Больше нечего терять (СИ)
- Я тоже многое сегодня поняла, - улыбнулась своему ангелу и коснулась своей ладонью его щеки.
- Скажи, Алис, если я… - начал он, но запнулся и отвернулся от меня, глубоко вдохнув. – Если я прощу ее, то буду размазней, да? – с горечью спросил он.
- Матвей, это твоя мать, какой бы она ни была. И никто не посмеет осудить тебя, если ты захочешь наладить с ней отношения. Тем более… - запнулась, не зная, стоит ли произносить вслух, что Алине Андреевне осталось совсем немного времени.
- Я не знаю, что мне делать, Алис, - честно признался Матвей, обнимая меня и немигающим взглядом уставившись в одну точку. Я в прямом смысле чувствовала его смятение и жуткую боль от раны, которую резко сковырнули сегодняшние события. Даже Нюша, казалось, все чувствует. Малышка притихла у меня на коленях и, понимающе заскулив, лизнула Матвея в руку. На что тот отмер и, потрепав Нюшу по голове, грустно улыбнулся. – Знаешь, я часто представлял нашу с ней встречу, но не думал, что все будет так. У меня ведь даже язык не поворачивается назвать ее своей матерью… Но когда она сказала, что ей осталось несколько месяцев… Я понял, что она исчезнет навсегда. То есть, совсем. И я не знаю…я… Алис, я совсем запутался…
- Не торопись принимать решение именно сегодня. Слишком много потрясений для одного дня. Дай своему сердцу немного успокоиться и принять эту ситуацию. Какое бы ты ни принял решение, никто, а тем более я, тебя не осудит. Просто слушай себя и не закрывай путь душе своими принципами и предрассудками. Да, твоя мама поступила ужасно, но… Мы все совершаем ошибки, о которых потом жалеем, но время невозможно отмотать назад. Это должно быть только твое решение, Матвей. И я поддержу тебя в любом случае.
- Знала бы ты, как я счастлив, что нашел тебя, - выдохнул Матвей и нежно поцеловал, словно благодарил за поддержку и понимание. – Наверное, я слишком сильно забегаю вперед, но… Переезжай в мою комнату. Обещаю, приставать не буду, просто хочу чувствовать, что ты рядом со мной.
- Матвей…
- Я не настаиваю, это всего лишь просьба. Если я совсем обнаглел, то так и скажи.
- Я люблю тебя и буду рада чувствовать тебя рядом, но… Матвей, я не уверена, что скоро смогу…
- Алиса, я буду ждать столько, сколько потребуется. Я все понимаю и ничего не сделаю, пока ты сама не захочешь. Ты мне веришь? – уверенно произнес он.
- Конечно, верю. Только тебе, - благодарно улыбнулась своему мужчине и легко поцеловала в губы. – Я очень устала и жутко хочу спать. Ты не против, если я пойду?
- Конечно, иди. Я еще посижу немного. Нюшу сам покормлю, - улыбнулся он в ответ, хоть я и понимала, что он просто не хочет меня смущать и решил прийти, когда я уже усну.
Глава 19
Как пришел Матвей вчера ночью, я не почувствовала, зато проснулась в кольце его рук, плотно прижатая спиной к его груди. От тепла его поджарого тела я довольно зажмурилась и счастливо улыбнулась. Рядом с этим мужчиной я чувствовала себя в безопасности, как за каменной стеной, которая защитит от любой напасти. Поскольку легла я вчера рано, то и проснулась практически на рассвете, чувствуя себя полностью отдохнувшей. Захотелось порадовать любимого вкусным завтраком.
Я попыталась тихонько освободиться от захвата, но меня лишь еще сильнее прижали к себе, уткнувшись носом в шею.
- Куда собралась? - сонным голосом, спросил Матвей, прикоснувшись к коже коротким поцелуем.
- Хочу сходить в душ, а потом приготовить завтрак своему мужчине, - закусив губу от удовольствия, ответила и снова попыталась выбраться, но не тут-то было.
- Давай еще поваляемся. Не хочу тебя отпускать, - зарывшись носом мне в волосы, просипел Матвей, но я сдаваться не собиралась.
- Надо еще Нюшу покормить. И ты не забыл, что нам еще к Мише скоро идти? Ты еще поспи, а я тебя разбужу, когда все будет готово.
