Ферма "Копперсмита" (ЛП)

Я заканчивала составлять график на день, у меня оставалось всего тридцать минут, когда в дверь вошла пожилая женщина.
Она была примерно моего роста и, вероятно, вдвое меньше меня. Ее фигура была слишком худощавой, а лицо обрамляли светло-каштановые волосы с проседью. Ее глаза были яркими, льдисто-голубыми.
Я знала эти глаза. За последние три недели я провела много времени, глядя в точно такие же глаза, как у нее. Они принадлежали человеку, который в настоящее время был на вершине моего черного списка.
— Здравствуйте. Могу я вам помочь? — спросила я.
— Я хотела спросить, могу ли увидеть доктора Сиверс сегодня, — сказала она таким слабым голосом, что мне пришлось напрячься, чтобы расслышать ее.
— Конечно. Сейчас у нее есть свободное время. Позвольте мне вас зарегистрировать. Ваше имя?
— Ноэль Клири.
Да, я была права. Она была каким-то образом связана с Джессом.
— Хорошо, Ноэль. Присаживайтесь, и я позову вас через минуту.
Я вернулась к столу и зарегистрировала ее в системе больницы. Может быть, она тетя Джесса? Конечно, она не была его матерью. Она была слишком молодой, чтобы иметь такого взрослого, сильного сына.
— Ноэль? Проходите, — крикнула я в комнату ожидания.
Она последовала за мной обратно в смотровую и забралась на стол, в то время как я села напротив нее на вращающийся черный стул.
— Хорошо, Ноэль. Меня зовут Джиджи. Можете ли вы сказать мне, что привело вас сюда? — спросила я.
— Сегодня днем я зашла в ванную, поскользнулась и упала в душе. Кажется, я вывихнула запястье, — сказала она.
— О, нет. Мне так жаль это слышать. Давайте измерим ваше кровяное давление, а потом я позову доктора Сиверс.
Доктор Сиверс быстро занялась Ноэль, и пока она заканчивала осмотр, я просмотрела больничную карту Ноэль.
Я прокручивала травму за травмой. Похоже, она была самым частым посетителем больницы Джеймисон-Вэлли.
Только в этом году она трижды посещала доктора Сиверса, и все по разным причинам. Один визит был направлен на лечение сильного ожога на ее руке. Другой — вывих лодыжки. Самое последнее — ушиб копчика.
Что, черт возьми, происходило в доме этой женщины? И как она была связана с Джессом?
— Джиджи, ты не могла бы выписать рецепт для миссис Клири? — спросила доктор. — Я хочу, чтобы она принимала обезболивающее, пока ее запястье восстанавливается. Я перевязала его, но, вероятно, какое-то время будет больно.
— Конечно, доктор Сиверс. Что-нибудь еще?
— Сосед привез ее сюда и высадил. Можете ли вы помочь организовать ее возвращение домой?
— Да, без проблем, — сказала я, прежде чем вернуться в смотровую комнату за Ноэль.
— Мне жаль, что вы поранили запястье, но бинт и обезболивающие должны помочь, — сказала я Ноэль.
Она слегка улыбнулась мне, но ничего не сказала.
— Доктор Сиверс сказала, что вас подвез сосед. Есть ли кто-нибудь, кому я могу позвонить, чтобы он приехал и забрал вас домой?
— Ну… я весь день пыталась дозвониться до своего сына, но он не отвечает на звонки.
— Хотите, я попробую набрать его еще раз?
— Если вам не сложно, — прошептала она.
— Вовсе нет. Как его зовут? — спросила я, хотя была на девяносто девять целых девять десятых процента уверена, что знаю ответ.
— Джесс Клири, — сказала она, а затем продиктовала номер его мобильного.
Должна ли я сказать ей, что мы с Джессом были вместе? Нет. Я хотела сначала поговорить с ним. Здесь была совершенно другая история, которую он пока не готов рассказать мне.
Никогда бы в жизни я не представила бы Ноэль в роли матери Джесса. Он был крепким. Сильным. Его личность, его голос, его тело. Все в ней было полной противоположностью. Он сказал, что она часто болела, но я не ожидала, что она окажется такой хрупкой.
Я оставила ее собирать вещи, а сама направилась в задний коридор клиники, на ходу набирая имя Джесса в своем телефоне. Спустя три гудка я начала волноваться, что снова попаду на голосовую почту, когда он ответил.
— Что, Джорджия? — рявкнул он. Я знала, что он получил мои сообщения, но теперь я знала, что они ему не очень понравились.
 
