Лучший способ спрятаться (СИ)
— Это он умеет.
— А почему ты рассорилась с отцом?
— Из-за замужества. Сказала, что замуж пойду тогда, когда сама решу и за того, кого сама выберу. А его кандидаты меня ни капельки не интересуют.
— Знакомая ситуация.
Оказывается, у нас много общего.
***
Труп не производил впечатления трупа. Просто мужчина лежит на полу. Ни крови, ни мозгового вещества на стене — ничего. Картинка, которая предстала перед глазами при знакомстве с шефом — была намного более кровавой. Более того, даже визиты в морг к Милане не смогли её перекрыть. И только осознание того, что это все же видение, а не реальность помогло мне тогда не избавится от содержимого своего желудка.
Да, эпичная бы картинка получилась… Работу мне бы точно не предложили.
Но в тот момент я была полна решимости задержать этого незнакомого человека и не допустить того, что я видела. Даже о даре пришлось рассказать. Не все, конечно. Но и того, что рассказала уже было много.
Частный дом недалеко от центра. В воздухе висят следы отслеживающе-проверочных заклинаний. Чтобы ничего не задеть, приходилось пригибаться и придерживать юбку. Шефа, казалось, это совершенно не волновало. Было такое чувство, что от его ауры даже заклинания разбегаются в разные стороны — только бы на пути не стоять.
Криминалисты, Милена и Василий Васильевич, собирали улики, запаковывали их в коробочки, пакетики, колбочки. Опечатывали магией и складывали в чемодан внушительных размеров. Кто-то из оперативников делал опись, вкладывая магические проекции в бланки осмотра места преступления. Потом можно было его открыть и еще раз все осмотреть. Подробно. Если конечно делал специалист. Или размыто и с ошибками, если это был НЕ специалист.
Милена, присев рядом с телом, пыталась что-то запихнуть в свою медицинскую колбочку-пробирку. Что-то запихиваться не хотело. Я даже остановилась, наблюдая за этим противостоянием века, и прижав к груди большую тетрадку для стенографирования допросов. Задняя обложка была из твердого картона, поэтому было удобно стенографировать и стоя, и сидя. К тому же на бумагу было наложено заклятье памяти, так что при написании отчета, текст на бумаге воссоздавался практически с со стопроцентной четкостью.
Заклятье памяти было мечтой всех студентов всех учебных заведений, поскольку позволяло делать наиболее полные конспекты, но было достаточно трудоемким и энергии потребляло тоже много. До открытия энергосберегающих, а точнее энергонакапливающих минералов в Андалузских горах, такое себе могли позволить только очень сильные маги. Сейчас, при использовании артефактов, которые хранили энергию и отдавали ее при применении заклинаний, почти как собственный магический резерв — любой студент, но только к пятому-шестому курсу. Сложность плетения никто не отменял.
Вообще прогресс сильно шагнул вперед лет пятьдесят назад. После военных действий между империей и тогда еще единым Острикским княжеством. С чего все началось — у каждой страны свой вариант, обеляющий себя и обвиняющий противника. Как результат: империя победила и получила кусок территории с никому тогда особо не нужными горами.
Острикский князь погиб, то ли в последнем сражении, то ли отравили те, кто не смог простить поражения, но как результат: огромное княжество разбилось на три поменьше, в одном из которых мой отец и работал послом, пока не решил вернуться домой. Где и погиб.
Сейчас немного поработав в жандармерии и перепечатав, и приведя в порядок кучи дел по убийствам, ограбления, изнасилованиям и терроризму, я уже не так сильно уверена, что мои родители погибли сами. Больше склоняюсь к версии, что им кто-то помог. Правда, ни доказательств, ни мало-мальской дополнительной информации у меня пока нет. Но это пока.
Позже в горах был найден минерал, который при определенной обработке аккумулировал энергию из окружающей среды, особенно во время гроз. Эту энергию можно было использовать и при обычных бытовых заклинаниях (например, обогрев помещения), и при боевых. Оружие, которое раньше применялось с привязкой к резерву мага, теперь не только к нему не привязывалось, но и могло быть использовано обычным человеком.
