Его жена и любовница

– Твоя репутация? И это все, что тебя волнует? На тебя могли напасть грабители. Тебя могли изнасиловать или убить. А что касается репутации, то ты уже доказала, что она тебя нисколько не волнует. – Сначала голос Лукаса напоминал глухое рычание, но теперь он говорил очень тихо и, как показалось Айрис, с отвращением.
Девушка почувствовала, как защипало от слез глаза. Она не хотела показывать Лукасу свою слабость и отвернулась. И когда это она превратилась в плаксу? Ведь она никогда раньше не плакала. По крайней мере с ней такого не случалось до встречи с Лукасом.
– Я пойму вас, если вы расторгнете помолвку, милорд. – Айрис тотчас же поняла, что сказанные ею слова вывели Лукаса из себя. В следующую секунду он навис над ней, дрожа от гнева.
Его пальцы крепко сжали ее плечи; сейчас он находился так близко от нее, что она ощутила исходивший от него жар.
– Послушайте меня, леди Айрис, – проговорил он, чуть отступив. – Я намерен жениться на вас как можно быстрее. Если я не возьмусь опекать тебя, неизвестно какие еще неприятности ты на себя навлечешь. Я оказываю обществу услугу, беря на себя ответственность за тебя. Бог свидетель, твоим родителям не под силу с тобой справиться.
Слов графа показались Айрис ужасно оскорбительными, и она в гневе воскликнула:
– Я не нуждаюсь ни в чьей опеке! Неужели ты не понимаешь, что все случившееся в последнее время – просто исключение из правил? За всю жизнь я ни разу не запятнала свою репутацию.
– За что мы должны благодарить провидение, – заметил граф с сарказмом.
– Не стоит разговаривать со мной таким тоном, сэр. – Однако ее слова не произвели на Лукаса ни малейшего впечатления. Сделав шаг вперед, он снова приблизился к ней почти вплотную, и Айрис вдруг показалось, что ни шаль, ни платье, ни сорочка совсем не защищают ее. – Более того, сейчас-то вы менее всего заботитесь о моей репутации, – добавила она с дрожью в голосе.
Лукас бросил на нее гневный взгляд, но все же отошел, и она смогла перевести дыхание.
– Идем. – Он протянул ей руку. – Пора возвращаться. Много солнца вредно для кожи леди, а ты не захватила зонтик.
Айрис указала на свою щеку и проговорила:
– Моя кожа и так уже испорчена, и мне нравится находиться на солнце.
Однако Лукас руки не убрал.
– Идем сейчас же, иначе я больше не стану беспокоиться о твоей репутации или чувствах.
На сей раз Айрис отчетливо поняла, что граф не шутит. Она заставила Святого потерять над собой контроль, и теперь ей следовало либо сдаться, либо заплатить высокую цену. Она решила, что лучше вернуться в дом, однако проигнорировала протянутую руку Лукаса.
Когда они уже шагали по дорожке, девушка сказала:
– Ты можешь навестить мою бабушку. Она редко выходит из дома и очень любит, когда приходят гости.
Лукас уже понял, как любит гостей пожилая леди. Несмотря на то что она не пускала графа к Айрис, мотивируя это тем, что девушке необходим отдых, а не общение с посетителями, леди Апуорт ни разу не отпустила его без чашечки чая.
– Добрый день, милорд. Полагаю, вы с Айрис весело провели время в саду. – В глазах пожилой дамы заплясали огоньки, и Лукас подумал, что, возможно, она знает гораздо больше о том, что произошло в саду.
Граф почувствовал, как краска прилила к его щекам – весьма редкое явление.
– Мы с Айрис обсуждали кое-какие… разногласия, возникшие между нами, – ответил Лукас, усаживая свою невесту на диван и садясь рядом с ней. – Кто-нибудь еще заезжал навестить Айрис, пока мы разговаривали?
– Ее мать приезжала вчера, но, как вы и просили, я приказала дворецкому сказать, что Айрис еще не в том состоянии, чтобы принимать гостей.
Послышался возглас неодобрения, и Лукас взглянул на сидящую рядом с ним девушку:
– Ты хотела что-то сказать, дорогая? – Айрис нахмурилась:
– Не называй меня так в присутствии моей бабушки. Это неприлично.
Лукас улыбнулся, но не стал утверждать очевидное – она несколько запоздало начала беспокоиться из-за таких пустяков.
– Это все?
– Нет. Мне не нравится, что ты отдаешь распоряжения втом, что касается меня. Это мне следовало решить, видеться ли с матерью или нет. Уверена, она ужасно оскорблена тем, что бабушка Гарриет выпроводила ее. Я очень расстроюсь, если мое пребывание здесь послужит причиной раздора между бабушкой и моими родителями.
 
