Рождение Патрика (СИ)

 Глава 7 
****
Он приехал к Сильвио Бертоцци взять ситуацию под свой контроль, чтобы перепуганные журналисты не наломали ещё больше дров. Но когда он вошёл в кабинет, то увидел Сильвио, белого как мел, хватающего ртом воздух. Быстро выйдя в приёмную, Альберт попросил секретаршу принести воды. Вернувшись в кабинет, он усадил бедного плейбоя на диван, ослабил ему галстук и расстегнул верхнюю пуговицу. Бертоцци постепенно приходил в себя, тут и секретарша подоспела с графином воды и какими-то таблетками. Альберт выдохнул облегченно: "Фуф, откачали болезного." Пока они откачивали хозяина кабинета, появились новые действующие лица. Это был главный редактор "Вены Тудей" и журналистка, снимающая фильм о школе. После тридцатиминутной возни, они наконец расселись вокруг стола.
— Ну, кто мне расскажет, как мы докатились до такой жизни? — раздражённо спросил Альберт. — Сильвио, ты вообще в курсе, что происходит в твоём агентстве?
Еще не пришедший в себя Сильвио начал икать.
— А вы? — он перевёл взгляд на журналистов. — Что это за провокационные заголовки с мобилизацией?
Главный редактор прокашлялся.
— Господин Клопп, мы только выпустили промо-ролик, там ничего криминального нет. Мы думаем, что это спланированная атака на наше издание.
— На «Вена Тудей»? — брови Альберта поползли вверх. — Какая-то обиженная дива решила устроить хакерскую атаку? По-моему, вы себя переоцениваете, ПОКА ещё главный редактор.
При этих словах главный редактор тоже начал икать.
— Рассказывай, — обратился он к журналистке. — Это ведь твоя работа?
— Да, господин Клопп, — судорожно сглотнула журналистка. — Мы запустили промо-ролик и начали съёмки, но так ничего и не отсняли. В школе нам не дают снимать, и тут этот скандал. Нас специально подставили.
— Кто вам не даёт снимать? — удивился Альберт.
— Администрация школы ставит палки в колеса, говорит, что мы всё должны согласовывать с старостой класса, а тот ставит нам ультиматумы, — выпалила журналистка. — Вот они, наверное, и подстроили этот скандал.
«Ты недалека от правды», — подумал Альберт, — «Патрик точно замешан в этом».
— И как зовут старосту и что он хочет? — спросил господин Клопп.
— Патрик Шарп, господин Клопп. Он постоянно убегает от нас.
«Всё-таки он», — подумал Альберт, — «видимо журналисты попробовали надавить на него».
— Значит так, ситуацию нужно исправлять, и как можно быстрее.
— Мы сейчас же удалим промо-ролик, — предложил Сильвио.
— И наплодим ещё больше ненужных слухов? Нет, вы продолжайте работать, а я прослежу, чтобы вам оказали всю посильную помощь. И да, если детям что-то требуется, вы сразу же помогаете. Мне сейчас не нужно слухов о том, что кто-то притесняет неодарённых. Открытый бюджет. Вам понятно?
Все трое быстро закивали головами.
— Ну вот и отлично. Так что поезжайте в школу прямо сейчас, я распоряжусь, чтобы вам предоставили всё необходимое.
Сидя на заднем сиденье своего автомобиля, Альберт размышлял. Скорее всего, Император прав, и у парня проявились первые симптомы неуправляемого источника. Журналистка лишь попыталась надавить на него, и тут же получила отпор. Патрик не стал открыто конфликтовать с ней, а просто пошёл и утопил "Вена Тудей", попутно вызвав: политический кризис в Империи, инфаркт у Сильвио Бертоцци и красный код ИСБ.
****
«Эта история ещё будет иметь продолжение», — думал я, идя по коридору и глядя на разрозненные группы школьников, уткнувшихся в свои смартфоны. — «Мда, школа уже взбудоражена, а тут ещё и по телевизору объявили, что разразился внешнеполитический кризис. Я немного перестарался, факт. Наверное, не учёл местный менталитет. Кто же мог подумать, что в этом мире люди верят всему, что написано в интернете? Если это правда, то передо мной открывается огромное пространство для манёвра. Эх, знать бы это заранее. Сейчас же фильм скорее всего закроют, и все мои выстроенные планы рухнут. Придётся начинать всё сначала. Нет, я не паникую, я воспринимаю своё поражение философски. Главное — не повторять совершённых ошибок. Что же, это тоже хороший опыт, который станет для меня уроком на будущее».
