Долгий солнечный день (СИ)
Пятый неподвижно смотрел на него расширившимися от ужаса глазами.
— Что? — хрипло спросил он. — Что ты сказал?
— Ты не расслышал? — спросил Ит.
— И ты не понимаешь?.. Ладно, — Пятый медленно глубоко вздохнул. — До тебя до сих пор не дошло?
— Что именно до меня должно было дойти? — спросил Ит.
— Наблюдение, — просто ответил Пятый. — Всё это — последствия того, что было снято наблюдение. Сейчас, секунду… когда это произошло, вам было… немного за тридцать, так?
— Да, — пожал плечами Ит. — Мы считали, что нам по сорок с хвостиком, потому что не знали про воссоздание в семь. От момента появления — по тридцать три года. Условно, конечно, даты разнятся по мирам, ты же знаешь.
— Верно, — кивнул Пятый. — Всё верно.
— К чему ты это сказал? — не понял Ит.
— Пока что без подробностей, но… это всё инициировали мы, — Пятый отвернулся. — Даже не вы, потому что вы следствие. А вот инициировали — мы, — он закрыл глаза. — Нельзя было этого делать.
— Я тебя не понимаю, — покачал головой Ит. — Ты хочешь сказать, что мы каким-то образом связаны с Реакцией Блэки? И не в той части, которая борьба с последствиями, а с возникновением? Прости, но это чушь. Она была признана вмешательством извне, с какого-то иного уровня, и…
— Ит. Нет никакого иного уровня, — покачал головой Пятый. — Нет. Уровень один, просто почти никто не может воспринимать его… полностью. Поэтому и кажется, что их много. Ладно, про это при встрече, пожалуй.
— Хорошо, давай про это при встрече, — вымученно согласился Ит.
— Скинь мне твои считки за тот период, — попросил Пятый. — Всё, что есть.
— Слушай, там много, больше года, наверное, в общей сложности. Только сам наш забег после катастрофы был месяца на три-четыре, — Ит задумался. — Нет, больше, с Фэбом же ещё ходили. Пятый, оно тебе надо?
— Надо, — решительно сказал Пятый в ответ. — Если можно, скинь по самой катастрофе максимум. Пожалуйста. И очень прошу, отнесись к этому серьезно. Если ты не заметил, то Ри и, видимо, Ариан, уже относятся к этому более чем серьезно. Боюсь, что этот тезис они не просто вывели, они его подтвердили.
— Какой? — нахмурился Ит.
— Ладно. Уломал, — Пятый вытащил ещё одну сигарету, и, под неодобрительным взглядом Ита, прикурил от предыдущей. — Смотри…
Пока тройка, часть которой Ри объявил ступенями, ведущими к богу, и богом непосредственно, имела отношение к Контролю, точнее, являлась Контролем, она постоянно находилась в состоянии «наблюдатель». Импульсно, периоды наблюдения чередовались с периодами не-наблюдения, но система выучила этот ритм, и знала последовательности — например, главное правило: наблюдение через какой-то срок будет возобновлено. Период активности, период покоя. То есть элемент «наблюдатель» присутствовал в ней постоянно, и являлся неотъемлемой её частью.
— Так, — кивнул Ит. — Продолжай.
А потом… потом мы не выдержали. Почему, ты сам знаешь. Но знаешь только отчасти. Вот как ты считаешь, о каком именно наблюдении я сейчас вообще говорил?
— Наблюдение за участком Сети, — пожал плечами Ит.
— Хрена там. Нет. Нет!!! Это прогрессия, Ит! Экипаж, который наблюдает за одним участком Сети, на самом деле наблюдает за всей Сетью! Чтобы в этом убедиться, достаточно посчитать пять минут. Можно даже на коленке, или на пальцах, или на камушках, как угодно.
— Тогда у нас ерунда получается, — миролюбиво отозвался Ит. — И у Ри тоже. Потому что, в таком случае, любой экипаж, неважно, к кому он относится, и будет являться тем самым гипотетическим наблюдателем, видящим всё, который нужен системе.
— Ах, если бы, — вздохнул Пятый. — Тебе мало доказательств того, что это не так? Остальные — просто дублирующие схемы. Их бесчисленное количество, но они… это так не срабатывает. Курица без головы, понимаешь, о чем я? Если отрубить курице голову, она какое-то время будет бегать, потом упадет. Но какое-то время она бегает. Что происходит дальше, ты понимаешь?
— Господи, откуда у тебя такие кровожадные мысли? Ты что, и впрямь видел, как бегает курица без головы? — спросил Ит.
