Собственность нефтяного магната (СИ)
Видно, что она колеблется, но потом, взглянув в мои жалобные глаза, все же сдается:
- Ладно, - вздыхает она, - Третья переговорная.
Смотрю на нее с немым вопросом на лице и, снова вздохнув, девушка объясняет:
- По коридору, потом направо, вторая дверь.
- Спасибо!
Я едва ли не бегом пролетаю коридор и, едва заворачиваю направо, как стоящий у переговорной охранник вскидывает руку, преграждая мне путь. Я тут же испуганно восклицаю:
- Ой, напугали! Простите, мне просто сказали бумаги передать во-он в тот кабинет, - тыкаю в самую дальнюю дверь.
Мужчина окидывает взглядом помещение и, поняв, что я не собираюсь заходить в третью переговорную, отступает.
- Проходите.
Я прохожу дальше и лишь через пять шагов якобы опоминаюсь:
- Кстати! – разворачиваюсь к охраннику, - Там девушка за столом регистрации просила вас подойти. Вроде там кто-то скандалит.
- А охрана на входе? – хмурится мужчина.
- Я не знаю, - пожимаю плечами, - извините, мне пора.
Слышу за спиной, как охранник переговаривается с кем-то по рации, а потом удаляющиеся шаги. Ждать больше не собираюсь – бросаюсь прямиком к двери третьей переговорной, где должен сидеть Шахов. Совершенно очевидно, что это мой единственный шанс, лично к нему меня не пропустит охрана, но сейчас вполне можно прикинуться девочкой на побегушках, что принесла важные документы. И плевать, что в папке пусто. Главное остаться с ним с глазу на глаз и…
Резко дергаю дверь на себя и влетаю, не давая себе больше ни шанса на раздумья. Иначе просто сбегу с позором. Но едва оказываюсь в просторном помещении, как вся моя смелость улетучивается и я застываю на месте. Словно по команде, все сидящие за столом оборачиваются ко мне и под недоуменными взглядами десяти мужчин я окончательно теряюсь.
- Какого черта, где охрана? – рыкает грозно сидящий во главе стола Шахов.
Я смотрю на мужчину во главе стола с невысказанной мольбой. Он словно возвышается над всеми и от него исходит такая аура, что невольно колени подгибаются. Шахов вскидывает бровь, явно узнав меня, судя по тому, как медленно появляется на его губах усмешка.
- Ты дверью ошиблась, девочка? – произносит он неторопливо и кивает сидящему по правую руку от него помощнику, - Выведи.
Тот самый Тимур, что вчера был в кальянной вместе с Шаховым, без лишних вопросов поднимается из-за стола и направляется ко мне.
- Нет! – резче, чем надо, восклицаю я и, заметив обескураженный взгляд, уже тише добавляю, - Я не ошиблась. Я пришла к вам. Я… принесла документы. Очень… очень важные.
Всю смелость как ветром сдувает, когда я вижу насмешливый взгляд Рустама.
- Документы? – переспрашивает остановившийся рядом Тимур. – Давай сюда.
- Нет! – отшатываюсь от мужчины, - Я… мне сказали передать лично господину Шахову.
Перевожу взгляд на Рустама Шахова и замечаю, что он уже не скрывает усмешку. Смотрит с прищуром, будто видит насквозь, медленно барабаня пальцами по столу. Каждый удар, каждый стук отдается внутри по натянутым струнами нервам.
- Проводи ее в кабинет, - наконец кивает он.
От накатившего облегчения даже колени ослабевают, так сильно я была напряжена все это время.
- Идем, - Тимур распахивает передо мной дверь и выпускает наружу. Говорит что-то коротко охраннику, вернувшемуся на пост, и провожает к двери напротив. И до того, как за мной закрываются двери, я успеваю услышать сухой приказ:
- Следи, чтобы никуда не ушла.
Сердце нехорошо ёкает от неожиданного осознания: меня здесь ждали. И почему у меня такое ощущение, что этот факт не сулит ничего хорошего?
Я не могу перестать думать об этом ни через пять минут, ни через десять. Зачем я вообще пришла? У меня что, гордости нет? Мало того, что я пришла предложить сделку мужчине, так еще и которого совсем не знала. Нет, я, конечно, слышала о Шахове, что он один из главных акционеров «Нефтедобычи». Еще слышала несколько сплетен от коллег и… всё. На этом мои знания о Рустаме Шахове заканчивались полностью.
