Путь Акиро 2 (СИ)

Пока я приходил в себя после ударов, охранник отстегнул цепи от моих кандалов и рывком поставил на ноги. Меня сразу повело в сторону, но гнусавый верзила не дал мне упасть.
— Иди уже, малахольный, тебя ждут.
Он так и вывел меня из карцера, держа за шкирку, чтобы я не свалился, как мешок с дерьмом. Мы шли по коридору, освещенному факелом моего конвоира. Меня шатало из стороны в сторону, и только мощная хватка немытой пятерни не давала упасть. Пока каждый мой шаг под контролем, я решил воспользоваться медитацией. Каков же был мой шок, когда ничего не получилось. Скорее всего причина в стенах. Если мага заключить в казематы и не лишить способностей, он ведь может их разнести. Или поубивать охрану. А так полная безопасность.
Суровые здесь подземелья. Мы прошли несколько лестничных пролетов и поднялись на три этажа, прежде чем я увидел первое окно. Интересно, я был на самом нижнем, иди там ещё что-то есть? Неужели может быть карцер хуже того, в котором я находился?
Мы прошли по длинному коридору и ещё две лестницы. Меня втолкнули в просторное помещение, предназначенное для неофициальных встреч. В кресле у противоположной стены сидел пожилой мужчина, разительно похожий на Норайо Гэндзи. На вскидку лет пятьдесят, не меньше. От него чувствовалась угроза. И не только из-за тяжелого стального взгляда. Я ощущал его мощь всем телом. Видимо на него глушилки не работали.
Конвоир заехал мне сзади по ногам, заставив рухнуть на колени. Я попытался встать, но он положил тяжёлую лапищу мне на плечо. Тогда я просто сел на собственные пятки и озирался по сторонам. Помещение было неплохо обустроено, но явно не для почетных гостей. На полу не было ковров, да и на стенах тоже. Большое кресло для главы клана и по бокам два для его помощников. Справа от него сидел тот самый маг, который пленил меня там в предгорье. Я узнал его по нижней части лица. Его я запомнил. Слева другой, я этого не знал.
— Даже не думал, что увижу тебя живым, — изрек наконец Дэйчи Гэндзи, глава клана. — Но ты так доблестно сражался за свою территорию, что у меня появилось это желание. Мне сказали, что ты категорически против на меня работать. Это большая ошибка. Включи разум и выбрось из головы псевдопатриотические предрассудки. У тебя на самом деле нет выбора. Или ты работаешь на меня и твоя семья, друзья и все, кто тебе дорог, будут и дальше жить тихо и спокойно на своей земле. Только под моим покровительством и руководством. В противном случае, мы вырежем всех поголовно. Тогда эти территории, в которых мы очень нуждаемся, просто станут нашими безраздельно. Так какой вариант тебе нравится больше?
Я смотрел этому важному павлину прямо в глаза и не видел в них ни правды, ни искренности. Все эти обещания казались пустой болтовнёй. Но с другой стороны, зачем ему уничтожать всех, кто мне дорог, если я соглашусь стать его подданным? Тоже не логично. Чтобы спасти всех, мне надо лишь сказать "да", и всё будет так, как он сказал. Ну или почти. Но моя совесть и честь будут грызть меня, пока не обглодают до костей. Согласиться сейчас — это легкий способ решить проблему. Но на самом деле, это путь в никуда. Надеяться на предложенные милости глупо. Скорее всего всё будет несколько иначе. Гэндзи нужны эти рудники для укрепления власти и дальнейшего развития. У него есть технологии для более эффективной добычи руды и ее переработки. Наши поместья просто превратятся в резервацию, где, изображая счастливую жизнь, на самом деле наши семьи будут вести жалкое существование. Жить просто ради факта, не имея права на собственное мнение и подпевая общему хору обывателей, обитающих на землях, принадлежащих клану Гэндзи.
— Так что ты выбираешь? — прервал затянувшуюся паузу человек, вообразивший из себя владыку мира.
— А можно подумать? — ответил я. Думать я уже ни о чём не собирался. Просто хотел потянуть время и нащупать место для следующего шага. — Хочу взвесить все за и против. И хотелось бы получить больше информации про оба варианта развития событий.
 
