Долгий солнечный день (СИ)

— Несколько неуклюже, но практично, — одобрил защитки Саб. — Уже не помню, когда последний раз таким снаряжением пользовался.
— Мы пользовались, — задумчиво произнес Пятый. — При весьма странных обстоятельствах, но несколько раз было, да.
— А когда вы ими пользовались? — с интересом спросила Эри.
— Когда искали предшественников. Сэфес хоронят… как бы сказать… порой весьма странно это делается. Несколько кладбищ располагались на примерно таких же камушках, — Лин указал на астероид, с которым «Прима» сейчас шла параллельным курсом. — Мы искали… не на своей технике, а на купленной, типа этого же кораблика, ну, уровнем повыше. И, да, нам приходилось таскать защиты такого плана, для выхода в пространство. Понятное дело, наши катера защиту тоже могут делать, но абсолютно другую, её вообще не видно.
— В смысле — вообще не видно? — не поняла Эри.
— Ну, ты просто сажаешь катер на камушек, и выходишь из него точно так же, как на планету с пригодной атмосферой, — пояснил Лин. — На тебе есть защита, которую держит катер, но ты ее ни увидеть, ни ощутить не сможешь.
— Но она физическая? — уточнил с интересом Саб.
— А какая? — удивился Лин. — Конечно, физическая. Ты же должен дышать, греться, сохранять подвижность, и так далее. Просто другой уровень. Как те же контроллеры, если ты понимаешь, о чем я.
Эри кивнула — про контроллеры она была в курсе, а вот Сабу пришлось объяснять, что это такое, потому что слово он слышал, а про технологию имел весьма опосредованное представление. Лин начал было читать целую лекцию про молекулярные пленки и дальнейшее развитие этого принципа для получения нужных структур, сперва приведя в пример шлемы от защиток, а потом перейдя ни с того, ни с сего к контроллерам, но Пятый его прервал, сказав, что время идет, надо высаживаться, а если сейчас продолжать, то к утру вернуться точно не получится, поэтому давай ускоряться, потом расскажешь.
* * *
Астероид выглядел как большая каменная глыба, что издали, что вблизи — Саб заметил, что даже если местные на нем высадятся когда-нибудь (что не исключено), они в жизни не подумают, что это была в своё время чья-то станция. Глыба, неровная, бугристая, была около четырехсот метров в длину, и представляла собой нечто, похожее больше всего на скальный обломок, испещренный неглубокими кратерами и возвышенностями. Выглядела она монолитной, и не имела никаких видимых трещин или расколов.
— Саб, вон туда давай, — скомандовал Лин. — Блин, да не туда, вон то место поровнее вроде бы… ага. Вот сколько жил, никогда не знал, что их станции так могут. Ну, дела.
— Могут как? — уточнил Саб.
— Скукоживаться в такую естественную форму, и до таких размеров, — пояснил Лин. — Она же километровая была изначально. Ну, примерно, и в развернутом состоянии, конечно.
— Пирамида? — спросила Эри.
— Да, что же еще, — Лин вздохнул. — Для них оптимальный вариант.
— А для вас?
— А для нас есть другие варианты, — пожал плечами Лин. — Потому что другие технологии. У нас плазмоиды… в основном. То есть корабль в состоянии покоя имеет идеальную шарообразную форму, вот только никто и никогда в таком состоянии кораблей, конечно, не видел. Говорят, у инженеров они выглядят именно так.
— Я видела корабли в считках. Это было похоже на светящиеся облака, — заметила Эри. Лин кивнул.
— Да, можно и так сказать. Но там, помимо плазмы, имеется кое-какая материя, конечно. Знаешь, главное отличие наших кораблей и техники аудиалов в том, что у них это всё-таки техника, плюс — чей-то разум, искины. А у нас… у нас такого нет, мы всё исключительно сами.
— Барды к разумным намного ближе, — Пятый, который до этого рассматривал поверхность астероида, повернулся к ним. — И понимают их намного лучше.
— Угу, именно поэтому зоны воздействия у них намного меньше, — тут же поддел Лин. — Всё, пошли, время.
* * *
Когда вышли, Эри поймала себя на странном ощущении — да, конечно, до этого она уже много раз была в пространстве, потому что ходила и на «Горизонте» с Итом и Скрипачом, и на транзитных кораблях, и на «Приме», но она никогда не видела пространство — вот так. Ощущение показалось ей невероятным, ирреальным, потому что из корабля всё ощущалось как-то не так, всё было обыденно и сглажено. Но сейчас… она растерянно стояла совсем рядом с кораблем, чувствуя себя песчинкой, нет, молекулой, в чем-то настолько огромном, что не передать словами… Лин заметил это, подошел к ней (разумеется, сила тяжести на астероиде была ничтожна, поэтому сейчас их «держал» корабль), и взял за руку.
 