– А я расстроился бы, если бы леди Лэнгли помешала твоему отдыху очередными нравоучениями.
– Эштон прав, Айрис, дорогая. Тебе необходим был отдых, – сказала леди Апуорт.
– У меня синяк на лице, а не лихорадка или полученная в бою рана.
– Что сделано, то сделано, – произнес Лукас фразу, услышанную от Айрис, и тут же ощутил на себе недобрый взгляд золотисто-карих глаз.
– Наверное, вы правы. Я пошлю маме карточку с приглашением или же навещу ее сама. Возможно, таким образом я снова обрету в ее глазах достоинство. – Айрис закусила губу и задумалась.
Лукас ощутил растущее в груди раздражение, но не подал виду. Айрис все еще не понимала, в каком положении оказалась.
– Это невозможно. Ты не поедешь к своей матери. – Айрис хотела что-то возразить, но Лукас не дал ей раскрыть рта. – Можешь пригласить ее сюда, если хочешь. Но разговаривать с ней ты будешь в моем присутствии.
– Как это нелепо, Лукас. Мама быстрее простит бабушку Гарриет за нанесенное оскорбление, если я сама к ней приеду.
– Ты не поедешь в дом Лэнгли. Понятно?
– Нет, непонятно. Ты не можешь отдавать мне подобные распоряжения. Я этого не потерплю.
Леди Апуорт засмеялась. Засмеялась тихо и мелодично.
– Дети, успокойтесь. Айрис, ты должна понять, что Эштон действует исключительно в твоих интересах.
Айрис напряглась.
– Я сама могу прекрасно о себе позаботиться.
На сей раз засмеялся Лукас. Он просто не смог удержаться. Казалось, Айрис искренне верила в то, что говорила. Она сидела с синяком во всю щеку – и тем не менее утверждала, что сама может о себе позаботиться.
Однако Айрис не разделяла веселья Лукаса и ткнула его локтем в бок. Ему не оставалось ничего другого, как обхватить девушку одной рукой за талию и прижать к себе. Не сделай он этого, непременно еще раз ощутил бы удар остренького локотка.
– Ты принадлежишь мне и должна наконец признать, что я серьезно отношусь к своим обязательствам. Ты будешь разговаривать с родителями только в моем присутствии или не будешь разговаривать с ними вообще.
На этот раз полный негодования возглас Айрис потонул в шуме, доносящемся из холла.
Дверь распахнулась, и в гостиную поспешно вошла миссис Дрейк в сопровождении мужа. Она прямиком направилась к Айрис и опустилась на пол у ее ног.
– Сестренка, с тобой все в порядке?
Айрис в замешательстве посмотрела на сестру, и Лукас, поспешив невесте на выручку, ответил за нее:
– Все хорошо, если не обращать внимания на ужасный синяк.
Дрейк пристально посмотрел на графа.
– Это правда? Лэнгли ее ударил?
Внезапно взгляды всех присутствующих устремились на Лукаса. Леди Апуорт смотрела с любопытством, ожидая его ответа. Айрис же – с мольбой, а миссис Дрейк выглядела так, словно собиралась упасть в обморок.
 Глава 9 
 
– Он потерял самообладание, но, как я недавно объяснил Айрис, у него больше не будет возможности сделать это снова.
Дрейк кивнул и проворчал:
– Я заехал к нему сегодня, но мне сказали, что он плохо себя чувствует. Полагаю, он будет приходить в себя дольше, чем Айрис.
– Лукас, ты ведь не бил отца? – По голосу Айрис было понятно, какая сумятица царила в ее душе.
Слишком мягкосердечная, она не понимала желания Лукаса ответить насилием на недостойные действия ее отца. Графу невыносимо было слышать тревогу в голосе девушки и видеть ее искаженное от беспокойства прекрасное лицо.
– Я не бил его, милая. – Он полагал, что не лгал – ведь несколько крепких тумаков и суровое предупреждение нельзя было назвать побоями.