Чингисхан. История завоевателя Мира

 
 
Можно выпить и яд из рук среброгрудой возлюбленной,
 
 
— он в горечи алоэ и колоцинта ощущает лишь сладость меда и сахара и говорит:
 
 
Если бы мне пришлось принять яд из рук моей возлюбленной, то и яд из ее рук показался бы мне сладким щербетом.
 
 
И когда сияющее сердце получает свой свет из тайника божественной лампады, оно с каждым мгновением /55/ укрепляется в своей вере, даже если его мучает и терзает боль, причиняемая пытками.
 
 
Разве ты не ищешь союза со своей возлюбленной? Тогда будь готов к мучениям; ибо розы бывают с шипами.
 
Перестань бывать на улице, где живет твоя возлюбленная, ибо там тебя может подстерегать опасность.
 
 
Наконец, после того как они испробовали все уловки, которые свойственны натуре этого заблудшего народа, — обещания, угрозы, соблазны, устрашение и наказание, — и его внешняя оболочка не отступила от того, что составляло его внутреннюю сущность и было связано с нею, а именно от научной истины, веры, убеждений и уверенности, его распяли на двери школы, которую он построил в Хотане, и он отдал свою душу Всевышнему, прославляя веру в Его единство и наставляя своих ближних в том, что вера не может быть разрушена гонениями со стороны тленных созданий этого преходящего мира и не может быть заключена в адском огне! Что это самый сущий самообман и глубокое заблуждение — променять вечное на сиюминутное и ради сравнимых с кучей отбросов благ этого мира, которые суть лишь игрушка и развлечение для младенцев, отказаться от утешения и наслаждений, ожидающих нас в мире грядущем. И сказал Господь Всемогущий: «Здешняя жизнь только игра и забава; будущее жилье лучше для тех, которые богобоязненны. Разве вы не сообразите?» [239].
И так перешел он из тюрьмы этого мира в рай мира потустороннего и взлетел от самого низменного местопребывания в самую высокую обитель.
 
 
Друг отправился к другу, любящий к любящему
 
что может быть прекрасней этого в целом мире?
 
Если человек коснется рукой плеча своей цели,
 
это может стать щитом от ударов судьбы.
 
 
И когда это свершилось, Всевышний, дабы стереть с лица земли зло, которым был Кучлук, вскоре послал против него монгольскую армию; и уже в этом мире от познал наказание за свои грязные и мерзкие дела и за свою злосчастную жизнь; а в мире потустороннем — пытку адским огнем. Да не будет ему покоя!
 
 
И когда Истинное Учение победило, Ересь поняла,
 
что ханифитскую веру нельзя уничтожить.
 
 
И сказал Господь Всемогущий: «И узнают угнетатели, каким поворотом они обернутся!» [240].
  
 [X] О ЗАВОЕВАНИИ ЗЕМЕЛЬ АЛМАЛЫКА, КАЙЯЛЫКА И ФУЛАДА  [241] , А ТАКЖЕ ОБ ИХ ПРАВИТЕЛЯХ 
 
Во время царствования гурхана правителем этого края был некто Арслан-хан [242] из Кайялыка, и в управлении им ему помогал шихне гурхана. Когда удача стала изменять гурхану и соседние князья начали раздувать огонь мятежа, султан Хотана также взбунтовался против него. Гурхан направил против него свою армию и одновременно запросил помощи у Арслан-хана. Сделал он это с намерением предать его смерти; так как если бы он тоже восстал против него, как другие вожди, то он покончил бы с ним раз и навсегда; а если бы он проявил покорность, но относился бы к мусульманам со снисхождением и не проявлял усердия в кампании против Хотана, то и под этим предлогом он также мог вынуть его голову из петли жизни. Арслан-хан подчинился его приказанию и поспешил предстать пред ним. Но один из военачальников гурхана, по имени Шамур-таянгу [243], которого давно связывали с ним узы дружбы и близости, сообщил ему о намерении гурхана и добавил: «Если он предпримет попытку убить тебя, он уничтожит и твой дом, и твоих детей. Лучшим способом уберечь своих детей для тебя будет выпить яду и так избавиться от тягот злосчастной жизни и от несправедливого правителя. Тогда я стану твоим орудием и посажу твоего сына на твое место». Не имея другого убежища или пристанища, он добровольно принял смертельное снадобье и испустил дух. Шамур, как и обещал, добился, чтобы его сын был назначен на его место, и гурхан отпустил его с почестями, отправив шихне сопровождать его. Таким оставалось положение дел в течение некоторого времени, пока молва о Чингисхане /57/ и о его приходе к власти не распространилась за пределы его государства. Поскольку наместник гурхана стал проявлять деспотизм и жестокость в обращении с народом, то был убит сыном Арслан-хана, который после этого направился ко двору Чингисхана, где был принят с особым снисхождением и милостью.
 
А в Алмалыке жил один карлук из рода кайя, человек большой смелости, чье имя было Озар [244], который занимался тем, что крал лошадей из чужих табунов и совершал другие преступления, такие как разбои на большой дороге и т.п. К нему присоединились все головорезы тех мест, и скоро он стал довольно могущественным. Потом он стал появляться в деревнях, и если люди отказывались ему повиноваться, он захватывал это место с боем и насилием. И так продолжалось, пока он не взял Алмалык, главный город того края, и не подчинил себе всю страну; а также захватил Фулад. Несколько раз гурхан выступал против него и каждый раз терпел поражение; и тогда он послал гонца к Чингисхану с сообщением о Кучлуке и с объявлением о том, что он вступает в ряды слуг и вассалов Завоевывающего Мир Императора. Ответом ему были ободряющие слова благосклонности и внимания; и по повелению Чингисхана он породнился с семьей Туши. Когда его положение укрепилось, он, подчинившись приказам Чингисхана, лично явился к его двору и был там милостиво принят. Когда он уезжал, удостоенный всевозможных почестей, Чингисхан взял с него слово, что он будет воздерживаться от охоты, за исключением того случая, если вдруг сам станет жертвой других охотников; и взамен подарил ему тысячу голов овец. Однако когда он вернулся в Алмалык, он вновь посвятил себя охоте, не в силах отказаться от этого развлечения; пока однажды внезапно не был захвачен в своих охотничьих угодьях воинами Кучлука, которые заковали его в цепи и повезли с собой к воротам Алмалыка. Жители Алмалыка заперли ворота и вступили с ними в бой. Но тем временем они неожиданно получили известие о прибытии монгольской армии; и повернули от ворот Алмалыка, и по дороге убили своего пленника.
Озар, хоть и отличался неосторожностью и безрассудством, однако был набожным, богобоязненным человеком и взирал на отшельников с благоговением. Однажды человек в суфийском одеянии явился к нему и произнес: «Я явился к тебе с посольством от Двора Могущества и /58/ Славы; а мое сообщение таково, что наши сокровища истощились. Поэтому пусть Озар окажет нам помощь, ссудив нас деньгами, и не посчитает правильным отказать нам». Озар поднялся и почтительно поклонился суфию, и слезы хлынули из его глаз. Затем он приказал одному из своих слуг принести балыш золота, который он подарил суфию, сказав: «Попроси прощения у своего Господина после того, как выразишь ему мое почтение». После этого суфий забрал золото и ушел.