Полуночный ковбой (сборник)

— Проваливай и не суй нос куда не следует, или я тебя арестую.
— Ни за что не суну, обещаю вам.
— Шевелись побыстрее!
Леверидж шагнул к двери, а полицейский крикнул кому-то в глубине:
— Гарри, я выйду, покопаюсь в машине, а потом поезжу, чтобы мотор разогрелся. Если что случится или объявится наш шеф, сигналь по рации.
— Ладно, — ответил голос из другой комнаты.
Леверидж поспешил за угол, а полицейский зашагал к стоянке. Художник шел до тех пор, пока не услышал шум мотора, быстро стихший вдалеке. Тогда он повернулся и опять двинулся к участку. Войдя, он услышал голос:
— Сейчас подойду.
— Не торопитесь, у меня ничего срочного, — произнес Леверидж. — Мне просто нужно кое-что выяснить.
На пороге появился еще один дежурный. Он был не столь массивен, как первый, и форма облегала его не так плотно. К тому же он производил гораздо лучшее впечатление — глядя на него, верилось, что он способен внимательно выслушать собеседника и правильно оценить сказанное.
— Чем могу быть полезен?
— Я хочу знать, что делать с иностранцем, — выговорил художник.
Полицейский уселся и принялся точить карандаш.
— Он нарушил закон?
— Нет, насколько мне известно.
— Тогда нас это не касается.
— А если он хочет стать гражданином Соединенных Штатов?
— С этим обратитесь в Иммиграционную службу. — Полицейский оглядел заточенный конец карандаша и улыбнулся Левериджу. — Пусть едет в Бостон.
— Ясно. А нельзя дать ему временный документ или чего-нибудь в этом роде?
— Я не уполномочен. Но ведь у него должны быть какие-то бумаги, иначе как же он попал к нам?
Поколебавшись, Леверидж сглотнул слюну и брякнул:
— На подлодке.
Полицейский уставился на посетителя.
— Вы что, смеетесь? На какой подлодке?
— Вы разве про русских не слыхали?
Глаза и рот полицейского широко раскрылись.
— Что за русские? Где?
— Ладно, расскажу с самого начала. Вчера вечером мы с Роли Гарни пошли…
— Вы говорите, на острове русские? — спросил, вставая, полицейский.
— Их всего несколько человек. Сейчас Норм Джонс с ребятами их выслеживают.
— Господи, нам-то почему не сообщили? — Полицейский схватил рацию и подул в микрофон. — Фрэнк, это Гарри. Слышишь меня?
Сквозь шум помех послышался голос:
— Валяй, говори, что там стряслось.
— Фрэнк, на острове русские! Тут один парень сообщил, что их целый отряд. — Гарри повернулся к Левериджу. — Где они?
— Где сейчас, не знаю, — отвечал художник. — Мне известно только, что они ищут лодку.
— Они, скорее всего, в районе гавани, — доложил Гарри. — А где ты находишься?
Сквозь щелчки и помехи прозвучало:
— Я возвращаюсь и подхвачу тебя. Двинемся вместе.
— Да где ты? — повторил Гарри.
— Если тебе не терпится знать, я хотел заехать… Ладно, неважно. Буду через две минуты.
Гарри положил микрофон, вынул пистолет и проверил обойму.
— Сколько их?
— Было девять. Но дело в том, что один из них…
— Зачем им лодка? Они что, напали на нас?
— Да нет, что за ерунда. Их подлодка села на мель, и им нужен буксир, чтобы сняться. Поэтому они послали отряд.
— Понятно. — Гарри затянул ремень с кобурой. — Они вооружены?
— У них два пистолета и автомат. Послушайте, дело серьезное. Один парень убежал от них, он хочет остаться здесь и стать американским гражданином. Что мне с ним делать?
— Постерегите его, пока мы не разберемся с другими. А уж потом — с ним.
— Ни к чему его стеречь. Говорю вам, он хочет остаться у нас.
— Надо будет его проверить. Откуда мы знаем, а вдруг он шпион?
— Ничего подобного. Парень хочет стать пианистом. Или художником. Во всяком случае, для шпиона он слишком зеленый. — Издалека донесся вой полицейской сирены, и Леверидж шагнул к двери. — Я, пожалуй, пойду.
— Минутку, — остановил его Гарри. — Где, говорите, этот русский моряк?
— На улице, недалеко. — Сирена приближалась, и художник занервничал. — Я присмотрю за ним, пока вы занимаетесь остальными, — пообещал он, открывая дверь. — Пока.
— Да подождите вы! Он говорит по-английски?
