Драконья страсть (СИ)

— Проваливай, Кастро, — рыкнул тот, пытаясь отвлечь дочь от конфликта. — Оставь нас в покое.
— Я пришел увидеть её, — дракон уже увереннее прошёл по коридору, заглядывая во все комнаты, пытаясь найти ту, за кем пришёл. — Где она?
Кастро в ужасе наблюдал прискорбную картину: старая дряхлая мебель, почти полное отсутствие вещей, словно в этот дом заехали всего на пару ночей. Ничего не выдавало личности живущих здесь, а находясь далеко от империи драконов, в человеческой деревне, каждая мелочь могла бы выдать личности чужаков. Даже заглянув в пустые шкафы, Сальварес сдался, вернувшись к успокаивавшему дочь северянину.
— Уходи, Кастро, — снова рычал Рэй. — Убирайся из этого дома и больше не ищи нас.
— Я мог бы помочь, — пытался как-то вывести разговор в нужное русло дракон. — Рэй, у вас ребёнок, ему нужен полноценный уход, нужна чистота, удобства, полноценное питание. Разве здесь есть всё, что нужно для малышки?
— Здесь есть её родители, — Рэй заметался, одной рукой скидывая вещи в сумку — в основном детские, — и ты грозишься отобрать у неё хрупкий мир, который я так трудился построить. Уходи.
— Мне просто нужен разговор, — Сальварес обезоружено поднял руки, — я пять лет мучился, тратил жизнь на выяснение правды. Просто расскажи мне её, и я обещаю, что уйду. Я дам клятву, что никто и никогда не узнает сказанного тобой.
Северянин пригладил волосы, продолжая метаться из угла в угол, пока его дочь посасывала дольку яблока, держа её двумя руками.
— Будити ябака? — малышка вдруг протянула свой кусочек гостю. — Вкусна. Да, папа?
— Да, моя маленькая, — Рэй погладил дочку по тёмным прямым волосам, замечая усталые алые глазки. — Спатки хочешь?
Та покачала головой, потерев глазик кулачком.
— Сейчас я её уложу и расскажу, — бросил Рэй, оставив Кастро наедине.
Тот принялся шарить по кухне, замечая так же, что особенно еды на полках нет. На столе лежало надрезанное, одиноко стояла бутылка молока и булка хлеба. Последнюю он ткнул, чувствуя, что она не первой свежести.
— Не трогай ничего, — Рэй указал на опустевший стул, упав на соседний. — Давай покончим с этим, пока она не вернулась. Что ты хочешь знать?
— Всё. — Кастро сел, ему казалось, что сердце сейчас выпрыгнет из груди. — Император пронзил ей сердце насквозь, я сам это видел. А потом видел и её бездыханное тело в мешке, правда, похоронить нам ничего не осталось. Ты забрал её, верно?
— Да, — Рэй сложил руки в замок, уперевшись в них губами. — Хочешь знать почему она жива? Я, оставшись наедине с ведьмой, попросил её заглянуть в будущее Рилай и увидел больше, чем собирался. Зная, что Теодор пронзит ей грудь, я помести в неё свою бабочку. Рилай какое-то время действительно была мертва. За это время мне оставалось только забрать тело.
— И она так просто согласилась жить такую жизнь? — Кастро всплеснул руками, обводя взглядом разваливающийся дом. — Неужели возможно настолько сильно влюбиться, что оставить позади такой шанс на власть? Она могла бы вернуться на поле битвы воскреснув! Это же…
— Она ничего не помнит, — отрезал северянин. — Я придумал тысячу аргументов почему мы должны сбежать, но когда Рилай проснулась, то оказалось, что она не помнила даже своего имени.
— И ты воспользовался случаем и заставил её поверить, что вас ищет вся империя? — Сальварес наливался краской. — Ты ведь фактически обманул и украл её!
— Нет, я этого не делал, — Рэй слегка наклонил корпус вперёд, сокращая расстояние. — Какое-то время мы жили в империи, я называл себя лишь её рабом. Мы бы не уходили, но сначала к нам заявился твой дружочек…
— Я считал, что Минто умом тронулся на почве поисков…
— О, нет, он нашёл нас и рассказал всем вокруг, что Диас жива. Мы могли бы и с этим смириться, но потом к нам нагрянули демоны, они уже не так просто позволили их прогнать. И только из-за всех вас нам пришлось уйти. Рилай сама это предложила, мы ещё год жили как хозяйка и слуга, пока наши чувства не взяли верх. И мы счастливы, даже кочуя каждую неделю из дома в дом, мы всё равно счастливы быть вместе.
