Шелест 2 (СИ)
И такой момент, я ощущал, как увеличивается в размерах моё вместилище, и присутствовало стойкое убеждение, что назад уже не отыграется, чего не сказать о каналах. И довольно скоро это предположение подтвердилось.
Я пропускал через себя поток примерно с час, пока скопившаяся в кармане Сила не иссякла полностью. С исчезновением давления, сузились и каналы, и хотя они всё так же напоминали собой трепещущие ниточки, я точно знал, что в сечении они немного прибавили. Соответственно слегка подросла и их пропускная способность, что не могло не радовать, так как увеличится и эффективность моих медитаций.
Понятно, что достижение довольно скромное. Но ведь всё познаётся в сравнении. Если взять среднестатистического одарённого, то смех, да и только, а вот в моём случае я за одну медитацию отыграл порядка полугода. И дальше сроки прокачки вместилища сократятся. Ненамного, но ситуация всё же изменилась в лучшую сторону. И если продолжить двигаться в этом направлении, глядишь ещё и потенциал прибавит.
А вот карман полностью опустел, и теперь я его не чувствовал. Значит потребуется минимум месяц, чтобы он вновь заполнился, и процедуру можно будет повторить. Зато амулет порадовал, оказавшись напитанным Силой под завязку. Хорошо, что это произошло само собой, а то я как-то даже не подумал о том, чтобы попробовать его заправить.
Итак, это работает. Менее эффективно глотания желчи, но всё же работает. Хотя стоп! Какого хрена! Это лучше желчи! Однозначно! От неё эффект хороший, но временный, а при новом подходе, пусть рост и незначительный, но он остаётся навсегда. Так что, я однозначно получаюсь в значительном барыше.
Глава 4
Я открыл глаза и сладко потянулся. Сопровождать княжну оказалось делом хлопотным. Первая же наша поездка вышла не такой уж и близкой. Я-то полагал, что она захочет навестить кого-то из бояр княжества, выказать, так сказать, внимание, её же понесло в Спасск, в Рязанском княжестве, в гости к своей подруге по корпусу. А это почти триста пятьдесят вёрст, да по пыльным дорогам, даже с учётом выносливости местных лошадей трое суток пути.
И это ещё быстро. Мы-то с великой княжной и охраной двигались верхами, но наши вещи и её служанка в карете. А скорость каравана, как известно, определяет самый медленный транспорт. Так что, за время путешествия я устал, и теперь наслаждался отдыхом на постели с белоснежными простынями. Всё же придорожный постоялый двор по сервису и комфорту не сравнится с гостиницей.
Сон слетел как и не бывало, отлёживать бока никакого желания, поэтому я рывком сел на постели, вновь потянулся и отбросив одеяло встал, сунув ноги в тапочки.
— Илюха, ты где, бездельник? — бодрым голосом позвал я.
— Чего это бездельник, — послышалось из соседней комнаты, а следом появился и он сам. — Я уж успел всю твою одежду перегладить, да грязное в стирку отдать.
— Умываться, — распорядился я.
Ага. Это тебе не дома, и не в съёмной квартире, ни крана, ни рукомойника. Таз, кувшин с широким горлом и помощь прислуги. Вообще-то, если бы не Илюха, то помогала бы мне служанка. Хорошенькая, между прочим, отчего это действо было бы куда приятней.
— Говоришь отдал в стирку и перегладил весь гардероб. Одобряю, — отфыркиваясь произнёс я, и продолжил, — значит и о моём задании не забыл?
— Рассказал я слугам местным про нашу охоту на оборотня, и про то, что живут они тут де в глубинке как у Христа за пазухой, то ли дело у нас на границе.
— И как успехи? — принимая от него полотенце и растираясь, поинтересовался я.
— Ясное дело как, у них тут всё круче варёных яиц, и в отличии от нас горемычных у них за последние десять лет тут два таких случая было. Ну, я им про Волчью падь, а они мне, мол, когда это было, поди и брехня это, дедовы сказки, бабкины подсказки, а вот у них всё взаправду, и страху те волколаки навели столько, что ни в сказке сказать, ни пером описать.
— Место знаешь?
— Назвали две деревеньки. Я ещё поспрашиваю у других но сдаётся мне, что это не брехня, — ответил мой молочный братец.
