Маньчжурия, 1918. Особый отряд (СИ)

«Певица сильная, какой у неё широкий репертуар!» — восхитился он.
За столом тоже похлопывали в такт. Франк сразу предложил ему рюмку под шоколад.
— Никто уже не желает, — развел он руками.
Виктор согласился, краем глаза наблюдая, как его жена недовольно на них смотрит.
Южина выступала до полуночи, и когда она откланялась, её минут десять звали на «бис». И она вышла, снова исполнив «Колокольчик».
— Хоть бы палить не начали, — с легкой опаской произнесла жена Орлова, поскольку настроение в зале было очень развеселое.
— Не начнут, это строго запрещено здесь, — вполне серьезно ответил Орлов — выглядел он задумчивым и немного мрачным.
Уже на улице Орлов предложил Виктору машину, пока они стали покурить.
— Погуляли и хватит, работы по самое горло и проблем очень много, — сказал полковник, когда завели машину — легковушку с кузовом типа «дубль-фаэтон».
— Благодарю вас за приглашение, господин полковник — великолепный концерт! — Виктор откозырял Орлову.
«Русскiй автомобильный заводъ И. П. Пузыревъ. С.П.Б.» — обходя машину с левого бока и открывая дверь, прочитал Виктор.
За рулём был молодой прапорщик. Виктор сказал ехать в консульство — в гостиницу ему не хотелось.
— А что это за марка автомобиля? Не встречал ещё таких, — хотя голова у него изрядно кружилась, полюбопытствовал он — таких машин ему не доводилось ещё видеть.
— Пузырев, модель двадцать восемь — тридцать пять, очень редкая машина, говорят. Господину полковнику на прошлой неделе подарил её какой-то богатый банкир на дело борьбы с большевизмом, — ответил прапорщик. — Мощная, господин полковник очень её любит!
«Хорошо идёт, плавно», — Виктор откинулся на сиденье и прикрыл глаза.
До консульства доехали менее, чем за десять минут. Виктор поблагодарил офицера и начал звонить в звонок — калитка была закрыта, естественно.
Заспанный дежурный унтер-офицер вышел через несколько минут.
— Ваше благородие, не ожидали вас, — вытянулся он.
— Да, пришлось так, — махнул рукой Виктор и пошёл на второй этаж, в ванную комнату — умываться.
Спать он лёг на диване в кабинете. Сон был тяжелый, глубокий. Проснулся от настойчивого звонка — телефон звонил долго.
«И не прекращает же», — с раздраженным удивлением думал парень. — «Видимо, дело срочное».
— Слушаю! — нехотя поднявшись, снял он трубку.
— Здравствуйте, господин штабс-капитан! — услышал он взволнованный голос начальника вокзала. — Думал, вы уже выехали к нам.
— А что случилось, Степан Петрович? — спросил Виктор, массируя затылок — голова немного ломила.
— Прибыл экстренный поезд губернатора Янь Шицина, китайские солдаты полностью оцепили вокзал и никого туда не пропускают из наших служащих и пассажиров! Это самоуправство!
«Очередной скандал», — вздохнул Виктор. — «День начинается весело».
— Я вас понял! Мы с секретарем консула в самом скором времени приедем туда, — ответил он.
— Спасибо, Виктор Антонович, ждём вас — это возмутительно!
На часах было без четверти девять. Смирнова на месте ещё не было. Виктор обулся и пошёл в ванную — надо было хотя бы умыться и прополоскать рот, поскольку зубной порошок и бритва остались в гостинице.
«Надо бросать по мере сил пьянки, гулянки и курение — они до добра не доведут, уже не довели», — оглядывал в зеркале своё чуточку помятое лицо Виктор. — «Рановато в мои двадцать пять страдать даже от легкого похмелья, рановато. Тем более и коньяк был отменный».
— Доброе утро, Виктор Антонович! — на этаже он неожиданно встретил Ольгу — одетая в легкое платье девушка тоже пришла в ванную, которая была общая в этой части здания.
«Как неудобно — я не брит», — ему стало чуточку стыдно.
— Доброе утро, Ольга Алексеевна! — постарался улыбнуться он. — Простите, очень спешу — срочное дело...
— Конечно, — Ольга чуть исподлобья взглянула на него — как ему показалось, с легким кокетством.
