Аномалии (ЛП)

По утрам с восхищением наблюдаю, как собираются девушки. Вся одежда и принадлежности общины хранятся на огромной полке, и мы можем брать оттуда все, что захотим. В конце дня бросаем одежду в корзины, которые забирают члены Бригады Жизнеобеспечения. С рождения мне приходилось носить одежду только синего цвета, но теперь у меня огромный выбор. Я никогда не думала, что возможность выбора может быть такой прекрасной. Чувствую себя очень свободной, когда могу надеть то, что хочу, а не то, что мне говорят. Сегодня я думаю примерить зеленые брюки для верховой езды, накрахмаленную белую блузу, высокие коричневые сапоги и кожаный жилет. Мне нравится новая одежда, а также мои новые друзья, которые решают и думают сами за себя.
Революционеры ужасно любопытны и ведут себя, как мои друзья детства до того, как им прочистили мозги. Джина и Резз всего на пару лет старше меня, мы втроем сразу же стали близки, также в нашей компании Зилли, она вроде маленького балласта. Эти девушки внешне очень отличаются от Анники и Рейн. У Джины темная кожа и выбритая голова. Она миниатюрная и невероятно подвижная ― важные качества, помогающие ей воровать на поверхности. Резз рыжая, как и я, но, в отличие от меня, она мускулистая. Она из Трудовой Общины, и всю жизнь работала руками, поэтому у нее очень развитая мускулатура. Сейчас она кует мечи в Бригаде Мастеров. Однажды она решила показать мне, как создать меч из заготовки. В Бригаде несколько рабочих палаток и мы с Резз ходим из одной палатки в другую.
― Так, Кива. Возьми кусок металла, ― говорит она, как только заходим в первую палатку.
Из несколько кусков металла, я выбираю лист потолще и передаю ей. Резз надевает защитные очки, перчатки и использует лазер, чтобы вырезать часть в восемнадцать дюймов (прим. ред.: 0, 46 м).
― Круто. ― Я смотрю, как луч лазера легко режет металл.
― Это технология Лиэнов. Тадж обучает нас.
― А что насчет технологий, которые снаружи создает Собек.
― Мы получаем к ним доступ, как только он что-то создает. Помни, мы повсюду.
― Хорошо, но говоря мы… ты тоже Лиэн?
Резз смеется.
― Нет, я обычный скучный человек. Но выросла среди Лиэнов. Они повсюду.
― Как ты определяешь, кто есть кто? ― Мне все еще сложно свыкнуться с мыслью, что Лиэны живут среди нас.
― Ты не определишь. ― Она передает мне молоток. ― Мы должны выбить определённую форму.
Пока я стучу по металлу, Резз рассказывает про Лиэнов.
― Кива, Лиэниуксы живут здесь уже более десяти тысяч лет. Ты же не думаешь, что на Земле только первопроходцы? Конечно, Собек, Тадж, Лаклан и несколько других древних все еще здесь, но десять тысяч лет ― долгий период. Они размножались и создавали потомство чистокровных Лиэнов, хотя полукровки также рождались. Большинство из них с рецессивным геном Лиэнов, поэтому считаются почти чистокровными людьми, однако, несколько унаследовали доминантный ген Лиэнов. Такие Гибриды живут среди нас с древних т времен.
― В чем разница между чистокровными Лиэнами и гибридами?
― Гибриды гораздо сильнее. ― Резз берет молоток и осматривает его. ― Гибриды обладают силой как Лиэнов, так и людей. Им присуще человеческое сострадание, а также способности, которые Собек собирается использовать.
― Подожди, так значит, в Океанской Общине помимо Лиэнов живут еще и гибриды?
― Несколько, но они скрыты от остального населения Собеком или нами. Те, что проскальзывают незамеченными мимо нас, обнаруживаются в Лагере Монарха в пятилетнем возрасте. Именно тогда классифицируется их ДНК. Во время пыток удается выявить каждого гибрида, который в дальнейшем соединяют в пару с Лиэном или таким же гибридом. Это поддерживает продолжение рода. И хотя он получается немного разбавлен, это делает Лиэнов только сильнее. Затем Собек манипулирует этими людьми в пользу своей власти. Держи друзей близко, а врагов ещё ближе. Главами старых государств были либо чистокровные Лиэны, либо гибриды ― президенты, королевы, премьер-министры. Каждый высокопоставленный член правления Собека Лиэн. ― Она осматривает металл. ― Все, можешь прекращать.