— Узнай, обязательно узнай, по поподробней.
Совсем без помощника оно как-то не правильно. Опять же, нельзя жить никому не доверяя. Иное дело, что доверие может быть дозированным, так сказать в части касающейся. Ну ищу я места где случались обращения в оборотней. А вот нахожу ли, и зачем мне это нужно, Илюху уже не касается.
Для чего мне это, объяснять не нужно. Каждое место Силы может многократно подстегнуть мой дар, и как результат я окажусь не такой уж и бездарью.
В Воронежском княжестве о других случаях обращения в оборотней мне выяснить ничего не удалось, ни на уровне баек, ни в соборной библиотеке. Вот я и решил попробовать в соседних. Признаться, зол был несказанно, когда выяснилось, что придётся сопровождать великую княжну, но как оказалось прикатил я сюда не зря. А если мест окажется два, так и вовсе джек-пот получается.
Я уже заканчивал одеваться, когда в дверь постучались, а из-за неё послышался голосок Дуняши, служанки великой княжны.
— Сударь, Мария Ивановна просит вас к завтраку.
— Иду, — громко ответил я.
Долгорукова предпочла остановиться со мной в гостинице, хотя подруга, боярышня Астафьева и её родители настаивали, на том, чтобы та поселилась в боярской усадьбе. Однако, Мария пожелала сохранить для всех инкогнито, назвавшись просто однокашницей по кадетскому корпусу.
— Доброе утро, Пётр, — приветствовала меня великая княжна.
— Доброе утро, Мария Ивановна, — присаживаясь напротив неё, поздоровался я.
Инкогнито, так инкогнито, поэтому я не титуловал её, ограничившись именем отчеством, как впрочем и новые компаньоны, боевые холопы и слуги.
— Пётр, это будет выглядеть по меньшей мере странно, если я буду называть тебя по имени, а ты меня по батюшке, — заметила она.
— А это ваши трудности, Мария Ивановна, не я ведь хочу сохранить инкогнито.
— Не желаешь чтобы другие знали, что я считаю тебя другом?
— Мне без разницы, кем вы меня считаете, я тот, кто я есть и вы можете во многом полагаться на меня.
— Но не во всём? — склонив головку набок, уточнила она.
— Не во всём, — подтвердил я.
— Поэтому ты не желаешь быть моим другом?
— Это всего лишь одна из причин, — возразил я.
Ну вот сколько можно, одно и то же и про тоже. Упёртая девица, не отнять. Ну да и я не пальцем делан, меня на кривой не объедешь. Пусть сама разбирается со своими заморочками. Нет, я конечно не смогу просто отвернуться, но и помогу, как говорится — только в части касающейся.
— Ох и упрямый ты.
— Чья бы корова мычала, Мария Ивановна.
— И дерзкий.
— Прошу прощения ваше…
— Стоп! Я всё поняла, Пётр Анисимович, — выставив руку в останавливающем жесте, поспешно перебила она меня.
— Приятного аппетита, Мария Ивановна, — встретил я подошедшего полового.
— Приятного аппетита, Пётр Анисимович, — с язвинкой пожелала мне великая княжна.
Трактир при гостинице небольшой, рассчитан только на постояльцев, а потому посторонних тут нет, что, признаться радовало. Хм. И судя по запахам, высокая цена за постой того стоила, потому как готовить тут умели. Убеждаясь в этом я отправил в рот первую ложку каши, буквально растаявшую на языке.
— Боярин Астафьев сегодня даёт бал, и мы в списке приглашённых. Так что, готовьтесь, сударь к тому, что вас станут атаковать спасские красавицы, а там соберётся весь цвет города, — прожевав очередную порцию, с не меньшим аппетитом чем я, поставила меня в известность Долгорукова.
— Мне опасаться нечего. Тут ведь нет воронежских младших дочерей, родители которых рассчитывают на милость князя Долгорукова. А потому я никому не интересен, — пожав плечами, безразличным тоном ответил я.
— Ой ли? А как же ореол героя дважды спасшего дочь князя Воронежского? Вы действительно полагаете, что кто-то поверит в то, что какой-то там поскрёбыш кладёт убийц из одарённых пачками? Да даже если мы во всеуслышание заявим об этом, то никого не убедим.