Появились новые виды артефактов, новый транспорт… Много нового.
Минерал был ценным и теперь самое крупное его месторождение принадлежало империи, что не нравилось соседям. Княжества, то по одному, то все вместе, пытались вернуть когда-то никому не нужную территорию, но увы и ах. Теперь ее отдавать никто не собирался.
— Ариадна!
Рев шефа выбил меня из наблюдений за Миланой, и я рванула за ним, учитывая, что он уже был на втором этаже, а я все еще торчала в холле.
Дождавшись меня на лестнице и окинув нечитаемым взглядом, шеф направился по коридору в кабинет, хозяин которого лежал внизу. Его взгляд почему-то зацепил и процарапал что-то внутри. И это меня слегка нервирует. Надо будет попробовать его коснуться. Не то, чтобы я ему не доверяла… Просто вдруг проснулась интуиция. И просто для спокойствия…
Да и коснуться на выезде значительно проще, чем в кабинете. Например, вылезая из служебной машины, шеф подал мне руку. Просто я была в перчатках. В следующий раз — одевать не буду. Подумаешь руки чуть замерзнут, зато потом чувство самосохранения вместе с интуицией будут спокойно спать.
В кабинете работало не так много сотрудников. Похожий на большого медведя Михей, уже вскрыл сейф и вытирал руки, стоя у окна. Ребята говорили, что вскрыть он может даже императорскую сокровищницу, но только по приказу графа Вяземского. Это единственный человек, которого Михей уважает безгранично. И сейчас стоило только шефу зайти в комнату — от Михея последовал очень изящный поклон. Это при его-то габаритах! Я даже позавидовала. Секунд на пять.
Один парень, не знаю как зовут, стоял около сейфа, аккуратно доставая и раскладывая на стоящем рядом столе его содержимое. Еще один, Серхо, стоял у двери, в которую мы вошли. Очень наглый, но очень хороший оперативник. А главное, совсем не обидчивый. Проверено.
Дальше помню с трудом. Сначала пропал звук. Как будто уши забили ватой.
Мне показалось, что по стенам пошла волна. Как от камня, который бросили в воду. Только тут был дом и камень полетел в район сейфа, около которого работал неизвестный мне парень. Во все стороны полетели осколки металла, дерева и стекла. Взрывная волна перемолотила книжный шкаф, стоящий рядом. Стеклянные дверцы медленно разламывались на крупные куски.
Я не слышала звуки. Я только видела. Видела, как медленно-медленно двигаются люди. Ко мне оборачивается шеф, полубоком. У него оказывается очень красивый профиль, как у статуи в императорском музее, в котором я была в прошлый выходной.
Незнакомый мне блондин относительно быстро падает на пол. И над его головой вращаясь в воздухе летит кусок стекла. В меня летит. Если проследить траекторию, то в район шеи. Забавно, но нарисовать траекторию у меня время есть, а сдвинуться или повернуться… казалось я застыла как ледяная статуя. Молча смотрю.
А вот шеф — молодец, успевает выбросить руку. Как завороженная я смотрю на стекло, которое режет кожу у него на руке и во все стороны, в том числе на мое лицо, летят алые капли крови. Немного сменив траекторию, окровавленный кусок стекла проходится по меня по щеке и улетает куда-то за спину.
Звук. Что-то бьется, ругань ребят. Теперь я могу слышать.
***
Прижав к груди тетрадь, я так и стою, не двигаясь. Что-то происходит вокруг, но мозг это что-то не фиксирует. Я как будто выпала из реальности и прихожу в себя, заслышав хриплый голос шефа.
— Василий Васильевич, сначала осмотрите девушку.
Перевожу взгляд на коллегу Миланы. Невысокий седой доктор работает в морге последние лет тридцать. Дольше просто никто ничего не помнит. Сейчас он, усадив шефа на стул, негромко ему выговаривает.
— Ярослав Александрович, и когда это вы успели получить медицинский диплом? Не успели? Значит — не мешайте. Я врач и мне лучше знать с кого начинать осмотр.