— Джесс, — мягко сказала я.
Он явно ожидал, что я разозлюсь, поэтому мой спокойный тон застал его врасплох.
— Ты в порядке?
— Да, я в порядке. Но я в клинике, и твоя мать только что пришла.
— Черт. Она поранилась? С ней все в порядке?
— Она вывихнула запястье, но с ней все будет в порядке. Дело в том, что сосед высадил ее, но ей нужно домой. Я думаю, она звонила, но не смогла с тобой связаться.
— Черт возьми, — сказал он. — Только что поехал к Драммондам. Я вернусь как минимум через полчаса. Возможно чем через час. Ей придется подождать меня в больнице. Или идти пешком в участок. Это значит, будет уже поздно, когда я отвезу ее домой, устрою и приготовлю ей ужин. — Он шумно выдохнул. — Черт. Думаю, Мейзи не нужно оставаться.
— Уже почти пять, — сказала я, посмотрев на часы. — Я уйду отсюда через несколько минут, чтобы забрать Роуэн. Мейзи придет в пять тридцать. Почему бы мне не взять твою маму с собой на ферму? Она может подождать с нами, пока ты не вернешься. Мы можем поесть все вместе, а потом посмотрим, как быть дальше.
— Не хочу, чтобы тебе приходилось заботиться о ней. Особенно, если она поранилась, — сказал он.
— Э-э-э, Джесс, ты ведь помнишь, чем я зарабатываю на жизнь, верно?
— Джорджия, она… с ней сложно.
— Это всего пара часов. В этом нет ничего особенного.
Он сделал еще один глубокий вдох.
— Я ненавижу, что тебе приходится иметь дело с этим.
— А я ненавижу, что ты имеешь дело с моим амбаром. Как насчет того, чтобы мы устроили мою дочь и твою мать на ночь, а затем обсудили все вещи, с которыми мы бы предпочли, чтобы другой из нас не имел дела.
Еще один глубокий вдох.
— Ладно, Веснушка.
— Ты можешь позвонить своей маме и сообщить ей все? Я не рассказала ей о нас. Не была уверена, захочешь ли ты этого или… ну, я просто не была уверена, — сказала я.
— Джорджия, я не намеренно не рассказывал ей о тебе. Просто у меня не было возможности поговорить с ней лично. Как только я положу трубку, то позвоню ей. Дай мне пять минут, и она поймет, что ты значишь для меня.
— А я что-то значу для тебя? — прошептала я.
— Да, детка. Ты что-то значишь для меня.
Я задержалась в коридоре на минуту, размышляя о словах Джесса и их скрытом смысле.
Джесс тоже кое-что значил для меня. Все больше и больше с каждым днем, а прошло всего три недели. Не прошло и месяца с нашего первого пятничного ужина вместе в кафе.
Он оказался не тем ослом, которым я изначально его считала.
Но я узнала, что Джесс хотел, чтобы все делалось по его. И до сих пор все наши споры заканчивались его победой. Неужели я позволяла ему помыкать мной? Я задавалась вопросом, что произойдет, когда он зайдет слишком далеко.
Когда он прейдет черту я не позволю ему добиться своего.

— Привет?
Мы все посмотрели в холл, когда глубокий голос Джесса проник в дом.
— Джесс! — Роуэн взвизгнула и выбежала из кухни.
Две секунды спустя она вернулась, на этот раз усевшись на бедро Джесса.
Он выглядел усталым и измученным. Его глаза были красными, а плечи ссутулились. При этом он по-прежнему выглядел невероятно красиво, однако можно было сказать, что у него был тяжелый день.
Я стояла у плиты, помешивала соус к ужину. У нас были спагетти с фрикадельками, чесночный хлеб и зеленый салат.
Закончив разговор с Джессом в клинике, я поспешила завершить дела. Когда я вола в комнаду ожидания, Ноэль только что повесила трубку, после разговора с сыном. Она опустила глаза в пол, когда извинялась за то, что доставила неудобства. Я заверила ее, что это не проблема, и что я с нетерпением жду возможности провести с ней время. Она немного расслабилась, но не полностью. Но к тому времени, как мы забрали Роуэн и вернулись на ферму, она казалась гораздо более непринужденной.