(не) девственница для дракона (СИ)
— Нет, — я встряхнула головой, словно хватаясь за хвост убегающей мысли. — Но он хотел. — Я подошла к дверям и будто увидела события недельной давности: — Да, точно, он приказывал его впустить, но мне тогда это показалось совсем недопустимым и я смогла сопротивляться. Сам же преодолеть твои охранные заклятия тот мужчина не смог. Он стоял вот здесь, — я вышла в коридор и встала на место незнакомца, заглядывая в комнату с этого ракурса. И похолодела: — Он видел Феликса! И… — я попыталась представить, что мог подумать сторонний наблюдатель, увидевший моего друга — его бледное желтоватое лицо с заостренными чертами, запавшие закрытые глаза, отсутствие движений грудной клетки… — Он решил, что принц мертв… — выдохнула я потрясенно.
— Да, по-видимому, так и было, — бросил Арденс, все еще смотря в окно.
— Кто это был? — повторила я свой вопрос.
Дракон плавно повернулся и мрачно взглянул на меня, неспешно подошел к столу, замер. Потом резко с разворота сбросил на пол еще одну стопку бумаг.
Я стояла не дыша, боясь даже предположить, каким будет ответ.
Наконец Арденс вновь взглянул на меня и, покачивая головой, словно сам не мог поверить в свои слова, мрачно сказал:
— Аларай. Мой младший брат.
Я тяжело выдохнула, понимая потрясение Арденса. В голове не укладывалось, что его брат мог быть предателем, мог руками Арденса попытаться убить Феликса, мог разжигать войну между странами. С другой же стороны, Багратион ведь тоже подозревал кого-то из семьи, а у младшего брата очевидный мотив — убрать конкурента на пути к трону императора. Тем более, ввиду скорой женитьбы старшего брата и возможного зачатия им наследника.
Я подошла к Арденсу и не удержалась: обняла его за спину, утешая.
— Это больно признать, однако это похоже на правду.
— Не совсем так, Анна, — прошептал тихо, обессиленно. — И дело не в моем неверии.
— В чем же тогда? — спросила мягко.
— Наш "гость" точно ментальный маг. Носить маску, созданную ментальным магом, может любой, но принуждать… Нет, для этого нужно самому быть им. А Аларай не ментальный маг.
— Ты уверен? Может он скрывал свой дар? — допытывалась я
— Столько лет!? Но зачем!? — Арденс запустил пятерню в свои влажные волосы и взлохматил их. — Хотя…
Дракон одним взмахом рукой зажег огонь в камине — то ли решил подсушиться, то ли, чтобы сбросить напряжение.
— У него может быть для этого свой резон, — произнес глухо, смотря на языки пламени. — Понимаешь, Анна, дар ментальной магии не берется из воздуха, он передается исключительно от отца к сыну. Мой дед был ментальным магом, и его сын Бальтазар, мой дядя, унаследовал от него способности менталиста, но оборачиваться, как и перемещаться, он не может. К моему отцу этот дар не передался — зато он может оборачиваться в дракона и перемещаться, как и я.
— А Аларай? — спросила затаив дыхание, понимая, к чему ведет Арденс.
— Аларай тоже не может оборачиваться и перемещаться, как и мой дядя. Он сильный боевой маг, мы думали, что его способности этим ограничиваются. Похоже, мы ошибались.
Спина Арденса напряглась под моими руками, похоже, его потрясение переросло в злость.
— Но… — я боялась озвучить выводы, к которым уже, похоже, пришел Арденс. — Но если Аларай ментальный маг, то он должен быть сыном носителя ментальной магии. Он не может быть сыном не-менталиста, так? То есть, он не может быть твоим братом.
— По отцу так точно, — костяшки пальцев дракона побелели, а огонь в камине полыхнул с новой силой. — Это точно он. Аларай и есть наш предатель, — произнес со стиснутыми зубами.
Я была согласна с выводами Арденса, тем более, зная об отравлении Багратиона. Раньше я не могла даже подозревать троих его сыновей, но если для Аларая император не родной отец… И все же, в это было трудно поверить.
— Послушай, это лишь предположение, обоснованное исключительно на моих зыбких воспоминаниях. Не нужно делать поспешных выводов. Тем более, таких громогласных.