— Да. Я позвоню вам попозже, и мы…
 
— Он должен быть под рукой, на случай если понадобится переводчик. Сходите за ним и приведите его сюда.
— Ну это займет время…
— Тогда скажите, где будете нас ждать. Мы захватим вас по дороге.
В комнату ворвался вой сирены, затем послышался скрип тормозов. Леверидж бросился бежать, но в дверях наткнулся на Фрэнка. При виде художника тот недовольно сморщился.
— Я, кажется, велел тебе убраться отсюда подальше.
— Фрэнк, этот человек сообщил про русских и поймал того, кто дезертировал, — объяснил Гарри и обратился к Левериджу: — Садитесь в машину, поедем за вашим беглецом.
Художник неохотно уселся сзади. Гарри сел рядом с водителем. Машина рванулась с места, сирена взвыла во всю мощь. На углу Фрэнк резко затормозил.
— Что за дамочка с ним?
Леверидж, который при торможении свалился с сиденья, поднялся и увидел Эмили, стоящую на тротуаре рядом с Золтиным. Она с презрением оглядела полицейскую машину и сделала шаг вперед, заслонив собой Золтина.
— Это… это миссис Вардхилл. Он остановился в ее доме.
— Черт с ней, — решил Фрэнк. — Пусть уматывает. Нам нужен русский. — Открыв заднюю дверцу автомобиля, он приказал: — Эй, парень! Давай сюда.
Но к машине подошла Эмили.
— Зачем он вам понадобился?
— Не ваше дело, — отвечал Фрэнк. — Пусть садится, да поживей.
— Я поеду с ним, — заявила Эмили. — Если вы его берете, забирайте и меня.
— Черта с два! Эй, русский, иди сюда! — рявкнул Фрэнк. — А вы, леди, не выводите меня из терпения, а не то я вас арестую!
— Арестовывайте, — согласилась Эмили. — Если есть за что.
— Фрэнк, мы теряем время, — вмешался Гарри. — Пусть она едет с нами, если хочет.
— У нас тут что, туристский автобус? — возмутился Фрэнк. — Мы же при исполнении, черт меня дери!
— Но время идет! Русские могут ускользнуть!
— Ладно, — сдался Фрэнк. — Садитесь оба, да только по-быстрому.
С холодным достоинством Эмили взяла Золтина под руку и помогла ему забраться на заднее сиденье к Левериджу. Не успела она захлопнуть за собой дверцу, как Фрэнк врубил двигатель и автомобиль помчал по улице. Эмили повалилась на колени Золтину и Левериджу. Подняться ей удалось далеко не сразу. Усевшись, она сердито посмотрела в затылок водителю.
— Гонщик недорезанный, — бросила она.
— Слушайте, леди, я с вами побеседую попозже, — пообещал Фрэнк. — Сдается мне, вас придется научить, как следует вести себя с должностным лицом.
— Однажды я была замужем за человеком, который тоже пытался меня учить, — ответила Эмили. — Слава Богу, я сразу поняла, что он за чудовище, и мы немедленно разошлись.
— Гарри, съезди ей по зубам, — не выдержал Фрэнк. — Хватит с меня ее болтовни!
Гарри оглянулся на Эмили.
— Не обращайте внимания.
Эмили не ответила и повернулась в Левериджу:
— Что все это значит, Олин? Куда нас везут?
— В гавань, — произнес художник, — они хотят посмотреть, там ли еще русские.
— Нет! — закричал Золтин. — Я хочу остаться здесь!
— Не волнуйся, парень, останешься, даже если не захочешь, — успокоил его Фрэнк. — Никуда не денешься.
— Олин, как ты мог допустить, что его арестовали? — негодующе спросила Эмили.
— Что ты говоришь? — стал оправдываться Леверидж, — да разве я…
— Леди, мы его вовсе не арестовывали, — вмешался Фрэнк. — А вот вас стоило бы.
Он свернул за угол, чуть не врезался в припаркованную машину и снова увеличил скорость.
Эмили снова обрушилась на Левериджа:
— А все ты со своими блестящими идеями! Надо же, какую кашу заварил!
Фрэнк въезжал на узкую улочку, ведущую к гавани. Там толпился народ. Затем пассажиры заметили облако дыма, зависшее над обугленным остовом лодки, и восемь голов на воде. Несколько человек бежали к берегу, куда медленно относило плывущих, другие стояли на пирсах и наблюдали. Леверидж заметил Роланда Гарни и школьную учительницу рядом с супругами Грилк и Мюриэль Эверетт. Фрэнк тормознул у ближайшего пирса и выскочил вместе с Гарри. Золтину он скомандовал: