Брак по договору (СИ)

— Прости, сейчас всё будет быстро — хрипло выдыхает Виктор мне в губ и вместе с поцелуем глубоко входит. Начинает двигаться быстро и резко, так, что у меня чуть искры из глаз не сыпятся. Но мне не больно, нет, наоборот, мне слишком хорошо и я просто не могу сдерживать громкие стоны, когда с каждым толчком, он сильно сжимает мои ягодицы, вколачиваясь на скорости.
Оргазм слишком быстрый и мощный. На короткий миг я слепну и глохну, а когда начинаю приходить в себя, то дышу так жадно, словно рыба, выброшенная на берег.
Виктор кончает следом и его семя переполняет меня, стекая между ягодиц. Он шумно дышит и падает сверху, вышибая из моих легких воздух.
— Черт, прости — хрипит он, скатываясь, но тут же подтягивает к себе, укладывая мою голову себе на грудь.
— Ты как? Я не сделал тебе больно? — встревожено вглядывается в мое лицо. Я отрицательно качаю головой — Черт, совсем крышу снесло — низким голосом вибрирует мне в макушку, целуя. Пальцы мужа лениво поглаживают спину. Я прикрываю глаза, наслаждаясь запахом его кожи. Она немного влажная и не удерживаюсь, чтоб его лизнуть. Виктор шумно втягивает в себя воздух и охаю, потому что чувствую, как под моим бедром снова оживает его плоть. Перевожу ошеломленный взгляд на мужа и вижу его ухмылку.
— Вить… — немного шокировано шепчу. Муж лишь вздергивает бровь и властно обхватывает мой затылок, начинает неторопливо целовать, будто смакуя. Его вторая рука ложится мне на ягодицу, ритмично сдавливая и я понимаю, что тоже снова начинаю возбуждаться.
***
Из постели мы выбираемся только спустя часа три. За это время у нас был секс еще два раза, после последнего мы оба просто вырубились.
Есть хочется до тошноты. Я роюсь в чемодане, извлекая на свет первую попавшуюся тунику и накидываю ее прямо на голое тело. Душ приму позже, если я прямо сейчас не поем, то рискую свалиться в голодный обморок.
Виктор же сейчас принимает душ. Он хотел меня утащить с собой, но я, смеясь, отбилась, простонав, что еще один раунд просто не переживу.
Захожу в небольшую кухню в поисках еды. Вижу в холодильнике несколько готовых блюд, которые нужно только разогреть. Интересно, они уже здесь были, или их принесли тогда, когда мы оба сходили с ума друг по другу?
Щеки заливает румянец, едва я представила как кто-то посторонний мог слышать наши стоны. Блин, надеюсь такого не было. А то будет неловко смотреть в глаза людям.
Едва успеваю разогреть и накрыть на стол, как в кухню входит Виктор, в одном лишь набедренном полотенце. Его волосы влажные и капельки воды стекают по телу. Ммм, какой же он сексуальный. Хочется провести языком по его груди. Непроизвольно облизываю губы и ловлю понимающий взгляд мужа.
Вот как так — то? Мы ведь так замучили друг друга, а мне все мало.
Быстро ретируюсь ставить чайник, пытаясь скрыть свое замешательство. Пока достаю стаканы и делаю нам кофе, Виктор успевает бесшумно подойти сзади и обнять меня так, чтоб я почувствовала его тело. Он снова возбужден. Твердая плоть упирается мне в спину и мое тело тут же отзывается, наливаясь пульсирующим возбуждением.
Истерический смешок срывается с губ и муж, хмыкнув, оставляет влажный поцелуй мне за ушком.
— Пошли за стол — забирает стаканы, отходя. Я плетусь за ним, чувствуя пульсацию между ног.
Что происходит? Это вообще нормально?
  
26
 
Виктор
Сейчас, когда мы с Викой вдвоем на острове, не касаться ее просто нереально. Я постоянно хочу ее, даже после того, как у нас был секс. Она так отзывчива на любую мою ласку, что от этого съезжает крыша. Обожаю смотреть как меняется ее лицо во время оргазма, как тихие стоны срываются с губ, как жадно она трогает мое тело. Моя ненасытная девочка. Сейчас между нами всепоглощающая страсть и думать о чем — то другом совершенно не получается.
Воздержание сказалось на нас обоих: сейчас, мы словно заново открываем все грани чувственного наслаждения. Смотрю, как она облизывает пальцы, на которые попали капли клубничного варенья и ни о чем другом думать не могу, кроме как самому слизать сладость с ее пальчиков и губ.
 
