Великий князь Владимирский (СИ)
— Суки! — грохнул по столу кулаком побагровевший Дружина.
— Что-нибудь еще? — спросил у примолкшего разведчика.
— Мои донесли, в Галич вошло объединённое войско поляков и венгров. Князь Александр с ними. Он вернул все конфискованные владения боярам и повел армию в сторону Киева. Скорее всего, они уже там и форсируют Днепр. Судя по тому, что удалось подслушать во вражеском лагере, венгры и поляки помогут занять Переяславль, Чернигов, Новгород-Северский и будут ждать Ярослава Всеволодовича напротив Смоленска. За помощь, венгры получат Галич, поляком вернут зависленскую землю и отдадут Червенские города. Приблизительное количество войск — шесть тысяч.
— Значит пойдут через Угру, потом Оку, а оттуда по Клязьме к Белой Горе, — прикинул, склонившись над картой.
— Да, от Смоленска, по рекам, так удобнее, — согласился Федор.
— Что известно еще?
— По Югу все. По Литве. Никакой битвы при Крейцбурге не было. В сторону Смоленска двигается литовский отряд, численностью в полторы тысячи. К ним в Полоцке присоединился твой свояк Товтивил с дружиной в 300 витязей. Южнее идут туда же объединение дружины из Гродно, Турова и Минска. Численность 700 витязей.
— Дальше.
— На Севере из Новгорода выступил князь Ярослав Всеволодович. С ним 1 700 всадников, новгородская терция, конный отряд наемников в 250 человек и наемная же пехота, численностью в две тысячи, в основном лучники и арбалетчики. Двигаются в сторону Смоленска. Всё.
М-да. Вот это жопа!
— Итак. Когда вся эта шайка объединиться, то против нас окажется 10 500 конных и 5 000 пеших ублюдков. Это в полтора раза больше, чем мы ожидали. К тому же враг получил нашу артиллерию. Сейчас им это не поможет, но секрет мы потеряли. Вскоре все армии Европы станут использовать нечто подобное.
В горнице повисло молчание.
— Значит так! К нам их пускать нельзя. Земля не выдержит повторного разорения. Пойдем под Смоленск. Казимир, вызывай всех помещиков, от Рязани до Мологи. Андрей, пусть твои люди ищут место для боя. Условия следующие …
Вечером я отправился в свое время. Сейчас куплю у продажного прапора несколько самолетов, десяток танков, сотни три пулеметов, тысячу Калашей и ядерную боеголовку. И устрою Армагеддон!
Предательство, которое я ждал (хотя и не так быстро), выбило, все же, из колеи. Оставшихся у меня войск явно мало для отражения нападения совокупных сил Восточной Европы. Против Батыя не объединялись, а против меня захотели и смогли. Суки!
Иван встретил меня у порога в деловом костюме, свежевыбритый и пахнущий дорогим одеколоном.
— Что Вам нужно? — осведомился он холодным голосом.
Я несколько подвис.
— Ха-ха-ха! Купился! — хохотал шутник, стуча ладонью по стене.
— Это что было?
— Скучно мне.
— Ясно. Сейчас развлеку.
Я расстелил на столе чертеж.
— Не-не-не. Это огнестрел. Я на такое не подписывался.
— Блин! Это просто старинный фальконет. Реконструкторы палят во всю на своих сборищах из похожих.
— Реконструкторы палят из выхолощенных реплик, а тут я вижу вполне себе боевое орудие. И к тому же, это не ко мне. У меня нет возможности отливать изделия таких размеров.
— А у кого есть?
Иван задумался.
— Подожди. Сиди тут. Мне нужно позвонить кое-кому.
— На телефон, — протянул он мне бумажку. — Звони и договаривайся о встрече. Учти, я за тебя поручился. Не подведи.
Заказать производство вагона чугунных шаров, диаметром 64 мм и вагона чугунных же шариков, диаметром 10 мм, оказалось проще простого. Это не то, что договариваться и торговаться об отливке фальконетов или об изготовление сотни бочек пороха.
Вернувшись в Белую Гору, утром собрал своих канониров и заявил:
— Сейчас вам приведут обслугу для 20 орудий. Ваша задача, за месяц обучить их сносно стрелять и быстро перезаряжаться. Порох и ядра не жалейте. Задача понятна?