«Нравлюсь я ей или нет?» — задавался он вопросом, пока отдавал указание заводить машину унтеру-водителю и ходил искал секретаря консула — тот немного говорил по-китайски.
 
Секретаря Евсеева он нашёл в вестибюле — там были посетители, явно из приезжих. Поздоровавшись, он ввёл его в курс дела — они пошли в гараж.
— Такого следовало ожидать от китайцев, всё к этому шло, — говорил секретарь, мужчина сорока лет с бородкой и в очках.
— И что можно будет сделать, Сергей Андреевич? — Виктор пока что не видел, каким образом можно утихомирить китайского губернатора.
— Попробуем договориться и урегулировать неофициально — это наша прямая обязанность, потом можно будет обратиться за содействием в японскую миссию и выразить официальный протест.
— Одобрил бы это Георгий Константинович? — засомневался Виктор.
— У меня есть инструкции на этот счёт от него.
— Не хотелось бы впутывать японцев — это слишком для них хороший повод ещё раз убедиться в нашем шатком положении.
— А что поделаешь, Виктор Антонович? — развел руками секретарь. — Наше положение ещё хуже, чем вам кажется, и японцы пользуются этим на всю катушку.
По коридору они прошли в гараж, пристроенный в правой стороне здания. Уже были открыты ворота и гаража, и консульства. Унтер-офицер Котов стоял возле машины консула — «Руссо-Балта» одной из моделей серии «К», с крытым верхом и кузовом «дубль-фаэтон».
— Едем на вокзал! — велел Виктор, усаживаясь с секретарем сзади.
Машина с журчанием завелась и они тронулись.
— Китайцы действуют демонстративно, это специально сделано перед завтрашним собранием акционеров дороги, — разъяснял Виктору секретарь, пока они ехали.
— Значит, мы зря едем?
— Мы обязаны отреагировать, как раз посмотрим на их настроение, насколько решительно они настроены.
На улицах было оживленно — много повозок, фаэтонов, несколько автомобилей. К одному из них Виктор присмотрелся — машина была японская, за эти дни он уже начал понемногу разбираться в моделях.
«Семеновцы, что ли? У них чисто японский автопарк. Только их здесь не хватало. А может, люди из миссии?» — машина не поехала в сторону вокзала и свернула куда-то влево, в сторону набережной.
Проехав мимо гостиницы «Железнодорожная», выехали на площадь, прилегающую к вокзалу. Людей было не очень много, зато по краям площади были десятки лотков — как денежных менял, так и торговцев разным съестным и всяческим полезным и не очень барахлом. Виктор знал, что здесь купить можно было всё.
— Да тут они весь свой гарнизон подняли, — констатировал секретарь, когда они подъехали поближе к красивому, бежевого цвета, зданию вокзала с большим окном над центральным входом и часами на башне.
— Да, их тут две роты, никак не меньше, — согласился Виктор, оглядывая внешне очень прилично экипированных китайских солдат, вооруженных немецкими винтовками с примкнутыми к ним штыками.
«Униформа у них тоже немецкого кроя, выглядит солидно».
Они вышли из машины и направились в сторону центрального входа — там стояли двое китайских офицеров и курили, оглядывая площадь.
— Шьто такой? Неезя! Ходя! — когда они приблизились, сказал им один из них, более высокий и с родинкой на подбородке.
«Ходя?» — возмутился Виктор — это говорил китаец ему, русскому офицеру. — «Дать бы тебе промеж рогов, орангутанг узкоглазый. Совсем страх потеряли!» — китаец ясно видел его форму и явно его провоцировал.
— Я тебе дам ходя! — прошипел он, хотя внутренне уже взял себя в руки.
— Спокойно, господин штабс-капитан, — заявил секретарь и потом сказал несколько слов по-китайски.
Оба офицеры выслушали, скривились и переглянулись, потом первый что-то ответил секретарю.
— Говорит — приказ самого генерала, оцепить и не пускать никого.
— Ну так пусть нас пропустят, мы поговорим с этим генералом. Они нарушают соглашение, — уже успокоившись, сказал Виктор.
Секретарь перевел, офицер-хам ему ответил.
— Говорит — не может пропустить.
— Сергей Андреевич, скажите ему — пусть идет к своему генералу и доложит, что пришли из консульства, — Виктор начал терять терпение, поскольку ощущал многочисленные взгляды зевак, направленные на них.