 
Меня удивляет, насколько бесцеремонно Резз обсуждает Лиэнов. Этот вид настолько проник на нашу планету, что никто не знает, кто есть кто: человек, Лиэн или гибрид. Никто не знает, кроме Собека.
Я иду за Резз к ряду костров. Она кладет металл в огонь.
― Насколько он горячий? ― Я слежу, как голубые языки пламени с радостью облизывают металл.
― Тысяча восемьсот градусов. Такая высокая температура необходима, чтобы он затвердел. ― Она ловко поворачивает лезвие туда-сюда над пламенем. Резз бросает взгляд на лифт, который только вошел в шахту и спускается в Лабиринт. ― Джина должна скоро освободиться. У нее сегодня утренняя смена.
― Когда ты в первый раз встретила Джину? ― спрашиваю я.
― Лагерь Монарха. Мы вместе были в смене Зимнего Солнцестояния три года назад.
― Брат моей подруги Рейн тоже был в той смене.
― Да, Кеннон. Я его не очень хорошо знала, но его предписанная партнерша, Джо, росла вместе с Джиной в Учебной Общине. Она всегда была добра к нам, хотя мы были Аномалиями.
― Ты и Джина, обе?
― Да. Наши с ней предписанные партнеры умерли где-то между первым и вторым посещением Лагеря Монарха. Поэтому мы стали непарными индивидуумами, а точнее Аномалиями. Поверь мне, мы также вынуждены были проходить все эти глупые умственные и физические тесты. Клаудия Дюрант, Макс, Инелия. Как только я встретила Джину, то сразу поняла, что она предназначена стать моим партнером, но система Собека не позволяет запечатлевать людей одного пола.
― Почему?
― Собеку нужны разводчики. Один мужчина и одна женщина. Его система соответствия зависит от этого. Не стоит и говорить, что мы с Джиной не подходим в его шаблонное общество.
― И что произошло? ― Я немного шокирована, что Резз любит девушку. Я не знала, что такое может быть. Всю жизнь я видела, что женщина была в паре с мужчиной. Так было всегда. Но теперь я встретила девушку, которая захотела быть с девушкой. Я узнаю все больше нового. Как ограничения моего гардероба, Собек также наложил ограничения на пары, которые ищут то, что им подходит. Люди должны вступать в отношения с теми, с кем они хотят быть, а не чтобы услужить лидеру с манией величия. Меня заворожила история Резз и огненно-красный металл, который она достает из костра и быстро опускает в масло.
― Теперь я охлаждаю меч. ― Резз протягивает мне меч и щетку. ― Ты полируешь, я рассказываю.
Я полирую металл, и он превращается из тусклого в яркое серебро.
― Как и все здесь, мы обе нашли наш путь в Лабиринт. В те времена Собек еще не был таким параноиком, как сейчас. Он не охотился за Аномалиями сразу же. Вместо этого ждал, чтобы мы купились на его систему. Стали суперагентами. Его заступниками. И многие становились. Но не я. У тех, кто не подчинялся, было два пути: быть утилизированным или бежать. Я убежала. Была еще одна девушка, моя ровесница из Рабочей Общины. Мы были похожи. Она предупредила меня, что я не найду себе партнера в ограниченной системе Собека.
Тогда я стала искать информацию о революции. Наблюдала, слушала, обращала внимание. Один из моих учителей был довольно противоречивым, и я решила, что он является частью революции. Я постоянно намекала на это, но он не клевал на наживку. В тот день, когда я вернулась из лагеря под новым ярлыком Аномалии, он признался мне, что был революционером и рассказал, как найти Лабиринт. И как помочь Лабиринту найти нас. Я бросила своих друзей и семью и пришла в безопасное место сюда, с остановкой в восточной Америке, чтобы забрать Джину, которая была неимоверно рада присоединиться ко мне. Члены Подземелья забрали нас, накачали и мы очнулись в Лабиринте. С тех пор мы вместе. ― Резз забирает у меня меч и осматривает его со всех сторон. ― Он выглядит отлично, Кива. А теперь к более интересному.
Мы возвращаемся назад в рабочую палатку, где Резз заканчивает работу над мечом. Она собирает рукоятку, сверху просверливает металл и соединяет все вместе с помощью паяльной лампы. Это долгий процесс, но интересно наблюдать, как безобидный кусок металла превращается в смертоносное оружие. Она довольно опытный кузнец, и я с интересом наблюдаю за ее работой.