— Не бойся, — сказал он. — Это сейчас пройдет.
— Я не боюсь, — Эри покачала головой. — Просто… я никогда не видела этого всего — вот так.
— Я понял, — Лин улыбнулся. — Ты еще подумай сейчас о том, что ты через это всё можешь итерации строить, и всяких глупых Сэфес из темпоралок вытаскивать.
— Лин, я всё понимаю, я просто… обалдела слегка, — призналась она. — Ощущение странное.
— Говорю же, понял. Нормальная реакция. Пойдем, а то наши вон уже куда усвистали.
Саб и Пятый действительно уже успели отойти метров на сто в сторону, и сейчас стояли у небольшого кратера, рассматривая что-то внизу. Эри и Лин подошли к ним.
— Так ничего не получится, — говорил Пятый. — Можно даже пробурить скважину, Саб, повторяю, это бесполезно.
— И что ты предлагаешь?
— Думаю.
— Ну, чего у вас тут? — спросил Лин.
— Этот участок похож на место, откуда уходил последний модуль, если это вообще были модули, — пояснил Пятый. — Видишь, выемка? Похоже, что оттуда. Дальше… дальше, видимо, была капсуляция, на которой всё и кончилось. Но, зная Бардов, могу предположить…
— Ага, согласен, — тут же кивнул Лин. — Что-то тут должно остаться. Вот только что, и на каком слое?
— Вы про какой слой сейчас? — нахмурился Саб.
— Сеть, — пояснил Лин. — Не стали бы они на эту каменюку табличку ставить с надписью «здесь были парни с гитарами», верно? Но информацию не оставить тоже не могли.
— Даже если предположить, что спаслись все, кто тут был, искин в любом случае никуда деваться не мог, — тихо сказал Пятый.
— Он мог погибнуть, — предположил Саб. — Разве нет?
— Нет, — покачал головой Пятый. — Для того чтобы уничтожить искина, нужно уничтожить всю станцию. Физически. Полностью. А здесь от нее остался изрядный кусок, пусть и в стазисе. Поэтому смею предположить, что искин жив, но в пассиве. Вот что, — он поднял голову. — Я посмотрю. Только лучше отойдите к кораблю, на всякий случай.
— Давай тогда уже вместе, — предложил Лин. — Хоть нагрузку распределим.
— Ну, если для тебя тридцать секунд это нагрузка, то пожалуйста, — Пятый пожал плечами. — Эри, Саб, постойте у корабля. Мы быстро.
* * *
«…унести прочь оставшихся. За нами погоня. Надеюсь, я успею, успею, успею… Они совсем дети, все Наставники мертвы, сгорели в Сети. Дети, подростки, от пятнадцати до шестнадцати лет, первые месяцы обучения… Я должен… Хорошо, я готов. Отчёт. Я, искин учебной регио-станции „Хорус“ в учебном кластере закрытого типа номер в реестре общего кластера 70001, подвергся атаке неизвестного типа, был поврежден, и принял решение о срочном десантировании на планету номер 32844 Белой зоны двадцати шести учеников Академии ББ, начальная стадия. Экипаж станции „Хорус“, как то — двенадцать Безумных Бардов градации от восьми, двадцать Наставников градаций шесть-девять, десять Связующих градаций пять-девять погиб в полном составе при попытке отражения атаки. Уцелела только ученическая группа, для спасения которой я увел „Хорус“ в резервную зону учебного кластера, и осуществляю десантирование, формируя посадочные модули и обеспечение. Я поврежден, ремонту не подлежу. Энергии нет. Связи нет. Нас найдут. Они нас найдут. Надеюсь, я успею…»
 
Дальше шел внушительный список имен, который делился на два — погибшие и уцелевшие. Еще дальше — последняя запись искина. Очень странная запись, в которой говорилось о «маленьких кораблях, сотне маленьких кораблей, и жалящие иглы, как стая ос, жалящие иглы», на этом запись обрывалась. Пока смотрели, Лин стоял, прищурившись, и до крови кусая губы, Пятый же просто молчал, казалось, он даже дышать перестал, пока они слушали.