Дилогия «Святоша»

– Как… Как вы смеете?! – воскликнула я в ответ. Подскочила. Кажется, вердикт мне уже вынесли – без суда и следствия. Значит, и приговор не заставит себя ждать. – Да сказал Единобог своему ученику, – в отчаянии процитировала строчку из книги дяди Никласа, – если придут мысли лживые, мысли убогие и порочные мне на ум, то…
– Полагаю, следует отрезать себе голову, – услышала знакомый голос. – Угадал?
Следователь и писарь подскочили раньше, чем я успела ответить. Нет, спрашивающий не угадал… В книге говорилось об очистительном огне, в котором должны сгореть нечестивые помыслы, но слова вылетели из головы. В комнате царил полумрак, с которым едва справлялись два магических светлячка над головой. Мне не нужен был свет, чтобы разглядеть мужчину, застывшего у двери, потому что его образ прижился в моей голове с момента, когда ар-лод подошел к нам с Трисс на вытоптанном поле перед Академией Хольберга.
– Милорд Хаас… – начал следователь.
Видимо, поняв, что ответа не дождется, ар-лорд обратился к следователю.
– Господин Дошрез… Извольте объяснить, что здесь происходит?
Удушливая, жаркая волна прокатилась по моему телу, занявшись в сжавшемся от невысказанных слов горле. Сейчас ему все, все расскажут! И он узнает, что Лайне Вайрис, словно сорвавшаяся с цепи магиня-отступница во время Кровавого Бунта, сожгла дом почтенного ростовщика Амгерда, а его сына так вообще… превратила в свинью. Не известным для капитана магического патруля способом. Страшное, бессмысленное преступление… Если не брать во внимание, что я защищала свою жизнь и честь.
– Милорд, эта девица…
– Нет! – воскликнула я. – Не слушайте. Это неправда! Не верьте ни единому слову, милорд!
– Молчать! – рявкнул следователь. – А то загремишь у меня в карцер!..
Милорду явно не пришлось к сердцу такое обращение.
– Потрудитесь объяснить, Дошрез, – начал он, и его голос не предвещал ничего хорошего. Для следователя. – В чем суть обвинения…
Договорить не успел, потому что дверь вновь распахнулась, и в комнату ввалилось трое стражников с приказом коменданта крепости Хольберга.
Надо же!.. Я замерла с открытым ртом, так же как и следователь. В приказе – черным по белому, пергамент, размашистая подпись, внушительных размеров печать с гербом Южной провинции – значилось, что меня выпускали из тюрьмы. Вернее, передавали из рук в руки опекуну.
Мысленно застонала. О нет, только не это!.. Только не Амгерду Сиду! Тут прозвучало имя… Моим опекуном оказался не кто иной, как магистр Ильсар Шаррез, предоставивший все необходимые документы. Я вытаращила глаза. И когда он… Когда успел подделать «необходимые документы»?!
Далее стало еще интереснее. Дело о нападении магички Лайне Вайрис на почтенного горожанина Амгерда Сида передавалось из магистрата и рук законников, угодливо позолоченных ростовщиком, в ведомость других законников. Епископа Хольбергского Готера, в чьей юрисдикции находилась Магическая Академия столицы Южной Провинции. Потому что с сегодняшнего дня я зачислена на факультет Светлых Сил…
Сердце застучало, готовое вырваться наружу из-под замызганного, местами прогорелого платья. Я пока еще не знала, к чему это могло привести, кроме одного. Третий адресат! Неужели удастся с ним встретиться?! Пусть таким странным путем, но все же… Ар-лорд тем временем заявил, что вопросов больше не имеет. Посторонился, пропуская к застывшей страже.
– Хотел вам помочь, – негромко произнес он, когда я проходила мимо, – и взять разбирательство в свои руки. Но, как вижу, у вас есть серьезные заступники.
– Ми… Милорд, – все, на что я была способна под взглядом черных глаз – это опуститься в поклоне.
Затем шла за стражниками, проклиная свою нерешительность. Хотя что, что могла ему сказать? Что магистр Шаррез – мне не опекун, и настоять на допросе? Я еще из ума не выжила! Или же процитировать еще один кусок из дядиного писания?! Тогда уж точно ар-лорд Хаас решит, что я святоша какая-то! Судьба и так расщедрилась, сведя меня с ним уже два раза.
Но почему каждая из этих встреч оказывалась так дорога моему сердцу?
