Однажды они появились со всеми своими уникальными особенностями и чертами. И не имели явно выраженных предков.
— А как же люди? — Вклинился Исия.
— О людях мы поговорим в безопасном месте. — Отбрил я. — Второй момент: начало Кембирийского периода это только семь восьмых истории Земли, одна восьмая, двенадцать с половиной процентов, исходя из наших условных обозначений это пятьсот шестьдесят два с половиной миллиона лет, и за все это время ученые отмечают не изменчивость, а устойчивость генома. Никаких незначительных изменений нет, каждый вид появлялся, существовал и вымирал, сохраняя все основные и большую часть вторичных признаков неизменными.
— Все это разбивается об эволюцию людей. — Розоволосая упрямо набычилась.
— Такаги. — Я остановился и посмотрел на неё. — Я еще раз прошу тебя, успокойся и молча иди до безопасного места, а уж там я, вооружившись исключительно научными фактами, размажу тебя по стенке.
— Хам. — Она насупилась.
— А почему ты считаешь, что сейчас говорить опасно? Вокруг же никого нет. — Спросила Рей.
— Мы просто никого не видим, это немного разные вещи. — Я кивнул на окна домов вокруг. — Увлеченные препирательствами мы можем не заметить опасности или, что хуже, привлечь её к себе.
— Мы все равно не способны передвигаться тихо, но терять бдительность и правда глупо. — Заметила Саэко.
Спорить с ней было сложно, по всем пунктам. Про бдительность и так понятно, а чтобы проверить насколько же тихо мы идем, я погрузился в профессию охотника. Чтобы тут же мысленно скривиться. Не только шум при передвижении, но и переход растянутой колонной на местности просматриваемой со всех сторон.
— Что-то не так? — Саэко подошла поближе, заглядывая мне в лицо.
 
— Просто задумался над тем как мы передвигаемся.
— И что? — Теперь ближе подошла и Рей.
— Мне больно. — Тяжело вздыхаю.
— Рука? — Саэко нахмурилась.
— Нет, я не о ранении. — Покачав головой, я отключил Маску. — Это я так, метафорически. — Я вздохнул. — Не забивай голову, мне просто не нравится как мы идем, но изменить мы ничего не в силах.
— Мы могли бы свернуть с главной дороги. — Немного подумав, Саэко предложила вариант.
— Не думаю, что это нам поможет. Дело даже не в возможных печальных последствиях, просто плюсы и минусы поменяются местами. Сейчас мы как на ладони, но и сами увидим противника издалека, во дворах мы сможем спрятаться, но сами противника разве что услышать сможем. С учетом того, как «тихо» мы идем, это скорее нас услышат и встретят. Мы идем растянутой цепочкой и если столкнемся с противником, нам будет сложно действовать сообща. Но если мы соберемся кучкой, нас можно будет накрыть одним выстрелом из охотничьего ружья. — Я хмыкнул и продолжил идти дальше.
— Слушай, Такаши-кун, а откуда ты все это знаешь? — Внезапно спросила Кёко.
— Что все?
— Ну, все вот это. — Учительница запнулась. — Этот клей медицинский, который ты приготовил, да и про эволюцию ты рассказывал… много.
— И что? Я ведь уже говорил, что люблю читать. — Полностью обрезав эмоции я с максимально возможно скоростью обдумывал как соврать. По зрелым размышлениям выходил полный швах, сболтнуть я успел много и разного.
— Это в какой же библиотеке ты столько всего прочитал? — Недовольно буркнула Рей, её, как впрочем и Такаги, очень задевало, что давний друг хранил какие-то секреты.
— Я не рассказывал это раньше, что сейчас изменилось? — Отмазка ниже среднего, эти может и отстанут, но так как я ничего не объяснил, мы рискуем вернуться к этому вопросу позже.
— Вчера случился апокалипсис, чем не причина для откровений? — Саэко усмехается.
— Не аргумент. — Всё-таки не отстали.
— И ты раскрылся в больнице, тому врачу, что, между прочим, хотел тебе руку отрезать. — Её голос звучал обвинительно, и Рей с Такаги насупились.
— Не раскрылся, а приготовил состав что спас мне как минимум руку, а то и жизнь. Так же я оставил врачу формулу состава, возможно даже и зря. — Без эмоций этот момент был весьма неоднозначным. — Но я действительно благодарен ему.
Некоторое время шли молча. Как бы не хотелось идти сразу к матери, я решил завернуть к торговому центру. Заходить туда не будем, но посмотреть, что там творится стоит.
Думаю многие живые пойдут туда, кто прятаться, а кто и ради наживы. Но там могут быть и только мертвые, особенно если я прав, рассуждая об их активности ночью.
— То есть ты ничего не скажешь? — Теперь ко мне подкатила Такаги.
— Я и так сказал достаточно. — Вздохнув, я покачал головой. — У меня были источники с которыми я работал и из которых по­чер­пнул некоторые знания.
— А почему ты не показывал эти знания во время учебы? — Она продолжила ко мне приставать.
— Не видел смысла. Просто листая учебник я мог самостоятельно разобрать два-три параграфа за час-два. При этом в школе мы разбираем один параграф неделю, а то и больше, и это при наличии трех-четырёх уроков в неделю. Мне было просто скучно протирать штаны в школе, и я часто её прогуливал, но все контрольные и итоговые тесты сдавал хорошо, так что ко мне никто не приставал с прогулами. — Мысленно я выразил благодарность Такаши и его раздолбайству. У него было много времени, которое я смогу использовать для своей легенды.
Меня еще несколько раз пытались разговорить, но я решил пока остановиться на уже сказанном. Пусть я уже примерно прикинул, как именно соврать, но чтобы это было хоть немного правдоподобно, нужно правильно подавать информацию. Думаю позволить им постепенно уговорить меня поделиться некоторой информацией, но исключительно по частям, и с временными промежутками, что бы иметь возможность скорректировать легенду.