- Ладно, уговорила, - недовольно пробурчал мужчина и нехотя отпустил меня.
- Сладких снов, - чмокнула Матвея в нос и быстро отскочила, пока меня снова не поймали.
Покормив Нюшу, я быстро приняла душ и привела себя в порядок. Надела милый сарафан белого цвета с узором в виде черных роз и летящей юбкой до колена, а волосы заплела в две косички. Хотелось выглядеть сегодня скромно и невинно.
Надев фартук, я испекла бисквит и разрезала его на четыре ровных квадрата, после чего положила на каждый немного мороженного и консервированный персик, а сверху полила взбитыми сливками и шоколадным топингом. Мы так любили завтракать вместе с папой и во время готовки я вспоминала, как весело мы проводили время с ним. Как же мне хотелось его вернуть, но это невозможно. Я раздумывала над ситуацией Матвея и Алины Андреевны, и надеялась, что у них еще получится обрести друг друга, хоть и ненадолго. Как ни крути, а маму никто и никогда не заменит, какая бы она ни была. Если бы моя мама искренне раскаялась, то... Не смогла бы я простить ее, но, наверное, попыталась бы хоть как-то оправдать ее в своих мыслях.
- Ничего себе, какая красота! - воскликнул Матвей. Он подошел сзади и обнял меня. Так нежно и трепетно, что меня буквально затопило теплом и светом, исходящим от мужчины.
- С добрым утром, - развернулась к нему и потянулась за поцелуем. Еще никогда в жизни я не испытывала подобных чувств к мужчине. Меня никогда не накрывало такой эйфорией от одного лишь взгляда, а сейчас я словно находилась в прекрасном сне и совсем не хотела просыпаться. Даже не так. Я дико, до ужаса боялась проснуться и понять, что это всего лишь сон.
В это время в доме Алины Андреевны
Женщина сидела в своем рабочем кабинете и рассматривала старые фотографии, что забрала с собой, когда бросила сына. Ее сердце сжималось от чувства вины и ненависти к себе. Она хотела красивой жизни, и когда представилась возможность осуществить свое желание, сразу воспользовалась ей. Она пыталась убедить саму себя, что ребенок ей не нужен, что он будет только мешать ее стремлениям. И у нее это получилось. Получилось пустить в сердце убийственный холод и безразличие. Тогда, молодая и беспросветно глупая, она считала, что поступает правильно. Только по ночам, в своих снах, она вела разговоры со своей совестью, которая не давала покоя и корила ее за то, что врет самой себе. Но просыпаясь по утрам, женщина отгоняла эти мысли прочь. Ведь она добилась всего, чего хотела.
Она любила своего мужа, хоть он и был старше ее. Алине Андреевне было с ним хорошо и спокойно. Их отношения все считали красивыми и многие им завидовали. Наверное, любимый человек рядом помогал ей обманываться в том, что большего и не надо. Вот оно - счастье. Только когда женщина потеряла и мужа, ее защита треснула. Мыльный пузырь, которым она отгородила себя от реальности, лопнул и, истерзанная своей хозяйкой душа, потребовала возмездия, обрушив всю горечь и обиду, что скопилась в ней за все эти годы.
- Алина Андреевна, можно? - зашел в кабинет начальник безопасности.
- Да, Антон, заходи. Что-то случилось? - смахнув слезы с лица, спросила женщина.
- Мне кажется, это покажется вам интересным, - прошел мужчина в кабинет и положил на стол перед начальницей несколько ориентировок из полиции с фотографией Алисы.
- Кто ищет? - спросила Алина Андреевна, рассматривая документы.
- Ее отчим, Влад Басов, - отчитался Антон. - Не знаю, что у них там произошло, но это показалось мне странным.
- Блокируйте, - отрезала женщина. - К Алисе приставить охрану, но так, чтобы девушка не заметила, - задумчиво распорядилась она.
- Будет выполнено.
- И еще. Узнайте все по операции того мальчика, Миши. Когда лучше сделать и сколько будет стоить. А еще позаботьтесь о том, чтобы никто не ставил палки в колеса при процедуре усыновления. Также поговорите с директором детского дома, чтобы разрешили иногда забирать мальчика.
- Как скажете.