Алхимик. Том 5. Собиратель

В этот раз скрытых смыслов было гораздо больше. Князь предлагал помощь, чтобы снять с меня груз и чтобы я мог полностью посвятить себя делу. Также вдогонку предлагалась мотивация. Пока живы враги, всегда есть риск, что меня захотят убрать или как-то повлиять, в том числе через близких. А значит, тут два пути: либо перебить всех врагов, либо нарастить силу, чтобы у них ничего не получилось.
Было и ещё кое-что. Если Гвоздевы окажутся где-то у Медведевых, то… Считай, они будут в заложниках, на случай если я начну чудить. Сомневаюсь, что князь когда-то опустится до прямых угроз, но это не значит, что я не должен рассматривать эти риски.
– Решать здесь не совсем мне. Надо спросить у самих Гвоздевых.
– С этим сам разберёшься. Дождёшься утра?
– Да. Если разбудить ночью, – а за окном была непроглядная темень, – то добром это не кончится.
– Тогда нам нужно обсудить другой вопрос – твою безопасность.
– Только не говорите, что предлагаете мне спрятаться.
– Это было бы разумно.
– Но княжеская семья же не прячется?
Вопрос не совсем справедливый. У княжеской семьи есть возможность обеспечить себе плотную охрану.
– Тем более, если за мной придут, это будет отличным способом переловить всех недругов.
– Ты предлагаешь себя в качестве приманки? – лицо князя никак не изменилось.
– Сомневаюсь, что меня завтра же попытаются убрать. Скорее, начнут с изучения. А это шанс отследить их. Кто бы ни пришёл.
Князь замолчал. Хотел бы я сказать, что по нему было что-то видно, но нет. С таким же успехом можно смотреть на кирпичную стену и пытаться угадать её эмоции.
– Боюсь, ты не совсем понимаешь серьёзность ситуации.
«Да неужели», – чуть не сказал я. Удержал слова. Но по взгляду и выражению лица князь и сам увидел ответ. После многих лет в умирающем мире, после того как Соколовых вырезали у меня на глазах, после лаборатории, нападений, сражений, похищений…
– Я хорошо понимаю риски. Поэтому и не хочу скрываться.
Не для этого я сбежал из другого мира, чтобы прятаться. Может, это и звучит безрассудно, но не хочу и всё. Тем более у меня уже есть задумки, какие меры противодействия разработать.
– Что же… Это твой выбор. Нам придётся усилить твою охрану.
Что в переводе означает, что и мне придётся работать больше, чтобы оплатить эту охрану.
– Как скажете, – смиренно согласился я, кивком давая понять, что уловил и не обозначенную часть договора.
– Второе, что я хотел обсудить, – это твоё участие. Но для этого нам надо решить другой вопрос.
– Какой?
– Какие ты можешь предоставить гарантии, что действуешь на нашей стороне?
– Только логику, – ответил я немедля. Успел подумать над тем, что произошло, и прикинуть варианты развития беседы. – Желай я что-то сделать клану Медведевых – давно бы уже сделал. Думаю, вы теперь понимаете, что это в моих силах.
Опасный момент. Может и не понимать… Но тогда я не знаю. Открытая демонстрация моих возможностей должна была впечатлить. Князь на слова никак не возмутился, но и другой реакции не показал. Поэтому я продолжил.
– А что касается долгоиграющих планов… Я много думал и, если честно, мне не хватило опыта, чтобы придумать, зачем городить что-то настолько сложное, чтобы… Да я даже не знаю, что можно сделать такого, что нельзя более простыми методами.
– Спасибо за честность, – кивнул мужчина. – Но ты общаешься с моей дочерью, и это меня беспокоит.
А вот сейчас промелькнула угроза. Интересно, это я проницательностью где-то обзавёлся или князь так мастерски владеет интонацией, что в моей голове рождаются верные мысли? Его слова я воспринял так: несмотря на всю мою опасность, если дойдёт до конфликта или если я как-то затрону наследников, меня ничто не спасёт.
Самое интересное, что я уверен – князь завёл этот разговор не потому, что опасается, а потому, что хочет направить мои мысли в нужную сторону. Ну и посмотреть, как я буду реагировать.
– Простите, князь, но мне нечего вам предложить, кроме как честного слова и… того опыта общения, которое мы накопили.
