Маньчжурия, 1918. Особый отряд (СИ)

В консульство доехали на трёх машинах. Колчак ехал с консулом в первой, Виктор сидел спереди. Краем уха он слушал, как они разговаривают про возможность объединения атаманских отрядом Семенова и Калмыкова под его, Колчака, командованием.
«Вряд ли из этого что-то выйдет без наличия серьёзной силы здесь, в Харбине — обоим атаманам достаточно иметь японскую крышу, как сейчас, чтобы жить припеваючи», — вспомнил Виктор как исторические реалии, так и видимое невооруженным глазом положение вещей. — «Здесь придётся очень сильно поработать, и то не факт, что выйдет нечто путное. Опереться можно только на Орлова, и всё. А у него задача — охранять дорогу, хотя бы основные узлы, нельзя все эти функции отдавать китайцам. Сил мало».
В гараж заезжать не стали. К машинам вышел Смирнов, Евсеев и двое унтер-офицеров.
— Виктор Антонович, вагон для господина вице-адмирала полностью готов, он может там квартировать хоть с сего момента, — доложил подпоручик.
— Спасибо! — Виктор ощутил, что у него буквально камень упал с души.
Евсеев проводил Попова и Колчака внутрь. Виктор подошёл к сопровождающим вице-адмирала офицерам, которые стали около машин.
— Господа, прошу вас проходить внутрь, на банкет, — Виктор показал рукой на вход. — За багаж не переживайте, для вас и Александра Васильевича уже готовы два комфортабельных вагона, штаб-квартира со всем необходимым для работы.
Офицеры переглянулись и явно повеселели.
— Благодарю вас, господин штабс-капитан, — ответил ему один из них, со знаками различия капитана второго ранга. — Ещё один банкет, значит?!
— Далеко не последний, смею вас уверить, — улыбнулся Виктор.
Старший из офицеров представил ему остальных.
— Рад знакомству, господа! Прошу, — Виктор сделал приглашающий жест.
Офицеры вошли в здание, Виктор и его помощник следом за ними.
— Стол накрыт на втором этаже, в большой гостевой, — негромко проинфомировал его Смирнов.
— Спасибо, Игорь Иванович, вы отлично потрудились, — Виктор искренне похвалил его — подпоручик оказался очень хватким и расторопным. — А что, жены сотрудников присутствуют?
— Так точно!
«Тогда с моей стороны будет вполне уместно пригласить Ольгу. Надеюсь, место за столом для неё найдётся».
— Господа, вот сюда, прошу! — когда поднялись на второй этаж, Виктор показал немного налево, в сторону покоев консула.
Из комнаты уже доносился патефон.
— Ой, господа, ну что же вы, проходите! — послышался голос жены Евсеева и через несколько секунд она показалась в коридоре.
Офицеры-моряки начали входить.
— Мария Степановна, а для Ольги Алексеевны найдётся место? — очень тихо поинтересовался Виктор.
— Конечно, — с многозначительной улыбкой ответила жена секретаря. — Она ждёт вас.
— Я мигом, — усмехнулся Виктор, развернулся и почти что побежал в другой конец здания.
Около комнаты девушки он выдохнул, одернул мундир и постучал. Ольга открыла почти сразу.
— Добрый день, Ольга Алексеевна! — приветливо улыбнулся Виктор. — Позвольте пригласить вас на банкет в честь приезда господина Колчака!
— Добрый день, Виктор Антонович! — явно обрадовалась девушка. — Позволяю! — мило и кокетливо улыбнувшись, она изящно протянула ему свою ладонь.
Виктор, взяв её руку, оценил и весьма модное по нынешним меркам темно-синее платье с серебристыми узорами. На его взгляд, выглядела она классно — прическа, макияж, то есть девушка явно была готова. Парфюм легкий, ненавязчивый, с лимонно-фиалковыми нотами.
Гостевая комната находилась по левой стороне коридора. Они с Ольгой вошли последними, однако вовремя — за стол ещё только начинали садиться, часть офицеров, консул и вице-адмирал стояли около окна, разговаривали и курили.
«Блин, а как же мне её представить, если спросят? Спутница, знакомая? Невеста?!» — на несколько секунд растерялся Виктор, поскольку память что-то не слишком подсказывала по поводу таких нюансов этикета.
— Господа, все в сборе, прошу к столу! Прошу! — докурив, решительно объявил консул.
