Двойная жизнь в новом мире

— Разумеется, я это знаю, — никак не отреагировала на замечание Богдана. — Просто хотела убедиться, что Ибрагим не использует артефакты связи, которые являют собой довольно лёгкие цели для имперской прослушки. Если, конечно, маг не в силах защитить линию связи своей магией, или же не использует артефакт наивысшего качества за соответствующую цену с идентичной редкостью. Как я понимаю, вряд ли что-то из этого Ибрагиму доступно.
— Можешь не волноваться по этому поводу. Ибрагим хоть и значительно уступает тебе в опыте, однако уже успел доказать, что является умным и талантливым магом. К сожалению, временами ещё и чрезмерно импульсивным, но полагаю, со временем это пройдёт, — заверил сестру Евгений. — Возвращаясь к вопросу информатора, после визита принцессы в таверну Ибрагим уже пытался устроить с ним встречу, отправив соответствующий сигнал. Как обычно, они должны были встретиться в условленном месте через шесть часов, однако человек так и не пришёл. В итоге, нам остаётся ждать, когда он сам выйдёт на связь, и быть готовыми выдвинуться на встречу в любой момент, — объяснил Евгений ситуацию, решив, что так сможет избавиться от Богданы в разы быстрее.
— Ясно, — кивнула головой сестра, вставая с места. Но перед тем как вернуться на кухню, она всё же добавила. — И всё-таки у меня есть определённые опасения, связанные с Ибрагимом и его делами. За годы работы под прикрытием я научилась чувствовать опасность. Поэтому не стоит ли нам…
— Сестра Богдана, — не дал ей договорить Евгений, — ты слишком много на себя берёшь. Или по-твоему, кто-то вроде тебя, женщины с базовыми познаниями в иллюзорной магии и отсутствием магического таланта, носящей низшую чёрную метку верности, разбирается в людях лучше меня — верного слуги богини с синей меткой? — напомнил Евгений сестре Богдане о её месте.
— И в мыслях не было, многоуважаемый брат, — тут же стала отрицать Богдана. — Простите, если ненароком проявила к вам грубость.
Вместе ответа Евгений лишь кивнул, как бы говоря, что всё в порядке, и она может возвращаться к повседневным делам. Сам же Евгений вновь решил уединиться у себя в комнате, чтобы посвятить время медитативным практикам, которые, он был уверен, шаг за шагом приближали его к богине. За этим занятием он провёл довольно много времени. Дневную молитву он также совершил в комнате, ведь в отличие от утренней и вечерней, её было разрешено читать в одиночестве, не собираясь группами. Оно и понятно, ведь в это время большинство членов МГИВ отдавали богине дань уважения своим трудом на разнообразных поприщах. Вот только не прошло после его возвращения к медитации и часу, как он услышал грохот из соседней комнаты — той самой, где сейчас спала Катерина.
Не в самом лучшем настроении, но ведомый искренним любопытством, Евгений прервал медитацию и направился проверить, что происходит у девушки. Первое, что его удивило: дверь Катерины оказалась заперта с внутренней стороны. Это заставило его на пару секунд задержаться, но поразмыслив, он всё-таки выбил дверь с помощью магии. Так как, по идее, Екатерина должна была сейчас беспробудно спать, Евгений посчитал, что спускаясь к Богдане за ключом, потеряет драгоценное время. И он не ошибся. Увиденное стоило выломанной двери.
Когда Евгений вошёл внутрь, то не поверил своим глазам. Вместо Егора и Кирилла, которые должны были наблюдать за Екатериной, в комнате находился Ибрагим. Притом без сознания и с серьёзной травмой головы. С первого взгляда Евгений понял, что кто-то отбросил его к стене с помощью магии, трещины в ней служили явным тому подтверждением. Вот только этого «кого-то» в комнате не было. Вместо Катерины — лишь открытое окно и слабый сквозняк.
Глава 20 
Еле живая после очередной тренировки я шаг за шагом тащила своё тело к выделенной мне в доме Богданы комнате с одной лишь мыслью: отдыыыыых! Вернее, не так. Я не собиралась спать или валяться в кровати. Для того, чтобы вновь почувствовать себя человеком, готовым покорять моря и океаны, а не как сейчас, выжатой мочалкой, мне было достаточно просто переместиться в свежее и отдохнувшее тело Вики. Несмотря на то, что моё физическое тело оставалось неподвижным, пока я тренировалась в параллельном пространстве, стоило мне вернуться в реальность, и усталость проявляла себя по полной вместе с болевым откатом от перегрузки мозга. Вернувшись же в тело принцессы, я вновь буду готова совершать свой ежедневный подвиг, а именно — удивлять учителей необыкновенным прогрессом в магическом деле.