Вика ловит мой жадный взгляд и заливается румянцем. Такая милая в этот момент, что я перестаю сдерживаться и забираю ее себе, усаживая на колени. Медленно целую сладкие губы, а мои руки начинают путешествие по ее телу. Вика тоже не остается спокойной, а начинает двигать попой, задевая мой твердый от желания член. Тихонько постанывает мне прямо в губы. Ласкаю бедра и пробираюсь под тонкую ткань туники.
На Вике нет белья. Она даже еще не принимала душ, а мне плевать: меня возбуждает даже запах ее тела. Она протяжно стонет, когда я ладонями провожу вверх по бедрам и касаюсь ее нижних губок.
Влажная…
Едва сдерживая рык, приподнимаю ее, чтоб усадить сверху. Ее глаза расширяются и с губ слетает вздох. Опускаю ее медленно, балдея от того, как ее плоть сжимает мой член. Это нереально хорошо. Сейчас меня ничто не сможет остановить, потому что я очень сильно хочу свою малышку.
Вика немного смущается, но я целую ее, поддерживая за попку и задаю ритм. Моя девочка все ловит на лету. Вскоре она уже насаживается сама, совершенно забыв про смущение и двигаясь так, что у меня едва искры из глаз не сыпятся.
— Вить…Я… — выдыхает она, но внезапно смолкает и начинает меня целовать.
Я целую ее в ответ, мне охрененно хорошо, но что — то в душе гложет. Кажется, что она она хотела мне что-то сказать, но почему-то передумала.
А дальше, все мысли напрочь вылетают из головы, потому что она начинает кончать. И я просто уже ни о чем не думаю.
***
— Хочешь прогуляться по острову? — предлагаю ей вечером.
После утреннего секса нас обоих вырубило на весь день. И сейчас, проснувшись, я чувствую себя настолько отдохнувшим, что хочется размяться. Вечерняя прогулка пойдет нам обоим на пользу.
Она улыбается и чертит на моей груди узоры. Целую мягкие губы и опрокидываю ее на спину, вглядываясь в глаза. Вика смеется и я невольно начинаю улыбаться в ответ.
— Можем и прогуляться — почти шепчет мне в губы. Голос ее слегка охрипший. Ее сладкие стоны до сих стоят в моих ушах. Поэтому, нужно переключится, иначе из постели мы вообще не вылезем. Это, конечно, замечательно, но нам обоим нужно хоть ненадолго отлипнуть друг от друга.
— Тогда в душ и на прогулку — Вика расслабленно кивает. Я подхватываю ее на руки и уношу в ванную комнату. Она такая легкая, что я почти не замечаю ее вес. Нужно проследить за ее питанием. Она сильно похудела из-за стресса.
Даже просто касаться ее — одно удовольствие. Вика, запрокинув голову, наслаждается стекающими по лицу каплями, а я обмываю ее нежное тело. Веду губкой по груди и замечаю, как твердеют ее сосочки, тут же отзываясь. Нет, пока лучше остановиться, иначе снова залюблю ее и сил ни на какие прогулки не останется.
Вспоминаю вдруг, как еще совсем недавно сходил с ума, когда увидел ее лежащей без сознания там, в снежной ловушке. И сердце болезненно сжимается.
Я ведь мог потерять ее. И вместо того, чтоб оказать ей поддержку, обвинил ее.
Прижимаю ее к груди, так крепко, словно она может раствориться вместе с каплями воды.
Вика удивленно смотрит на меня.
— Прости — шепчу в ее губы. Она быстро моргает, потом начинает хмуриться.
— Прости, за то, что повел себя как скотина. Тогда…
Она судорожно вздыхает и вцепляется в мои плечи. Тело напрягается за секунды. Взгляд уводит, часто моргает. На щеках румянец становится гуще. Чувствую, что пытается сдерживать слезы.
— Прости меня… — целую, не позволяя отстраниться. Снова прошу прощение. Вика всхлипывает и обмякает, стискивая руками мою шею. Я обнимаю ее, шепча успокоительные слова.
Знаю, что сейчас ей больно. Обидно. Возможно, она даже хочет побыть одна, но я держу. Крепко, так, чтоб поняла, мы преодолеем это вместе.