Бездушная

Рот мисс Таработти приоткрылся.
— Уж конечно, ничего хорошего в этом нет. Кого-нибудь ранили? Вы схватили злоумышленников? Они украли что-нибудь ценное?
Лорд Маккон вздохнул. Можно было не сомневаться, что мисс Таработти сразу возьмет быка за рога. Он по порядку ответил на каждый из ее вопросов.
— Ничего серьезного. Нет. Украли большинство бумаг, касающихся отщепенцев и волков-одиночек. А еще кое-какую исследовательскую документацию и…
Он с расстроенным видом поджал губы. Мисс Таработти опечалило скорее выражение его лица, чем произнесенные им слова. Она никогда не видела графа таким встревоженным.
— И? — взволнованно подавшись вперед, поторопила она его.
— Ваше досье.
— Ах… — и Алексия откинулась на спинку козетки.
— Лайалл вернулся в контору кое-что проверить, хоть я и приказал ему сразу ехать домой и ложиться спать, и обнаружил, что вся наша охрана без сознания.
— Благие небеса, как?
— Ну, никаких следов насилия на них не было, однако они крепко спали. Лайалл осмотрел контору и обнаружил, что там все перевернуто, а кое-какие документы похищены. Тогда-то он и приехал сюда, чтобы сообщить мне об этом. Я отправился в штаб-квартиру, и все подтвердилось, за исключением того, что охрана уже пришла в себя.
— Хлороформ? — предположила Алексия.
Граф кивнул:
— Похоже на то. Лайалл сказал, что в воздухе ощущался какой-то запах. Добыть такое количество хлороформа тоже не так просто, не у каждого есть доступ к химикатам. Я отправил всех свободных агентов в крупные научные и медицинские учреждения, выяснить, делались ли в последнее время заказы на крупные партии хлороформа, но в полнолуние у меня всегда связаны руки.
Алексия задумалась.
— В наше время подобных учреждений в Лондоне множество, я ведь не ошибаюсь?
Лорд Маккон придвинулся к ней поближе, взгляд коньячных глаза был мягким и теплым.
— Вы же понимаете, что это тоже касается вашей безопасности? Раньше мы могли предполагать, что злоумышленникам не известно о вашей подлинной сущности и вас принимают за обычную девицу, которая просто вечно лезет не в свои дела. Но отныне они знают, что вы — запредельная, а значит, способны нейтрализовать сверхъестественных. Они захотят вскрыть вас, разобрать по косточкам и понять, как это работает.
Лорду Маккону хотелось донести до мисс Таработти, в какой опасности она теперь оказалась. Эта барышня порой невероятно упряма в подобных вещах. Сегодня ночью будет полнолуние, поэтому ни он сам, ни кто-то из его стаи не сможет ее охранять. Лорд не сомневался в своих агентах из БРП, даже в тех, которые были вампирами, но стая — это стая, именно ей он доверял больше всего и ничего не мог с собой поделать. Изменить это было невозможно. Однако в ночь полнолуния ни один оборотень не мог охранять Алексию, потому что в это время в них не остается ничего человеческого. Говоря по правде, ему и самому не следовало бы сегодня выходить. Он должен бы спать дома, в безопасности, с клавигером, поручив тому приглядывать за порядком. И уж тем более, вдруг понял граф, ему нельзя находиться подле Алексии Таработти, к которой, хочет он того или нет, с чрезмерным энтузиазмом устремлялись его плотские порывы. Существовала причина, по которой семейные пары оборотней в полнолуние запирали в общей клетке. Всем остальным приходилось одиноко сносить ночное бодрствование в облике зверей, свирепых и безжалостных, но страсть есть страсть, и ее можно пустить по более приятному и несколько менее жестокому руслу в случае, если твоя подруга несет то же проклятие оборотня и потому способна пережить подобный ход событий. Интересно, думал граф, каково было бы прожить ночь полнолуния мужчиной, которого удерживает в человеческом теле прикосновение запредельной возлюбленной? Каким потрясающим событием могло бы это стать! Самые приземленные, базовые инстинкты властно побуждали его к подобным размышлениям, вдохновляемые проклятым декольте мисс Таработти.
Лорд Маккон подобрал узорчатую шаль и сунул Алексии, угодив куда-то в область грудной клетки.
 