 
Лёгкий испуганный вдох с улицы заставил Рэя подскочить. Он подбежал к подошедшей Рилай, утыкая лицом себе в грудь и уводя в другую комнату.
— Любимый, а что… ты делаешь? — пробормотала девушка, перебирая ногами. — Если ты пытаешься скрыть от меня своего друга, то я его уже заметила.
Обреченно вздохнув, Рэй отпустил жену, всё равно с силой стиснув её ладошку.
— Это мой старый знакомый… Родриго.
Сальварес хмыкнул, новое имя ему вполне подходило, это понятно, но он никак не мог отвести глаз от змеицы, что… одновременно и изменилась и осталась самой собой. Её прямые золотистые волосы уже переросли за поясницу, на лбу были подрезаны под аккуратную челку. Её когда-то поджарое тело округлилось, возможно, после родов, но под красным в белый горох платьем виднелись пышные бедра и налитая молоком грудь. Да она вся не выглядела механизмом, наоборот, настоящей, живой женщиной, цветущей в любви и заботе. Тут Кастро понял о каком счастье говорил северянин.
— Приятно познакомиться, — почтительно поклонился он. — Но я тогда пойду, не буду вам мешать.
— Ну что вы! — девушка остановила гостя за руку, возвращая на стул. — Вы не смотрите, что у нас так пусто, мы ещё совсем не освоились, только-только оплатили его на неделю! Любимый, — она подлетела к Рэйсалору, прислоняясь к его груди и заглядывая в глаза, — здесь неподалеку ярмарка, там столько всякой всячины! Мира сжигает почти всю свою одежду, нам бы сходить присмотреть ей что-то. И тебе, мы давно тебе ничего не покупали.
— Ей только дай что-то купить, переезжать будем всей деревней, — пожаловался Сальваресу северянин, чмокнув змеицу в нос. — Детка, обязательно так и сделаем, только выпроводим моего старого товарища.
— Он не слишком гостеприимен, — на манер мужа, пожаловалась Рилай. — Гости у нас большая редкость.
Девушка хотела было что-то добавить, как в другой комнате заплакала, проснувшись, их дочь.
— Родриго, Вам и правда пора, — Рилай заметалась, заметив брошенные сумки с продуктами у входа. — Любимый, принеси Миру, я пока заберу покупки и провожу до калитки твоего друга.
Рэйсалор как-то подозрительно кивнул, послав Кастро долгий внимательный взгляд, предупреждающий, чтобы тот и не думал что-то вытворить.
— Прощай, Рэй, — только крикнул ему вдогонку Салвьарес, направившись следом за Рилай. Он смотрел, как дракон поставила дверь наместо, всё таким же как и раньше — лёгким движением руки. — Может Вам почомь?
— Ой, и когда ты стал таким любезным? — хитрые алые глаза Диас прищурились. — Хотя, ты дверь вынес — тебе бы и починить, но Рэй будет против.
— Что ты… — раскрыл рот Кастро, пялясь на девушку.
— Как там Аскелад, Минто? — змеица вдруг отмахнулась. — Ладно, на них наплевать, как там моя Далия? Как их ребёнок? Времени мало, я не хочу, чтобы любимый догадался, что я вспомнила.
— Ты… всё помнишь, но… врёшь ему? — помотал головой Сальварес, пытаясь прийти в себя.
— Не всё, обрывками и только не такие уж далёкие события. Не помню за что злилась на брата, не помню своих родителей, помню только как Леон заходил, но не помню, какие узы нас раньше связывали, — она пожала плечами. — Да и вспоминать не хочу, сначала вообще просто было, а при родах… воспоминания всплыли и я многое бы отдала, чтобы снова остаться с чистой головой. Особенно ужасна та часть, где я так ужасно поступала со своим мужем.
— Я… — Кастро только удивленно открывал и закрывал рот. — Я…
— Ну расскажи, скорее, — Рилай села собирать рассыпавшиеся продукты. — Что в империи, как Далия?
— У неё… родился сын, — Сальварес сглотнул. Слова давались с трудом. — Она вышла за Аарона, сыграли пышную свадьбу… Живут. Война идёт, но уже без нас, я стал держать наёмников по всей империи, просто… гребу деньги. Декстер теперь работает на меня, Минто… неважно, что с ним. Он слишком тяжело переживал связанные с вашим уходом события. Аскелад женился… Слушай, Рэй отказался от денег, но я вижу как тяжело и плохо вы живёте…