Лидия. Головная боль академии. Книга 2 (СИ)

– Иллю... зия? – голос Тули дрожал.
Знание, что это ненастоящие лошади, не спасает от их видения и слышания. Так что, засыпая, наша «крошка» будет считать не овец, а телодвижения возбуждённого жеребца и глухие шлепки.
Красота!
И тут вдруг ректор изрёк:
– На вас целенаправленно наложили магию иллюзий. Прапорщик Тули, вспомните, с кем последним вы контактировали или, возможно, вступали в конфликт?
– С адепткой Ферб! – без раздумий и со злостью выдала та.
Чёрт! Тикаем! Тикаем отсюда!
  
Глава 6. Нежданчик
 
Лидия 
Нежная душа Кэт не выдержала сногсшибательной красоты моей Розочки. Моя подруга сначала потеряла сознание, а потом дар речи, поэтому пришлось в срочном порядке дать ей пастилку веселящего зелья и уже от этого плясать. Я бы дала ей что-то более подходящее, но, как назло, снотворное закончилось, а успокоительного в моей барсетке не водилось.
Результат не заставил себя ждать, но вышло всё же не так, как я предполагала. В Катарине проснулась альтернативная личность, антипод оригинальной.
– Ой, а она может покатать меня на лапке, как на качельке? – очень даже навязчиво поинтересовалась подруга, стреляя глазками в сторону Розочки.
Я закатила глаза. За последние полчаса Кэт порывалась науськать Розочку на прапорщика Тули, на Шиару и скооперировать паучиху с сэром Гамильтоном, чтобы та пугала адептов, а привидение питалось их эмоциями. Это ж сколько «подпитки» будет, если вся академия в ужасе побежит от монстра? Может, сэр Гамильтон и вовсе оживёт?
Нет. Такому стрессу я свою прекрасную Розочку не подвергну. Мало ли на неё объявят охоту? Я ещё до сих пор толком не разобралась, кто она такая и почему оберегает меня.
– Ну, Ли-ди-я-я-я-я... – простонала в край невменяемая подруга, назвав меня настоящим именем.
– Я Лия.
– Ли-и-ия! Ну, пусть она покатает меня! У неё же восемь ног! Даже если одна сломается...
Ни за что больше не дам ей веселящее зелье! Вот никогда и ни при каких обстоятельствах! Это не моя Кэт, а какая-то приставучая пьянчушка.
– Найди мне парня, а? – выдала она. – Я тоже хочу любви! Хочу как ты!
– Вот завтра с утра пойдём на тренировку и выберем тебе парня.
– Правда? – запрыгала она. – А-а-а! У меня появится парень! Слушай, а отдай мне Лессара, а? Тебе же всё равно с ним никак, а мне он нравится.
В сердце неприятно кольнуло.
Вот так открытие... Этот день всё-таки решил добить меня. Не падением в колодец и допросом у ректора, так признанием подруги.
– Давай завтра ты подойдёшь и поговоришь с ним об этом? – предложила я ей, понимая, что с одурманенной Кэт разговаривать бесполезно.
– Эй, не-е-ет! Я знаю, что завтра эта хитрая штучка, которую ты мне дала, перестанет действовать. Пойдём лучше сейчас? Или я одна схожу!
– Ты не знаешь, где его комната.
– Не беда. Я постучусь во все.
Тут я с Кэт не согласилась – беда. В головушке.
Меня неприятно удивило, что Катарине, оказывается, понравился Лессар. Я-то думала, что у нас разные вкусы на парней.
– И давно у тебя к нему чувства? – поинтересовалась я.
– Сегодня я поняла, что готова помочь ему пережить расставание с тобой!
Ох, тяжёлый случай. Похоже, Кэт из тех, кто в эмоциональном плане взрослеет медленно.
– Катарина, милая моя, а тебя не смущает, что мы пока ещё не до конца расстались?
– М?
– Ритуал проверки проведут завтра, а до этого времени я официально являюсь девушкой Лессара. Ты уверена, что хочешь бросить мне вызов как соперница?
Кэт неуверенно засмеялась, затем пискнула:
– Ой, ну чего ты? Я же думала, что у вас уже всё и ты не против...
– Против. Уводить чужих парней – это табу, – я уже откровенно клевала носом и как-то незаметно для себя отрубилась, едва сняв с себя форму.
В полудрёме до меня донеслось:
– Можно, если втихаря и осторожно, – а дальше тишина. Сон окончательно поглотил меня.
В этот вечер и ночь ни ректор, ни одурманенная «лошадиной любовью» Тули не явились по мою душу.
Не то чтобы я выспалась, но...
Догадайтесь!
 