 
– Не было момента, чтобы ты поступил плохо в отношении нашей семьи, – озвучил он.
– Надеюсь, мы сможем продолжить то, что начали.
Мне было далеко в мастерстве скрытых угроз до князя, но это не значит, что я совсем ничего не могу.
Ставки однозначно выросли. Я оказался не тем, кем меня представляли. А если хорошо подумать, то с точки зрения князя моя благонадёжность под большим вопросом. Способности неизвестные, детство провёл в лаборатории… Да мало ли что там со мной сделали. Может, голову промыли. Если подумать, то единственная причина мне верить – это и правда лишь отсутствие мотива закручивать столь сложные схемы.
– И я надеюсь, – ответил он мне в тон, и спустя секунду ощущение, будто я сижу рядом с диким зверем, исчезло. – Обсудим твоё участие.
– Дайте мне несколько дней. Если есть конкретные пожелания – я готов выслушать. А через пару дней предоставлю новые… кхм… инструменты.
– Пожелание одно – нам нужна защита от меняющих лик.
– Я не всевластен. Изучив всего лишь один… образец, не могу гарантировать, что моя технология будет работать во всех случаях. Сделаю, что смогу.
– Хорошо. Тогда это всё, что я хотел обсудить.
Князь собирался встать, но я чуть подался вперёд.
– Князь… Могу я задать вопрос?
– Конечно, – опустился он обратно в кресло.
– Чего не хватает миру, чтобы прекратить… бесконечную войну и разрушения?
Меня давно этот вопрос занимает. Как и умы многих философов из моего мира. Никто так ответа и не нашёл. Практического ответа, имею в виду. Поэтому мне подумалось, что задать такой вопрос правителю страны было бы неплохим способом получить пищу для размышлений, если он ответит.
– Пока есть люди, которые готовы продвигать свои интересы за чужой счёт и в ущерб другим, это останется неизменным, – ответил Анастас, подумав.
Если мой вопрос его и удивил, то виду он не подал.
– Тогда проблема в алчности?
– Ты поднял философскую тему, Эдгард. Отвечу образно. Чего не хватает человеку, который завидует, живёт в грязи, не думает о будущем, вечно обвиняет других, пьёт и травит себя? Или чего не хватает маленькому ребёнку, который ломает игрушку и плачет, когда она сломалась?
– Здравого смысл?
– Взросления. Им обоим не хватает взросления, Эдгард.
– Тогда получается, что бы люди ни получили извне, какую бы технологию ни освоили, они так же продолжат воевать?
– Да.
– И если дать им блокираторы…
– То в первую очередь это будет использовано как военная технология. В основном аристократами против аристократов. Возможно, и обычные люди присоединятся. Кто-то для защиты использует, но обязательно найдутся и те, кто для нападения.
– Если так рассуждать, тогда проще не давать никаких технологий людям в руки, пока не повзрослеют.
– Может, и так, – легко согласился князь. – Вопрос в том, как человечеству повзрослеть. Хочешь, дам совет?
– Хочу.
Совет от князя? Заверните два.
– Думать о судьбе всего мира – опасно. Найди себе задачу по плечу. Лично я бы не справился со всем миром. Поэтому занимаюсь тем, что в моих силах, пытаюсь сохранить мир на территории отдельно взятой страны. Для чего, к сожалению, приходится и воевать.
Я не видел в этом мужчине лукавства, бравады или чего-то такого. На прямой вопрос он ответил так, как и правда думал.
– Спасибо, князь. – Я встал и поклонился.
– Доброй ночи, Эдгард. Тебя вернуть домой?
– Было бы неплохо.
Князь кивнул, коснулся меня, и я оказался у себя в комнате. Лихо он.
***
Утро началось с привкуса кошачьего лотка. Откровенно говоря, дерьмово оно началось. Не в плане событий, а в плане настроения, с которым я проснулся.
Как бы мне ни хотелось обратного, серьёзные вопросы откладывать было нельзя, поэтому, встав пораньше, перекусил плотно, собрался и отправился на выход.
Про свою машину я забыл, а зря. Ей точно в бою досталось. Перед тем как покинуть родовые земли, видел на ней следы от пуль. Вспомнил я об этом, когда окинул взглядом двор.