Нервно комкаю краешек папки. Почему охраннику сказали следить за мной, чтобы я не ушла? А если они просто захотят узнать мое имя и фамилию, а потом доложат руководству кальянной, где я работаю? В голове моментально всплывают слова Дарины, которая упоминала, что даже за попытку флирта работниц увольняли, а я… это же маленький город, если кто-то узнает, я не просто работы лишусь, я от такого позора никогда не отмоюсь!
Уже в сотый раз пожалев, что решилась на такую авантюру, я мысленно решаю прекратить весь балаган, который сама и начала. Но в тот момент, когда я встаю и уже намереваюсь сбежать, дверь распахивается, пропуская внутрь Шахова. Колени подгибаются, и я обессиленно падаю снова на диван. Не зная, куда девать от волнения руки, дрожащими от нервного напряжения пальцами одергиваю вниз юбку строгой облегающей черной юбки.
Шахов проходит к бару, неторопливо снимает с себя пиджак и расслабляет галстук.
- Что ты хотела?
Он открывает небольшой мини-бар, откуда достает бутылку с жидкостью янтарного цвета, быстро откручивает крышку и плескает алкоголь в стакан. Я, сглотнув, трудом увожу взгляд от ладоней и, решившись, выпаливаю:
- Я видела, как вы смотрели на меня в клубе.
Мужчина усмехается и произносит с иронией:
- Я смотрю так на многих красивых девушек. И на шлюх в том числе. Ты из их числа?
Слова застревают в горле от такой прямолинейности. Поперхнувшись, я какое-то время пялюсь на мужчину, хлопая глазами, пока наконец не нахожу в себе силы твердо выдавить:
- Нет.
- Тогда зачем явилась сюда в таком наряде?
Я покрываюсь пунцовой краской. Потому что он прав, а я сама себе лгу. Ничем я не отличаюсь от доступных женщин, о которых он говорил. Я же пришла ему предложить себя, а не просто поговорить.
- Я слышала, что вы самый влиятельный человек, с которым никто не посмеет связаться, - говорю тихо.
- Это так, - слегка склоняет голову в согласии Шахов.
- И что вы проездом в нашем городе. И уедете через два дня.
- Как много ты разузнала обо мне, куколка, - издевательски ухмыляется он.
- И что вы никогда не связываетесь с… продажными женщинами.
- Даже очень много. Похвально, - издевательским тоном тянет Шахов, явно наслаждаясь.
Я на сто двадцать процентов уверена, что он знает, зачем я пришла и знает, что я скажу, но все равно продолжает подтрунивать надо мной. Это почему-то злит еще больше.
- Я девственница. И я…
- Тебе нужны деньги, - подсказывает он, со скукой разглядывая жидкость на дне бокала.
Замерев на мгновение от шока, я пораженно выдыхаю:
- Как вы узнали?
- Знаешь, сколько таких, как ты, предлагают мне себя? – не скрывая улыбки, говорит Рустам Шахов, - Правда, ни одна из них еще не имела наглости врываться вот так. Ты смелая, пташка.
- У меня нет выбора, - хмыкаю невесело.
- Что, денег на побрякушки не хватает? Красивой жизни хочется, решила телом поторговать?
Вскидываю голову, глядя на мужчину исподлобья.
- Мне нужны деньги на учебу.
- Все вы так говорите. Но почему-то ни одна из вас не идет зарабатывать честно.
Его насмешливый тон хлещет больнее по и так растоптанной гордости.
- Это правда! – восклицаю возмущенно, - Я сирота, у меня только отчим и бабушка и…
Договорить я не успеваю, потому что миллиардер перебивает меня.
- Дай угадаю: отчим – скотина и пьяница, домогается тебя, а у бабушки больное сердце и ей срочно требуется операция? – подсказывает Шахов.
- Как вы… как вы узнали? – выдыхаю пораженно.
Рустам кривит губы в улыбке и цокает языком:
- Ты бы хоть легенду поинтереснее придумала, куколка. Я такие слышу постоянно.
Отшатываюсь, как от пощечины, и, широко распахнув глаза, смотрю на мужчину во все глаза. Он еще и насмехается над моими проблемами?!