Неразлучные враги

Келли никогда не приходилось путешествовать подобным образом. Сверкающий лимузин с шофером заехал за ней в назначенное время. Шарон чуть не умерла от зависти. Машина оказалась внутри столь же удобной, сколь шикарной снаружи. Автомобиль пересек лесистые предместья и остановился возле небольшого частного аэродрома.
Этого следовало ожидать, размышляла Келли. Она взглянула на Карлоса. Старик уже засыпал: его утомил переезд… А будь он здоров? Келли и представить не могла, что у Карлоса хватит терпения выяснять такие банальные вещи, как расписание рейсов и количество пассажиров на борту, путешествуй он хоть первым классом. Кто платит, тот и заказывает музыку. А у Карлоса было чем заплатить за собственный самолет.
Салон был рассчитан на десять человек, однако они летели вдвоем. Карлос категорически запретил Леонидису и другим родственникам сопровождать его на Родос.
Келли не видела Марко больше недели, точнее, с того вечера, когда он пришел в квартиру ее сестры. Карлос сказал, что сын улетел в Вашингтон. Благословенная передышка! Одно воспоминание о его поцелуе и собственной безотчетной реакции заставляло Келли сгорать со стыда.
Тот эпизод стоил ей череды бессонных ночей. Проще было сказать Карлосу, что она изменила решение и не примет его предложения. Но непонятное упрямство не позволяло Келли трусливо свернуть с дороги, испугавшись угроз молодого наследника. Стопка официальных писем из банка постоянно напоминала о финансовых проблемах.
Итак, Келли сделала выбор. И только слабенький, въедливый голосок твердил, что это ее самая большая ошибка. Марко в Вашингтоне, повторяла про себя Келли. Его отсутствие помогало сохранять уверенность, что на самом деле она его не боится. Единственное, что дало ему преимущество в тот вечер, — ее усталость и неожиданность безрассудного поступка. В следующий раз она сумеет постоять за себя, чего бы это ни стоило… Но даже внутреннее убеждение не давало Келли той уверенности, на которую она рассчитывала.
Самолет слегка накренился в развороте, когда достиг побережья Бельгии, а затем вновь принял горизонтальное положение. Теперь они летели над ярко-зелеными полями. Однако вскоре началась зона пониженной облачности, и земля скрылась из виду. Келли отвернулась от окна и зевнула. Тихий, ровный шум двигателя, теплый воздух салона, не говоря уже о бессоннице последних ночей, сделали свое дело. Келли непреодолимо тянуло ко сну.
Сквозь дрему она услышала, как кто-то прошел по салону. Пилот, наверное. Странно, но этот кто-то сел на соседнее кресло. И тут же ноздри Келли уловили характерный мускусный запах. Она резко выпрямилась. Глаза расширились от ужаса.
— Что… вы здесь делаете? — Келли удалось совладать с голосом.
— Веду самолет.
— Вы?..
В синих глазах блеснул насмешливый огонек. — Точнее, я второй пилот, — кратко пояснил Марко. — Необходимо поддерживать летную форму, чтобы сохранить лицензию.
— Я… думала, вы в Вашингтоне, — сказала Келли первое, что пришло в голову. — Карлос даже не упомянул… что вы вернулись.
— Вероятно, отец полагал, что вы можете изменить решение, если узнаете о моем возвращении, — заметил Марко. Он явно наслаждался сложившейся ситуацией.
Первый шок прошел, и Келли взяла себя в руки. Она повернулась к Марко с видом холодного безразличия.
— С какой стати я стала бы менять решение?
— Возможно, чувство самосохранения пересилило бы жадность.
Келли пожала плечами, дерзко показывая пренебрежение к его словам. Похоже, Карлос заснул; его дыхание стало ровным и глубоким. Они были наедине, но не одни. И даже в такой ситуации глупо провоцировать Марко. Голосок внутри забил тревогу. Да разве легко быть разумной и осторожной рядом с этим мужчиной? Всем известно, что нападение лучший вид защиты. А в данный момент Келли могла защитить себя только так.
Проницательный взгляд Марко, казалось, читал мысли, крутящиеся у нее в голове.
— Почему вы выбираете войну? — мягко поинтересовался он.
— Неправда, — заявила Келли как можно спокойнее. — Я предпочла бы просто вас не замечать.