Кое-кто забыл надеть артефакт безопасного сна. Именно в эту ночь. Именно после встречи с НИМ.
Тёмно-серая комната встретила меня привычно унылой обстановкой и шершавыми стенами, пропитанными гремучей смесью эмоций.
Поначалу я была в комнате одна, и моим первым порывом было уйти, а затем... любопытство пересилило.
Для женщины, навеки запечатлённой на конкретном мужчине, самый животрепещущий вопрос: любит ли он?
Ну, а меня волновало, любит ли он меня больше, чем я его? Ибо страдать от безответной любви – не мой вариант.
Однако, когда середина комнаты замерцала, являя мне массивную фигуру ректора, я едва не призвала пробуждение. Испугалась, не зная, о чём с ним говорить. В голове не укладывалось, что Наир, с которым мы каким-то чудом нашли общий язык, на самом деле грубиян Эдриан Дарс.
– Дарси... – мне показалось или его пошатнуло?
– Здравствуй... – я чуть не добавила «те» к своему приветствию, но вовремя сообразила, что этим выдала бы себя, ведь здесь, во сне, мы на «ты».
– Помоги мне, Дарси. Я схожу с ума, – он шагнул ко мне, а я вздрогнула всем телом, потому что, несмотря на потёмки, я чётко видела черты его лица.
О, богиня! Неужели он меня тоже сейчас увидит?!
***
Лидия
Господин Дарс, которого, я теперь уже точно знала, зовут не Наиром, заметил мой резкий жест.
– Нет, пожалуйста, не уходи! – торопливо произнёс, остановившись в паре шагов от меня.
Судя по отсутствию шока на его лице, меня он видел всё так же расплывчато.
Фух!
– Хорошо, я останусь, – собственно, чего мне теперь терять? Худшее, как говорится, уже произошло, привязка состоялась.
– Знаешь, так тяжело поверить, что ты лишь плод моего воображения.
Э, мужик?! Я, конечно, в каком-то смысле плод, но уж точно не твоего воображения! Что за дела-то? Мне надо, чтобы ты меня любил, а не считал призраком!
– А вот сейчас было обидно, – призналась ему.
– Ты слишком идеальна, чтобы быть настоящей.
– Это чуть приятнее, но тоже как-то не айс, – поморщилась, хотя он вряд ли заметил. – И с чего это ты решил записать меня в тульпы[1]?
– Ты назвалась именем Дарси. Не знаю, твоё это имя или нет, но оно подозрительно созвучно с моей фамилией.
– М-м-м... Как интересно! И какая у тебя фамилия?
– А ты не знаешь?
– Тульпа должна знать всё, что знает её создатель? – с иронией парировала я.
– Дарс. Без аристократической приставки «де».
– Из того, что ты не стесняешься своего незнатного происхождения, могу сделать вывод, что ты дослужился до значимого положения в обществе, – изрекла логичное.
Мой собеседник сдержанно кивнул.
– Можно к тебе прикоснуться? – вот, ни за что бы не поверила, что хамло ректор способен на такие трепетные интонации!
– Можно, если осторожно, – ответила я, припомнив слова, услышанные мной в момент засыпания.
Интересно, к чему Кэт сказала их? Как бы не пришлось её вытаскивать с очередной передряги. Но это потом. А сейчас...
Мне на плечи легли горячие тяжёлые ладони... ректора! И я снова вздрогнула. Как ему потом в глаза-то смотреть?
– Почему боишься? Я тебе неприятен?
Он шутит?! Меня дичайше к нему тянет, прямо до пульсации в межножье. А-а-а! Только вот по этому лицу я уже раз этак дцать мечтала треснуть!
– Борюсь с собой, чтобы не... – и тут я осеклась, едва не произнеся «наброситься на тебя». Ибо это кошмар – бросаться на мужчину первой. Я обещала себе не превращаться в «липучку – медяк за штучку».
– «Не» что?
– Не подколоть тебя, чтобы не разводил тут драму.
Наир, который не Наир, ухмыльнулся.
– Значит, это не из-за неприязни, – ладони перетекли с плеч на талию. – Богиня, как же я по тебе скучал... – он со стоном выдохнул, опустился передо мной на колени и уткнулся лицом мне в живот. – Девочка моя... Каждая ночь длится невыносимо долго в ожидании тебя.