— Решил испытать мое терпение? — жёстко произнес господин Дэйчи. 
Его голос рубил топором, он явно начал раздражаться, но закаленная выдержка помогала не сорваться. Был бы я из простого сословия, напруденил бы большую лужу. Эта внутренняя незаметная для обычного человека борьба вызвала у меня улыбку. Значит он всё-таки не такой уж железный. Мне показалось, или он прочитал мои мысли.
В этот момент Гэндзи дал знак моему конвоиру, и я получил увесистый удар сапогом по рёбрам. Кажется снова хрустнуло. Я зажмурился от боли, распростершись на полу. Кандалы гулко звякнули о гладкий камень. Пока я пытался прийти в себя и войти в медитацию, получил ещё два удара в спину. Дыхание перехватило, и я судорожно закашлялся.
— Тебе так комфортнее думается? — тем же стальным голосом спросил Дэйчи. Лишь опытный человек сможет различить тонкую нотку удовлетворения. Ему явно нравилось, когда я страдаю. Тогда зачем эта сделка? — Если нравится, мы можем продолжить.
После этих слов последовало ещё несколько ударов. Один из них по затылку. В глазах всё потемнело и мозг судорожно цеплялся за остатки сознания. Не хотелось бы доставить ему удовольствие от вида безжизненного тела у ног. Вспомнились дыхательные техники, с помощью которых я усмирил боль и увел её на задний план. Что самое странное, мне даже дали подняться. Не встать, конечно, но хотя бы сесть по-человечески. На лице Дэйчи сквозь каменную маску безразличия смогло пробиться удивление. Совсем немного, но я заметил.
— Хочешь сказать, что ты крепкий орешек, — тише, чем до этого, сказал Гэндзи. — В наших подземельях и каменные глыбы не выдерживают. А тебе вообще не суждено. Могу доставить тебе такое удовольствие, если других вариантов не будет. Впрочем, есть ещё один момент. Чем дольше ты сопротивляешься, тем ниже твой ранг в начале карьеры. Тем больше тебе придётся доказывать свою преданность клану.
— Я не люблю доказывать то, чего не существует, — сказал я и улыбнулся уголками рта. — Ты же не сможешь доказать, что круг квадратный, как ни старайся.
— Видимо я зря считал тебя умным, — холодно произнёс глава клана. — Ты просто упрямый осёл. Но так даже интереснее и увлекательнее. Особенно для тебя. Обещаю, будет весело. Введите!
Дверь позади меня с легким скрипом открылась и послышались тяжелые шаги подкованных сапог и еле слышное шарканье голых ступней кого-то другого. Я медленно обернулся и едва сдержался, чтобы не взреветь раненым зверем.
  
Глава 19
 
Интересно, как бы этот упырь оправдывался потом, если бы я сразу согласился на сотрудничество? Или стал бы скрывать то, что я увидел, насколько возможно? Здоровый амбал в кожаном доспехе держал под руку Акеми. Вместо одежды на ней был надет грубый грязный холщовый мешок, в дне которого прорезана дырка для головы, а по бокам — для рук. Мешок был дряхлый и рваный. Через дыры было видно, что кроме него на ней ничего не надето. Избитое почти до неузнаваемости лицо было в засохшей крови. На руках ссадины и синяки. Засохшие полоски крови на ногах выходили из-под мешка и тянулись к ступням. Она с трудом переставляла грязные голые ноги по каменному полу и безучастно смотрела перед собой. По грязным щекам с кровавыми разводами медленно текли слёзы.
Чтобы увидеть и осознать всё это мне понадобилось не больше секунды. Ещё секунда на вход в медитацию тени, не закрывая глаз. Я продолжал смотреть на истерзанную девушку и это помогало мне решиться на то, чего раньше боялся. Я увидел пылающие глаза повелителя тени и не шарахнулся от них, как раньше, а рванул навстречу. Время вокруг остановилось, волочащий Акеми надзиратель застыл с выпученными от страха глазами. На её же лице ничего не изменилось. Безразличие на фоне глубокого шока и слёзы.
Энергия тени потекла в меня безудержной рекой, заполняя разум и каждую клеточку тела, погружая всё во мрак. Мне показалось, что увеличиваюсь в размерах. Поднимаясь с пола, я понял, что так и есть. Здоровенные мучители теперь были на две головы ниже меня. Я махнул рукой и на груди одного появились четыре глубоких рваных раны. То же самое с другим. Кровь очень медленно выступала из краев ран, а они так и стояли охреневшие. С удивлением заметил, что моя рука превратилась в мощную серую когтистую лапу. Я бережно подхватил Акеми и положил на широкий подоконник. Сейчас она мне показалась такой маленькой и хрупкой. Как можно обидеть это невинное существо?