— Накиньте ее снова, — хрипло приказал он.
Но мисс Таработти, вместо того чтобы обидеться, безмятежно улыбнулась, взяла у графа свою шаль и аккуратно пристроила у себя за спиной, там, куда ему было не дотянуться. Потом опять повернулась к нему и, осмелев, взяла в ладони его большую грубую руку:
— Вы беспокоитесь о моей безопасности, и это очень мило, но вчера охранники, которых вы прислали, вполне справились со своей задачей. Я не сомневаюсь, что и сегодняшние будут ничуть не хуже.
Лорд Маккон кивнул. Вместо того чтобы забрать руку из ее осторожной хватки, он исхитрился обхватить обе ее ладони.
— Мне сообщили об инциденте перед самым рассветом.
Алексия поежилась:
— Вы узнали, кто он? Я так этого и не поняла.
— И я, и я, — сказал граф, словно готовился в ближайшее время обратиться в осла, а не в волка. При этом он, не отдавая себе отчета в своих действиях, ласково водил большим пальцем по ее запястью, чтобы поддержать и утешить. — Я имею в виду, что не понимаю, о ком вы говорите.
— Об этом, с восковым лицом, — сказала мисс Таработти, и ее глаза остекленели от страшных воспоминаний.
— Нет. Он не человек, не запредельный и не сверхъестественный, — ответил лорд. — Возможно, жертва медицинских опытов? Его накачали кровью.
— Как вы узнали? — поразилась Алексия.
— Помните, как я сцепился с ним у кареты? — стал объяснять лорд Маккон. — Когда вас пытались похитить. И я его укусил, помните?
Мисс Таработти кивнула, воспроизведя в памяти, как он превратил свою голову в волчью, а потом вытер с лица кровь рукавом. Красиво очерченный рот графа искривился от омерзения.
— Это мясцо свежим не было.
Алексию передернуло. Да уж, тухлая история. Ей страшно не нравилась мысль, что восковолицый и его сподвижники раздобыли ее досье. Она знала, лорд Маккон сделает все для ее защиты, к тому же прошлая ночь доказала, что таинственные враги понимают, где ее искать, поэтому кража документов из БРП ничего коренным образом не меняла. Но теперь, когда ее восковой преследователь и человек из тени со своим хлороформовым платком узнали, что у нее нет души, она почувствовала себя какой-то ужасно беззащитной.
— Я знаю, что вам это не понравится, — сказала мисс Таработти, — но я решила сегодня вечером, когда моих родственников не будет, навестить лорда Акелдаму. Не тревожьтесь, я сделаю так, чтобы ваши охранники от меня не отставали. И я убеждена, что дома у лорда Акелдамы совершенно безопасно.
— Ну, если вам это так необходимо… — буркнул альфа.
— Ему многое известно, — попыталась приободрить его мисс Таработти.
С этим лорд Маккон спорить не мог.
— Как по мне, даже слишком многое.
Мисс Таработти постаралась разъяснить свою точку зрения.
— Он не интересуется мною в смысле… ну… романтическом.
— С чего б ему интересоваться? — поразился лорд Маккон. — Вы же запредельная и бездушная.
Алексия поморщилась, но упрямо приняла вызов:
— Но ведь тем не менее вы…
Возникла пауза. Ласкающее движение большого пальца графа прекратилось, но руку он по-прежнему не забирал. Алексия поколебалась, размышляя, стоит ли ей заострять внимание на этой теме. Лорд Маккон вел себя так, будто не слишком задумывался над ней. Может, так и было, ведь профессор Лайалл сказал, что в подобных вещах альфы руководствуются исключительно инстинктом, а на дворе стояло полнолуние — как всем известно, плохое время для оборотней и их инстинктов. Уместно ли именно сейчас интересоваться чувствами графа относительно себя любимой? Хотя, с другой стороны, именно сейчас наиболее вероятно, что она получит честный ответ.
 
— Что я? — граф не собирался облегчать ей задачу.
Алексия проглотила свою гордость, села очень прямо и проговорила:
— Интересуетесь мною?
Несколько долгих минут лорд Маккон молчал. Он исследовал свои чувства и наконец признал, что в настоящий момент — когда ее маленькие ручки сплелись с его рукой, в воздухе пахнет ванилью и корицей, да еще перед глазами маячит это клятое декольте, — его разум имеет поразительное сходство с гороховым супом, где среди многочисленных разнообразных потребностей, каждая из которых с голяшку размером, прячется нечто иное. И то, что там пряталось, чем бы оно ни было, заставляло графа злиться, потому что грозило усложнить его упорядоченную жизнь, а разбираться с этим сейчас было некогда.