 
Наконец, проплутав по узким проходам крепости, попала в большой зал, где меня дожидались магистры. Кроме моего мнимого опекуна присутствовал еще и Светлый маг. Если магистр Шаррез нетерпеливо мерил шагами комнату и его черное одеяние развевалось, делая похожим на встревоженного ворона, то Лорд Дьез, тоже в черной мантии, словно их выдернули из Академии, вел неспешную беседу с невысоким мужчиной в роскошной одежде с золотой цепью на груди. Неужели комендант?
Присела в поклоне. Магистр Шаррез, оглядев меня с ног до головы, хмыкнул. Подозреваю, ничего хорошего ему на ум не пришло. Зато Лорд Дьез… Поднялся с кресла, пошел ко мне. На миг я поразилась красоте его строгого лица. Остановился, посмотрел мне в глаза. Перевел взгляд на разбитую скулу, которую лишь слегка успела залечить магией. Затем… Уставился на мою грудь. Да так, что стало не по себе. Смутившись, прижала к себе книгу, загораживаясь ею от преподавателя Светлой Магии.
– Лорд Дьез… – шепотом спросила у него, потому что маг, казалось, впал в ступор. – На что вы смотрите?! С вами все в порядке?
Тот молчал.
– Ну что же, Лайне! – подал голос магистр Шаррез. – Думаю, твои приключения на сегодня закончились. С вашего позволения, комендант Тэр, я забираю свою… – снова хмыкнул, – свою воспитанницу домой.
Магистр Темных Сил вежливо поклонился коменданту, после чего раскрыл портал.
– Никогда больше не надевайте, – услышала негромкий голос лорда. – Никому не показывайте. Из этого вытащить вас будет крайне трудно! Невозможно, Лайне Вайрис!
– Из чего?! – прошептала в ответ. – Вы об амулете?..
Короткий, едва заметный кивок.
Я, закрывшись книгой чуть ли не до подбородка, поклонилась коменданту, после чего шагнула в портал, с другой стороны которого находилась незнакомая комната. Библиотека или кабинет – свитки, книги, стол, заваленный пергаментом. Чернильницы… Много чернильниц, словно тот, кто обитал в прохладных, пронизанных чтением, магией и напряженным умственным трудом стенах, их коллекционировал.
Нет, не лорд Дьез… Уверена, мы попали в епархию некроманта – серебряные черепа, кинжалы, ритуальные чаши, магические знаки и символы… Дом магистра Шарреза.
– Где был ваш ум, Вайрис?! – возмущенно произнес лорд Дьез, едва успел выйти за мной из портала. – После столь блестящих результатов на экзамене – полнейший провал в реальной жизни!
– Не кажется ли тебе, Светлый, что, как ее опекуну, мне принадлежит право первого слова? – с усмешкой поинтересовался магистр Темных Сил. Развернулся, уставился на меня. – Итак, моя дорогая воспитанница… Чем, демоны побери, ты думала?! – рявкнул он. – Решила поджарить ростовщика? Демоны с ним! Но в следующий раз, будь добра, сделай это так, чтобы мне не приходилось посреди ночи разыскивать тебя по тюрьмам…
Лорд Дьез поморщился, явно не впечатленный речью моего опекуна.
– Я не собиралась его поджаривать! – возразила магистру Шаррезу, затем рассказала магам все от начала до конца про деньги, документы и наследство; вызвав скрежет зубов магистра Шарреза – про то, как Амгерд пытался меня убить. Посоветовавшись, маги решили отдать мое дело в руки поверенных лорда Дьеза. Что касается нелепого обвинения…
– Архимаг Тангрих, уверен, замнет дело, – заявил лорд Дьез, в то время как «опекун», нажав на панель в стене рядом с гобеленом, на котором дракон тащил полуголую девицу по направлению к лесу, открыл дверцу сейфа. Достал бутыль с темной жидкостью. Взял с полки серебряный череп, затем нашел похожий для Светлого. Сдул пыль, плеснул из бутыли. Один, второй раз.
– Не побрезгуйте, лорд Дъез, – произнес Темный, протягивая один из черепов. – Чем богаты… Тебе не предлагаю. Мала еще!
Лорд не побрезговал. А мне можно и не предлагать: все равно не пью.
– Спасибо огромное за помощь! – опомнившись, поблагодарила магистров. – Но как вы меня нашли? Как вы это провернули? – обратилась к магистру Шаррезу. – Отец вас и в глаза не видел! Ведь не было никаких документов на опекунство?