 
Марко удивленно приподнял темную бровь. Он уловил вызов, прозвучавший в негромких словах.
— Вы, что же, думаете, я пошутил? — спросил мужчина. В его тихом голосе безошибочно угадывалась скрытая опасность. — Или надеетесь, что я предложу вам деньги, чтобы уберечь отца. Боюсь, вы заблуждаетесь. Я не собираюсь давать взятку такой женщине, как вы.
— Почему я должна согласиться на взятку? — спросила Келли, чувствуя, как в ответ на оскорбительный выпад Марко в ней закипает безрассудная ярость. — Это лишь крупица того, что я могу получить от Карлоса Петронидеса.
— Верно, — напряженно подтвердил Марко. — Но, с другой стороны, вы можете остаться ни с чем.
— А вдруг мне нравится рисковать?
— Это присуще тем, кто играет по-крупному.
— Конечно. Глупо рисковать из-за грошей.
— Совершенно справедливо. Только вам придется играть на моей земле. — Марко легко встал. — Вас ввели в заблуждение туристические брошюры о Родосе. Солнце круглый год всего лишь вершина айсберга. На самом деле Родос — это почти средневековое общество со средневековыми взглядами. Вот так.
Марко исчез за дверью, ведущей в кабину пилотов, оставив Келли наедине со своими страхами. Она постаралась унять дрожь в коленях и бешеный стук сердца. Должно быть, она сошла с ума, когда позволила втянуть себя в этот безумный спектакль. Если у нее сохранились хоть какие-то крохи здравого смысла, она вернется в Англию первым же рейсом.
— Это было здорово. — Келли вздрогнула и посмотрела на Карлоса. Под полуприкрытыми веками удовлетворенно блестели веселые глаза. — Не зря я вам доверяю!
Келли с укором покачала головой.
— Я думала, вы спали.
— Чуть-чуть. Думаю, вам доставило удовольствие изрядно разозлить моего сына.
Келли почувствовала, что краснеет.
— Он больший грубиян, чем вы! Надеюсь, когда этот глупый розыгрыш закончится, вы ему все объясните.
Карлос расхохотался.
— А тут и беспокоиться не о чем. Теперь, полагаю, можно немного перекусить. А потом я действительно посплю, с вашего позволения. Нам лететь еще около четырех часов, но дома мы будем как раз к обеду.
* * *
— Итак, у тебя хватило глупости приехать сюда, но теперь уговор — не жаловаться!
Было только начало восьмого утра, но уже достаточно тепло для раннего утра. Келли в легкой хлопчатобумажной пижаме стояла на широком каменном балконе ее спальни. Ясное небо, без тени легкого облачка, радовало глаз. А море радовало еще больше — чистая, глубокая синева сапфира, едва заметная пульсация волн, искрящихся под яркими солнечными лучами.
Келли вдохнула полной грудью. Витающий в воздухе аромат можжевельника щекотал ноздри. Вилла стояла на небольшой возвышенности, но была настолько изолирована, что могло показаться, будто она единственная на острове. Раскинувшийся внизу сад напоминал лоскутное одеяло: так причудливо перемежались естественные террасы и яркие цветники. Узкие тропинки плавно вели вниз, к небольшому галечному пляжу. Мягкие волны Средиземного моря тихо плескались возле остроконечных темных камней.
Повинуясь внезапному импульсу, Келли вернулась в комнату. Ноги сами привели ее к двери, за которой располагались прекрасно обустроенная гардеробная и элегантная ванная комната. Горничная, которая вчера вечером распаковала ее чемоданы, аккуратно сложила одежду в огромные специально приспособленные шкафы из великолепного светлого бука. Собственная гардеробная и вдобавок персональная горничная! Невиданная роскошь, усмехнувшись, подумала Келли.
Недорогой купальник, приобретенный в обычном магазине, опустил Келли на землю. Она здесь долго не задержится. Двенадцать, от силы четырнадцать, недель — и простая медсестра станет ничем не лучше горничной. Однако пока все еще только начинается. Почему бы и ей не вкусить прелестей богатой жизни. Келли бросила пижаму на кровать, натянула купальник, накинула на плечи просторную рубашку из хлопка. Захватив из ванной огромное махровое полотенце, она отправилась искать дорогу в сад.