— Теперь понятно, почему мать с момента рождения Аларая постоянно находится в летней резиденции, — продолжил размышлять Арденс, пропустив мои слова мимо ушей, — подальше от глаз Багратиона. А он, вероятно, признал незаконного сына во избежание скандала. Да и в нынешних условиях, когда рождаемость столь низка, лишний потомок не помешает…
— Аларай идеально подходит в нашу картину, и меня это настораживает…
— Да, ты права, — вынырнул из своих размышлений Арденс. — Окончательные выводы делать рано. Я раскажу о наших подозрениях Дарку, он мастер в расследованиях. Мне же нужно о других делать подумать, скажем, как одновременно держать оборону на всех фронтах и как мобилизировать и вооружить за день-два всех резервистов…
— Неужели, войны не избежать? — спросила неверя. Война Загорья с Аратой уже давно перестала быть для меня чем-то нереальным, но знать, что она начнется изо дня на день…
— Похоже, что нет, — Арденс взглянул на Феликса, словно проверяя, не очнулся ли тот, и вновь повернулся ко мне: — Я сегодня же отправлю тебя с Феликсом в Арату, в нынешних обстоятельствах там намного безопаснее. Я уже продумал, как быть с твоим заклятьем во время перемещения: я погружу принца в стазис, ты разорвешь свое заклятье, я перенесу вас поочередно, а ты потом восстановишь все, как было…
Я замерла. Всевидящий! Вот он шанс вернуться домой, Арденс сам его предложил, так почему же я не прыгаю от восторга?
— Нет, — запротестовала я решительно.
— Что "нет"? — Арденс уже ухмылялся вовсю, мигом позабыв о всех проблемах. — Леди Чаус, разве не этого вы желали с момента прибытия в мою гостеприимную страну? — дракон кончиком пальцев подцепил выбившуюся прядь моих волос и бережно заправил ее за ухо, нежно поглаживая щеку.
Он прощался.
Я же прикусила губу, с трудом удерживая непрошенные слезы. Все же я неправильное существо: вот разве не к этому я стремилась — оказаться подальше от драконов, особенно от этого конкретного дракона, забыть обо всем и начать новую жизнь?
— Нет. То есть да, конечно… — я не могла смотреть на Арденса, поэтому тоже вперила взгляд в мертвецки бледное лицо Феликса — да уж, тут если не знать, что он живой, никак не догадаешься, что перед тобой не хладный труп… — Стоп! — я, забыв о слезах, резко повернулась к дракону. — А ведь это должно сработать!
Главнокомандующий Загорья непонимающе прищурился. Ну да, все же он не все мои мысли читать может…
- Ведь как все было: Аларай, или кто там наш предатель, увидел "мертвого" Феликса и объявил всем, что вы украли и убили принца Араты…
— Он, скорее, передал все твоему королю Гершандту, а тот уже по своим дипломатическим каналам — всем остальным.
— Неважно! — перебила я Арденса взволнованно. — Сути это не меняет! Правители соседних стран думают, что принц мертв — это и есть предлог войны. Но он ведь жив!
— И знаем об этом лишь ты да я. Думаю, если мы покажем соседям Феликса в его нынешнем состоянии, то все лишь убедятся в правильности их решения начать войну с нами… — Арденс явно не разделял моего оптимизма.
— Да, но если они увидят абсолютно здорового человека, который сам объявит, что находится в Загорье по собственной воле?
Брови Арденса взлетели вверх:
— Это бы помогло. Но разве ты не говорила, что в искусственном сне он пробудет минимум месяц?
— По-хорошему — да. Только в таких обстоятельствах Феликса можно немного и поторопить, не считаешь? Я могу сделать так, что он придет в себя ненадолго, буквально на несколько минут, но этого будет достаточно, чтобы он сделал публичное заявление.
— Ты и вправду так можешь? Это не опасно? — взбодрился Главнокомандующий, уже наверняка рисуя в голове план предстоящего мероприятия.
— Нисколечко, — немного преуменьшила риски я. — Только силы твоей понадобится немеряно, так что тебе лучше быть где-то рядом. Ну а мне нужно срочно научиться обратному плетению, чтобы скрыть заклятье "Сердце на двоих" — вряд ли кто-то его заметит, но рисковать зря не нужно.