Барон страданий (СИ)

- Пришлось пересобрать внутренности панциря из деталей других ден ден муши. Корабль на удивление настолько сильно ударился после приземления, что пострадали улитки настолько, что детали было даже найти трудно.
- Спасибо, - Но в ответ только благодарно кивнув, Пандора быстро набрала на улитке номер, и сразу же по лагерю разошлись гудки. Пока на обратно конце трубки неожиданно не послышался грубый голос:
- Отделение дозора, Капитан Нэймс, - Пандора тут же тихо улыбнулась, поняв, что улитка действительно работает и сразу же следом она стала делать свою часть работы – убалтывать. Только и обозначив свою личность, она не только попросила помощи, но и сразу же высказалась о произошедшей на острове ситуации. О деле Фейна, и нападении Крифа и Бундира.
Вывалила на внимательно сосредоточившегося Капитана она все в деталях, максимально пользуясь своим положением, а также возможностями прославить свое имя, и очернить имя другого человека. Не утаила она ни о Малесии, которая вступила в команду Крифа, ни то, что Бундир был наконец мертв. Последнее же доказывать было особенно приятно, ведь достаточно было лишь перекинуть по ден ден муши его фотографию.
В конце концов, одними лишь новостями она сразу заставила Капитана вскочить с места, только для того, чтобы доставить эту новость высокопоставленным людям. После такого поражения, она была рада хоть каким-то плюсам, которые можно было получить. И единственная проблема, которая возникла, была в самом острове, на котором они остановились.
Это была карантинная зона, а потому после спасения, им предстояло пройти достаточно много проверок для того, чтобы убедиться, что все они в безопасности. Единственный же, кто не был удручен этой новостью, так это Фрейден, сразу начавший убеждать сбросившую трубку Пандору, что лучше так, чем оставлять на себе хоть что-то, связанное с чумой…и единственный, кому было действительно плевать на все эти новости, так это лежащий недалеко в палатке, Хатиман.
Пялясь совершенно нечитаемым взглядом в потолок, он очень медленно двигал каждой своей конечностью, в главную очередь для того, чтобы сломать шины, которые на него наложил Оскар. Его тело, как и раньше было целиком перебинтовано, однако как и раньше, на это ему было попросту плевать. Не обращая внимания на не исчезнувшую боль, он спокойно поднялся на ноги, и первым же делом осмотрелся по сторонам.
Пригляделся как к углам своеобразной деревянной палатки, так и к стенам, словно он что-то усиленно искал. Однако из-за того, что ничего не нашел, он сразу вышел на улицу, и уставился невыразительным взглядом на резко зависших от его присутствия Баронов. У всех попросту раскрылись от удивления глаза.
- Где кактус и мой меч? – Первым он нарушил тишину, чем удивил людей еще сильнее. Притом удивились они как тому, что Хатиман так неожиданно ими заинтересовался, так и тому, что он встал на ноги всего после одних суток отключки, - Я девятнадцать часов лежу и ничего не делаю, где мои друзья?
- А…вот, кактус тут, - Быстро смогла среагировать только Пандора, сразу подошедшая к небольшому складу, в котором были сложены вещи с корабля, и тут же она передала Хатиману его друга, - Но постой…ты сказал девятнадцать часов лежишь и ничего не делаешь?
- Я очнулся через три часа…я не могу даже в беспамятстве находиться долго, - Таким же совершенно сухим и пустым тоном ответил он, и проигнорировав широко раскрывшиеся взгляды Баронов, он осмотрел всю зону склада, в поисках своего второго друга…однако так и не нашел, - А где меч?
- Эм…мы не приносили сюда никакой меч, - Весьма смущенно, но максимально по-доброму ответила ему Пандора, радуясь лишь тому, что он пришел в себя. Единственное, что заставляло ее смущаться, так это его практически опустошенный вид, а также…то, что он развернулся ко всем спиной, и молча, без каких-либо дополнительных слов, пошел в сторону леса, - Ты куда?
- …Искать своего друга, - Словно в нежелании ответил он, и в конце концов действительно потерялся из виду, от чего Бароны сразу переглянулись между друг другом. Удивляло их всех одно – то, что Хатиман и правда спокойно ушел с такими травмами.