Две недели я занимался только войском. Посетил лагерь в Стародубе, провел смотр тех, кто уже явился. С собой притащил несколько ладей, заполненных доспехами и оружием. Если замечал на ком чуть хуже, чем я привез, тут же менял. Помещиков и их слуг брала оторопь от такой щедрости. Причем я заранее предупредил, что все за мой счет и доплачивать не придется. А когда к лагерю пригнали княжеский табун … У многих и так были хорошие лошадки, но по статям и выучке они не шли ни в какое сравнение с моими. Беляй, когда слуги выводили из конюшен его любимцев, плакал, как ребенок. Рядом подвывали родителю трое сыновей и дочка.
Закончив в Стародубе, тут же отплыл в лагерь под Муромом и произвел похожий обмен там. В сложившейся ситуации любая мелочь могла быть решающей. Сейчас мои помещики были снаряжены лучше любой из элитных частей в этом мире.
30-го октября меня опять поймал Андрей из Турова.
— Только не говори, что враги осадили Смоленск!
— Враги осадили Смоленск. Зато мы нашли нужное место.
— Где?
— Напротив Дорогобужа.
— Пошли, покажешь на карте.
Место подходило идеально под те условия, что я озвучил недавно.
— Что ж. Федор Жданович, отправляйся туда и приготовь нам позиции. Вот смотри, что нужно делать, — я разложил на столе пергамент и стал объяснять боярину, чего хочу от него.
Навестил полигон пушкарей. Обучение продвигалось, новые расчёты, которых гоняли с утра и до вечера, уже не путались, слажено производили чистку ствола и заряжание. Стреляли, правда, так себе. Надеюсь, к моменту выступления будут готовы.
Анна начала что-то подозревать и ревела постоянно, без причины. Утешал, как умел. Вернулись высланные на подмогу Бачману воины, немного усилив мою армию. 5 ноября отправил терцию, артиллерию и обоз в сторону Смоленска. Кавалерии приказал собраться в лагере у Мурома и ждать меня. А я ждал роды у жены. Не хотелось уезжать, так и не узнав, кто родился.
14 ноября родился мальчик. Подержал на руках маленькое, сморщенное существо, отдал лекаркам, поцеловал вымотавшуюся жену, положил ей на кровать подарок.
— Я должен уехать, милая. Не на долго. Крестите без меня, назовите Иваном.
— Война?
Я кивнул.
— Так и знала. Не зря сердце ныло. Возвращайся, любимый.
— Куда же я теперь от тебя денусь, Аннушка?
Вышел из спальни, обнялся с довольным Дружиной и на пристань. Нужно догонять армию, предстояло еще многое сделать.
Пока мы добирались, Смоленск держался. Поляки и немцы пробовали несколько раз взобраться на стены, но вместе с моим маленьким гарнизоном на защиту города вышли все жители и отбились. Ничего хорошего от штурмовавших город иноземцев они не ждали.
Прибыли 8 декабря. Будущее поле боя лежало на волоке между Днепром и Угрой. На протяжение волока было только одно место, где низменность хоть как-то повышалось. Боярин Федор собрал всех, кого нашел в окрестностях, и они насыпали на хребте возвышенности вал, на котором оборудовали площадки для орудий. У подошвы вала поставили частокол, за которым будут прятаться арбалетчики. В месте выемки грунта образовался ров. Перед рвом насыпали широкую полосу чеснока, присыпав его снегом. По обоим сторонам волока стояла стена леса, с густыми, трудно проходимыми кустами перед ней. Получились северные Фермопилы. В двух верстах от вала лес расступался, с одной стороны. Тем располагалась деревня, в которой жили смерды, обслуживающие волок. В лесу, позади деревни я спрячу всю кавалерию, когда противник приблизится. От обоза до этого места проложили просеку, выкорчевали корни, чтобы лошади не поломали себе ноги. Смердов отправил в тыл, в деревню их коллег на Угре. Пусть переждут, а то сожгут, вместе с домами. Ну вот и все, остается ждать.
15-го декабря родственничек предпринял решительный штурм и город пал. Защитников просто задавили массой. Озлобленные большими потерями, захватчики перебили всех жителей, сутки пьянствовали, а затем двинулись к Дорогобуж. Моего гарнизона там не было, и жители сдались Великому князю Новгородскому и Киевскому без боя.
19-го декабря прискакала разведка. Враг шел к нам. Первые разъезды появились у наших позиций утром 20-го. Погарцевав вдалеке, рассмотрев хорошенько что к чему, вражеская разведка умчалась, а через два часа показалось войско противника. От него отделилась несколько всадников и поскакало к нам.