 
Для того, чтобы мой успех на экзамене (а о другом результате после стольких моих страданий на тренировках с Евгением я даже не думала) не вызвал слишком много вопросов, я предприняла несколько шагов. Во-первых, попросила маму нанять мне репетиторов по магии, на что она, хотя и с сомнением, но всё же согласилась. Вначале Светлана переживала о том, что подобные занятия неуместны в моём нынешнем состоянии, однако в конце концов я смогла убедить её, что мне важно отвлечься от происшедшего, и погружение в учёбу — лучший для этого способ. Кроме того, я попыталась объяснить ей своё нежелание становиться разменной фигурой в шахматной партии отца. Вот только, кажется, она не совсем поняла это моё стремление, ведь в здешнем мире среди знати политические браки были сами собой разумеющимися. Тем не менее, Светлана сказала, что любит меня и поддержит любое моё решение, за что я была ей искренне благодарна.
Во-вторых, изо дня в день я демонстрировала своим учителям невероятный прогресс в магии, из-за чего временами они чуть ли не открывали рты от удивления. Ещё бы: вроде как мне только показали заклинание, и вот спустя пару неудачных попыток (которые я демонстрировала преподавателям специально, дабы не вызывать ещё большего подозрения), я с успехом его повторяла и просила двигаться дальше. Разумеется, всё это было возможно лишь благодаря моим с Евгением совместным занятиям по ночам в теле Катерины, о которых, само собой, учителям знать было вовсе не обязательно. В итоге, оба моих репетитора заявили, что я — чуть ли не самый одаренный ученик, которого они имели честь обучать за всю свою жизнь.
Кстати говоря, как я и думала, специализация принцессы — лечебная магия. И тут мне, можно сказать, космически повезло! Не в том смысле, что целебная магия лучше остальных (хотя она, без сомнения, невероятно полезна), а в том, что мне всё-таки удалось избежать столь нежелательной проверки на магическую предрасположенность со всеми вытекающими из неё неприятными последствиями. Представляю, как удивились бы родители, обнаружив у меня не одну, а сразу три специализации! Но к счастью, обошлось. Как оказалось, детей знати на магическую предрасположенность проверяли ещё в детстве, и повторной процедуры на протяжении жизни не требовалось. Это как когда в роддоме устанавливали группу крови. Вряд ли кто-то через двадцать лет захочет её вновь проверить из опасения, что она вдруг изменилась или ещё что.
Тут, пожалуй, следует отметить, что вообще такое «магическая специализация», ведь изначально у меня сложилось впечатление, будто маг с предрасположенностью к огненной магии никакую другую использовать и вовсе не в состоянии. Но нет. Как оказалось, любой маг может обращаться практически к любому типу магии, однако лишь в базовых случаях. К примеру, тот же Евгений, который имел предрасположенность к магии исцеления, мог создавать и огненные фаерболы.
Но почему тогда предрасположенностям уделяли столь большое внимание, а студентов в академии даже делили на факультеты в зависимости от магической специализации? Всё просто: для магов использовать магию, к которой они не склонны от рождения, очень невыгодно. Например, за одно и то же время можно освоить либо одно базовое заклинание из чужой стези, либо десять продвинутых своей специализации. Не говоря уже о количестве маны. Чтобы мне сейчас обучиться огненной магии и создать фаербол хотя бы с половину размера того, который в своё время продемонстрировал Евгений при нашей с ним первой встрече, мне придётся истратить весь свой запас маны. Конечно, чем больше тренируешься, тем меньше тратишь магической энергии на то или иное заклинание и тем сильнее расширяется магический источник. Вот только даже с годами ситуация не сильно менялась. Так что в бою у мага обычно есть выбор: применить три-четыре заклинания не свойственной ему специализации, при этом соблюдая максимальную концентрацию, или же с лёгкой руки тридцать-сорок заклинаний своей склонности. Очевидно, что абсолютное большинство выбирало второй вариант. Именно поэтому и существовало деление на магов разной специализации, в том числе и в академии. Как сказал Ярик в перерывах между объяснениями мне структуры экзамена: студент с огненной специализацией, как у него, будет около шестидесяти процентов времени изучать продвинутую магию огня, и лишь сорок оставшихся процентов — базу всех других магических направлений.