 
С такими мыслями я вошел в класс.
«Боже, меня окутала аура страха и тоски. А что это с ними? Ах, блин, дурак я, их же на опыты отправляют. Ладно, надо немного развеселить класс.»
— Народ, — подняв руку, громко произнес я, — я только что был у директора. Волноваться не надо, на органы будут отчислять только за неуспеваемость!
Моя шутка не удалась, и все ещё больше приуныли. Не достигнув желаемого эффекта, я прошёл к своей парте.
— Ай, ты чего дерёшься? — воскликнул я, получив локтём под рёбра от Сары.
— Дурак, им же страшно, — прошипела она.
Я уже хотел ответить, как вошёл классный руководитель.
— Патрик, тебя вызывают в администрацию, — сходу прознёс он.
Ну вот, началось. А чего сразу я? Неужели они смогли вычислить меня? Теоретически они могли вычислить по IP интернет-кафе, а я был там в школьной форме. Ну я и дурак, что подставил себя таким образом. Надо же было так опростоволоситься и пойти в школьной форме. Это как в анекдоте про диверсанта: «его вычислили по парашюту на спине». Но я и не предполагал, что это вызовет такой резонанс. Сейчас важно отбрехаться, накину-ка я всё, что можно, на себя. Я навесил на себя обострение чувств, реакции, спокойствия, чтобы никто не смог прочитать мои эмоции. Вот, теперь можно идти.
****
Ауру раздражения я почувствовал, едва войдя в приёмную Олле. В своём углу сидела пришибленная секретарша; видимо, ей тоже досталось на орехи. «Ну, с Богом», — и мысленно помолившись всем известным богам, — я толкнул дверь в кабинет.
— Господин Олле, вызывали? — спросил я, просунув голову в приоткрытую дверь.
— Проходи, садись, — резко бросил он.
Кроме Олле, в кабинете сидела Вероника и какой-то лысый дядечка с усами. Осторожно ступая, я вошёл в кабинет и занял место от греха подальше, то есть подальше от Олле. Может, это моё обострение чувств так действует, но мне казалось, что из него ещё чуть-чуть и повалит пар, как из самовара.
— Все вы в курсе, что произошло сегодня? — спросил он, дождавшись, когда я сяду. — Патрик, ты в курсе?
— В общих чертах, господин Олле.
— Тогда я повторю еще раз, — глядя на тех двоих, мрачно произнес он. — Вчера, Венскую школу номер 13 оклеветали, покрыли позором на весь мир. А знаете ли вы, кто соучредитель этой школы? Не знаете? Его высочество, принц Виктор! Ваша газетёнка оклеветала Императорский род.
Лысый смешно икнул.
— И, поверьте, если бы не особое распоряжение, — Олле поднял глаза в потолок, — то вы бы сейчас общались с нашими адвокатами, и уж они бы разорили вашу газетёнку в два счета. Однако, как бы мне не хотелось уничтожить вас, нам придётся сотрудничать, но уже на моих условиях. Я понятно излагаю?
— Да, господин Олле, — прохрипел усатый.
— Значит, так: никакой отсебятины, работаете по утверждённым сценариям, всё идет ко мне на цензуру, вам ясно? — продолжал Олле.
— Ясно, господин Олле, — пропищала Вероника.
— Патрик будет вам помогать, составлять графики интервью, чтобы вы не мешались под ногами. Патрик, тебе ясно?
«Нет, такой хоккей мне не нужен. Это моя поляна, и все ягоды на ней тоже мои. Не отдам! Однако спорить с ним сейчас бесполезно, он не отступит. А давайте-ка мы его еще позлим немного», — подумал я.
— Понятно, господин Олле, — с совершенно наглой усмешкой ответил я.
Олле завис в прямом смысле слова. «Как бы его кондратий не хватил» — испугался я. — «Мне кажется, или в этом мире люди реагируют на всё иначе, уж слишком сильны их эмоции. Может, это из-за пробужденных источников? Вот и журналисты уставились на меня, как бараны на новые ворота.»
— Патрик, я сказал что-то смешное? — вкрадчиво спросил Олле.
«Градус кипения достиг предела», — считывая его ауру, определил я. — «Теперь нужно удивить».