— Видел, — Пятый усмехнулся. — Я вообще много всего видел. Не столько, сколько ты, конечно, но мне хватило. Что с курицей происходит потом, ты понимаешь?
— Она падает. Умирает. Начинается процесс разложения, через некоторое время, — Ит приподнял брови. — Ты хочешь сказать…
— Именно, — кивнул Пятый.
— Так, на сегодня хватит, — решительно сказал Ит. — И с тебя, и с меня уже довольно. Считки я тебе на днях скину…
— Сейчас.
— На днях. Блин, ладно, хорошо, один фрагмент, первый, скину сейчас, — сдался Ит. — Но, по-моему, ты искажаешь тему.
— Угу. Я искажаю. А та компания, видимо, не искажает. Именно поэтому она гребет сейчас под себя всё, до чего может дотянуться, расправилась — по её мнению, конечно — с вами, и, по сути, пытается перепрофилироваться в этот самый третий Контроль, о котором ты только что сказал, — покивал Пятый. — Точно, не искажает…
— Допустим. С этим согласен, — неохотно произнес Ит. — Вы там что-то нашли?
— Угу. Ты был прав про место. Нашли… бумаги. Очень много бумаг. Разбираемся потихоньку. Собственно, из-за бумаг я и начал тебя спрашивать. Есть там кое-что… по всей видимости, имеющее отношение к теме. Ещё оборудование старое нашли.
— Покажи, — попросил Ит.
— Давай потом, — попросил Пятый. — Они гуляют, вернутся сейчас, а мне не хочется, чтобы знали про наш разговор.
— Ладно, — сдался Ит. — Выдерни меня завтра днём тогда, если получится. Корректировку сегодня народу доделаем, завтра день должен быть посвободнее. Лови считки…
— Может, тебе про аппаратуру тоже считку скинуть? — предложил Пятый.
— А давай, — Ит улыбнулся. — Поглядим на досуге.
— Лови.
* * *
Саб, конечно, заметил, что кто-то брал трансивер, но гадать, кто брал и для чего, у него не было времени. В этот день Саба на подходах к магазину отловила председательша Люба, и чуть ли не за руку потащила «знакомиться с деточками». Встретившись лицом к лицу с небольшой группой сумрачных подростков, которые на площадку явились явно не по своей воле, Саб сперва немного опешил, но быстро взял себя в руки, и объявил, что тренировки дело сугубо добровольное, и что начнут они не с баскетбола, а с общей подготовки. Кто-то из подростков заявил, что общей подготовки им и в школе хватает, и они вполне себе подготовленные. Правда? обрадовался Саб. Ну, давай посмотрим, что у тебя за подготовка такая. Следующие полчаса Саб мало того что гонял подростков, так ещё и, по выражению какой-то тощей девчонки, «выдал класс», показав серию несложных боевых приемов — к счастью, председательша к тому времени уже ушла. Эти самые приемы, по сути, простейшие каты, привели подростков в настоящее восхищение. Когда расходились — подростки кто куда, Саб обратно в магазин — его почти все попросили «вот так драться поучи, дядь Сереж, и ну его, баскетбол этот». Саб с легким сердцем согласился, но, минуту поразмыслив, добавил, что заниматься лучше не тут, у всех на виду, а на поляне, которая в лесу, по левую руку от ворот. Подростки с ним согласились, Саб предложил встретиться послезавтра. Разошлись они, весьма довольные друг другом.
Когда Саб вернулся домой, его отловила Эри, и потащила в сарай — Лин решил вывести мотоцикл, но одному справиться у него не получилось. У несчастной машины наглухо заклинило тормоза, к тому же Лин, как ни старался, не смог снять коляску, а вместе с коляской мотоцикл в дверь не проходил.
Сперва общими усилиями отдирали коляску, на это ушел час. Потом, чихая от пыли, все-таки вывели и саму машину, и коляску, на улицу, и поставили мотоцикл перед сараем, на небольшом отдалении. Остатки былой роскоши, грустно заметил Лин, и Эри с Сабом покивали — да уж, это точно, когда-то машина и впрямь была загляденье, но сейчас… Никель, которого тут и там на мотоцикле было вдосталь, потускнел, на нем виднелись ржавые звездочки; темно-зеленая краска не блестела, как ей положено, она местами была отколота, местами содрана. Резина, снабженная высоким протектором, выглядела из рук вон плохо, использовать её не представлялось возможным — от долгого стояния резина пришла в негодность, высохла, потрескалась.