 
Только в отличии от прошлого подобного случая, когда он был изломлен…сейчас все, кто это увидели, ощутили за него волнение.
Однако с места все же никто за ним не сдвинулся. Лишь припомнив его стальную походку, они поняли, что в случае чего, сможет справиться с проблемами.
Единственное, даже идя уже в одиночке по лесу, он так и не менялся в лице. Он не разговаривал с кактусом, и даже нельзя было понять какие эмоции сейчас он ощущал. Тем не менее, выйдя через пару минут на большое поле, которое было разворочено после боя, Хатиман немного ускоренно пошел прямо к одной из дыр, заглянув в которую, он увидел лишь то, что она была на треть заполнена водой…а также и что-то металлическое на самом дне. Что-то, от чего он ощущал какое-то намерение.
Попросту вытянув в сторону дыры свою руку, уже через мгновение меч сам резко поднялся прямо ему в ладонь. В конечном итоге, уставившись на кактус и на меч, он просто…молча прижал их к себе. Его лицо все также отказывалось принимать хоть какое-то выражение, однако он все же тихо заговорил:
- Не знаю сколько мне придется еще подобное переживать, но я рад, что не пострадали вы. Сильнейшим ударом была бы именно ваша смерть.
- …
- Да, катана оказался приятной личностью. Он подавил часть мощи от последних атак, которые обрушались на меня. Вы оба…оказываете самую большую поддержку, какую я только ощущал, - В конце концов выразив голосом откровенную благодарность, он, тем не менее, так и не улыбнулся, - Однако я все равно проиграл, и оказался почти был убит. Этот Криф…
Тихо прищурившись, стоящий над дырой Хатиман вспомнил как то, что его нашпиговали мечом, а также то, что он уничтожил его второе оружие… а так же…отрезал три его пальца.
Опустив голову, Хати посмотрел на правую руку, и…откровенно скривил свои глаза. Это не только выглядело отталкивающе, так и было совершенно неудобно. Он еле держал кактус, и даже почти его ронял. Проблема была и в том, что даже сжав пальцы, он…теперь в целом не мог использовать руку для нормальных атак. Кулак двумя пальцами не сделать, в итоге атаковать он мог разве что только сиганом…
Совокупность же всех этих факторов, связанных с Крифом, и были причинной, по которой лицо Хатимана не отличалось от кирпича. А только же в нем вовсе начал медленно нарастать гнев, с отчетливым намерением, как…он услышал голос кактуса.
В результате чего, лицо неожиданно быстро разгладилось, а чувство гнева очень быстро испарилось.
- Хм…ты прав. Я проиграл в честном бою…преимущество противников не повод для того, чтобы чувствовать несправедливость. Месть в этом случае…пустой звук, - Проговорил он, как только уставился на свою катану. Слова он пытался донести словно до нее, ведь особо сильно ощущал намерение убивать.
И в целом, он действительно смог успокоить своего друга. Намерения меча унялись, а он сам, даже словно и не воспринимая то, что у его противников было преимущество в виде сил фруктов, преспокойно уставился расслабленным лицом в яму с водой.
Быстро убрав катану в ножны, и взяв кактус под левую руку, он попросту вытянул к воде правую ладонь, и простым движением заставил ее взорваться, словно гейзер. Из дыры попросту на секунду образовался фонтам, который целиком поглотил правую руку.
Однако только же он исчез, как…Хатиман уставился на совершенно новую ладонь.
Точнее, сейчас, вместо трех отсутствующих пальцев у Хатимана были пальцы из воды. Такой же длины, и разве что менее прочные. Все же даже под высокой плотностью, вода не могла сравниться с прочностью тела. Тем не менее, он спокойно покрыл совершенно все своей волей, и как ни в чем не бывало, посжимал руку, которую в таком состоянии нельзя было даже отличить от обычной.
Обратно же в лагерь после этого он возвращаться не стал, и приступил прямо-таки сразу к тренировкам. Как с волей, которая стала в несколько раз сильнее после этого боя, так и с техниками, которые точно так же усилились.