Комната была достаточно просторная и прилично меблированная. Горела люстра. Большой круглый стол заставлен блюдами и бутылками. Присутствовали четыре семейных пары консульских работников, включая Попова и жену, пятеро сопровождающих Колчака офицеров, Виктор с Ольгой и подпоручик Смирнов.
 
Они втроём сели как раз напротив Колчака и Попова. Трое человек начали разливать водку, коньяк и вино по стопкам и бокалам.
— Господа! — консул поднялся с чаркой в руках. — Я и все мы рады приветствовать в Харбине Александра Васильевича Колчака, выдающегося флотоводца, — оглядел он присутствующих. — Виват Александру Васильевичу, спасителю России от большевизма! — посмотрел он на вице-адмирала и отсалютовал чаркой.
«Георгий Константинович ещё с того банкета подшофе», — отметил Виктор, чокаясь с сидящими рядом.
— Большое вам спасибо, господа, за такую теплую встречу! — ответил своим солидным, глубоким голосом Колчак и отсалютовал в ответ. — Пока что я главный инспектор охранной стражи КВЖД, но на божью помощь уповая, приложу все силы, чтобы восстановить в России законность, порядок и твердую власть!
— Ура, виват адмиралу! — раздались выкрики.
После первого тоста атмосфера стала более непринужденной. Хотя Виктор и не был особо голоден, однако блюда на столе выглядели очень даже аппетитно — он насыпал себе бобовую вермишель с тушеным мясом и в сметанном соусе, блюдо было ближе всего. Ольга взяла себе кусочек запеченной рыбы под вино.
Второй тост произнес сам вице-адмирал — когда снова налили рюмки, он поднялся и пообещал бороться с большевизмом до полной победы. Это вызвало восторг присутствующих, и Виктор поймал себя на мысли, что он тоже думает подобным образом.
Разговор за столом пошёл о текущей политической ситуации и перспективах войны. Виктор помалкивал и просто слушал.
— Я абсолютно убежден в победе союзников, несмотря на тяжелейшие бои на Западе, — заявил вице-адмирал. — Если бы не октябрьские события в Петрограде, Россия бы по праву вошла в число стран-победительниц, к этому моменту мы могли вывести из войны османов и развивать успех на черноморском театре.
— Большевики — грязные предатели, — взволнованно сказала какая-то из женщин по левую от Виктора руку.
— Их преступление — сепаратный мир и развал армии. Наша же задача, господа, — Колчак обвел взглядом всех присутствующих, — восстановить порядок в государстве. Здесь, на Дальнем Востоке, всё для этого есть!
Поднялся капитан второго ранга Потапьев, в меру полный человек с чуть багровым, суровым лицом и аккуратными усиками — он произнес третий тост, поблагодарив всех присутствующих за теплую встречу.
— Александр Васильевич, как вы считаете, государь-император сможет вернуться на трон? — спросила жена Попова, когда все выпили.
— Ксения Николаевна, я всегда был преданным сторонником монархии, — несколько секунд помолчав и нахмурившись, заговорил Колчак, — однако февральские события и отречение императора стали для меня полнейшей неожиданностью. Я не одобрял и не одобряю подобное деяние. Как теперь все мы понимаем, это сломало ситуацию. После этого я несколько месяцев ещё командовал Черноморским флотом и ясно понял народные настроение — массы хотят республику. Я не политик и никогда им не был, но пришёл к выводу, что России нужна демократия по западному образцу, конституция, парламент, выборы и гражданские свободы, а не все эти советские профанации! Только так мы сможем восстановить закон и порядок!
Через несколько секунд абсолютно все сидящие за столом зааплодировали и одобрительно загудели.
«Адмирал не был ярым монархистом и вполне себе присягнул февральскому режиму. Оказывается, он в целом западник, как я и читал про него», — вспомнил Виктор несколько фактов из биографии высокого гостя. — «А ещё Ольга говорила, что он принял „революционные ценности“, так сказать».
Дальше пили, ели и разговаривали. Женщины задавали много вопросов, в том числе про семью — Колчак при этом помрачнел и отвечал нехотя. Виктор тихо переговаривался с Ольгой, она пересказала слова своего отца о том, что летом прошлого года в кругах меньшевиков считали, что Колчак или Корнилов могут стать военными диктаторами и остановить разрастание анархии.