К чему приводят девицу… Ночные прогулки по кладбищу

— Он не мой! И ни о чем просить его я не собираюсь! — огрызнулась я.
— Не твой, так не твой, — примирительно ответила Тинара. — Твой вот сзади стоит и глаз с тебя не сводит.
Я оглянулась. Действительно, Ильян был позади нас и грустно на меня глядел. Заметив мой взгляд, он чуть улыбнулся. Я вздохнула и отвернулась.
— Все равно эльфа попроси, — прервала мою задумчивость младшая. — Ты же обещала!
— Я обещала, что уговорю родителей взять вас в Лимань. Это я выполнила!
— Но… — начала Тинара, но не закончила.
Нам навстречу с корабля по сходням спускался Эльлинир. Я оглядела его. Да, он был прекрасен, но не заставлял мое сердце восхищенно замирать. Я отрешенно оглядела его безупречный внешний вид: роскошные волосы, лукавые глаза, белоснежную рубашку и черный, с золотым шитьем камзол. Внезапно в голову пришла шальная мысль: а не жарко ли ему в черном в такой обжигающий зной?!
Я улыбнулась своим мыслям и с опозданием осознала, что в этот момент эльф смотрел прямо на меня! И — о Луана! Он улыбнулся в ответ. Йена с Лиссой изумленно посмотрели на меня. Я покраснела и отвела взгляд. Вредный эльф! Все делает не вовремя!
— Ай! — взвизгнула я, когда подошедшая Латта, прошептав: — Попроси его! — ущипнула меня за руку.
Тут на меня воззрились ВСЕ!
— Что случилось? — сверкнула глазами матушка.
Я ничего не успела ответить. К нам подошел Эльлинир. Поприветствовав всех, он обратился ко мне:
— Вы так рады меня видеть, террина Нилия?
— Нет! — выпалила я, но тут же осеклась.
На меня недовольно глядели старшие родственники.
— О боги! — простонала маменька.
Батюшка закашлялся, Йена с ужасом смотрела на меня, Лисса прижимала ладошки к щекам, а младшие прилипли ко мне с двух сторон и недовольно сопели. Сзади послышался какой-то шорох, и я интуитивно догадалась, что это подошел ближе и встал прямо за моей спиной Ильян. Лица матушки и тетушек вытянулись, а батюшка покраснел, видимо, от гнева.
Между тем Эльлинир ехидно прищурился и проговорил:
— Не желаете ли вы, террина Нилия, чего-нибудь у меня попросить?
«Это он о чем?» — подумалось мне, но тут Тинара еще крепче сжала мою руку, а в моей голове созрел план.
— Желаю, — покладисто согласилась я и покаянно опустила глаза.
— Чего именно? — Эльф весьма изящно приподнял бровь.
— Достопочтимый господин мир Тоо’Ландил, не будете ли вы так великодушны и не позволите ли моим младшим сестрам подняться на борт и осмотреть «Белую звезду», — скромно, не отрывая взгляда от своих туфель, произнесла я.
Несколько ирн было тихо. Я рискнула и подняла взор. Старшие кузины закатили глаза, матушка качала головой, тетушки хмурились, на батюшку смотреть я побоялась. Зато, набравшись смелости, поглядела на перворожденного. Эльф задумчиво рассматривал меня, а после спросил:
— Неужели вашим сестрам так сильно хочется подняться на борт?
— Очень, — прошептала за меня Тинара.
Латта просто кивнула.
— Вы извините их, господин мир Тоо’Ландил, — вклинился папенька, подходя к нам, — что с них взять, ведь неразумные дети еще!
Эльлинир, прищурившись, оглядел нашу троицу и медленно ответил:
— Что же, юные террины, я думаю, что смогу исполнить ваше желание. Идемте… — Он махнул рукой и направился к кораблю.
Мы не сдвинулись с места.
— Идемте! — в нетерпении повторил эльф, обернувшись к нам, а затем, оглядев всех, добавил: — Юные террины, приглашаю вас и ваших родственников на борт «Белой звезды».
Батюшка, бросив на меня недовольный взгляд, последовал за ним, далее к сходням направились тетушки и Лисса с Йеной. Матушка подошла к нам и знаком отправила младших следом за всеми.
— Что ты творишь? — обратилась она ко мне, когда мы подходили к лестнице с перилами, ведущей на борт.
— Я не специально, — попыталась оправдаться я.
— Надеюсь, — прошептала маменька. — И ты надейся, что эльф забудет об этом оскорблении!
— Да ладно тебе! Оскорбление! — отмахнулась я. — Они ради венца и не такое стерпят!
— Осторожнее, — напутствовала матушка. — Это двухсотлетний эльф, а не твой двадцатилетний поклонник.
 
Я замерла, а родительница продолжила:
— Кстати, ты и Ильяна чуть было не подвела. Я уж думала, что он за оружие схватится. Знаешь, что бы тогда с ним случилось из-за твоей глупости?
Я ойкнула и пообещала:
— Все, я поняла. Постараюсь больше не допускать подобных ошибок!
— Очень на это надеюсь. — Маменька еще раз внимательно оглядела меня.
Потом мы стали подниматься. Вниз я старалась не смотреть, хоть там и была натянута сеть.
Ступив на борт, я восхищенно выдохнула от удивления. Палуба корабля была просто великолепна! На полу лежали яркие ковры эльфийской работы, тут же были изящные резные скамьи, посередине поднималась лестница на мостик с узорчатыми перилами и деревянным штурвалом. Вверх взмывали мачты с белоснежными парусами, на одной из них была смотровая вышка.
Все восхищенно переглядывались, лишь батюшка был не совсем доволен. Улучшив момент, он подошел ко мне и с мученическим выражением на лице спросил:
— Доченька, ну что ты творишь?
— Я уже осознала всю важность своей ошибки… И я не специально.
— Надеюсь, что ты усвоила урок! Видимо, у эльфа сегодня хорошее настроение, хотя, по моему мнению, он просто что-то задумал!
— Ясно что! Вернуть венец, — буркнула я.
— Будь осторожна, — предостерег меня папенька.
Прошло лирн десять или пятнадцать, и мы собрались в носовой части корабля. Я все-таки рискнула посмотреть вниз: там светилась магическая сеть. Вверху же было безоблачное небо.
— Сударь, сударыни, — обратился Эльлинир, — нам нужно отправляться в путь.
Настал момент прощания. Я быстро обнялась с тетушками, чмокнула в щеку Латту. Подошла к Тинаре, в ее глазах были слезы.
— Удачи, — прошептала она, — извини, если обидела.
Я покачала головой и обняла младшую сестрицу.
— Не грусти, скоро увидимся!
К нам подошли родители. Батюшка выглядел расстроенным.
— Ты это… сообщай о своих делах, девочка! — проговорил он и обнял меня.
Матушка тоже заключила меня в свои объятия и пожелала удачи.
— Мы тебя любим! И всегда ждем! — говорили родители.
Я всплакнула.
Провожающие медленно покинули палубу. Капитан занял свое место у штурвала, а затем послышались его указания команде, и «Звезда» пришла в движение.
— Вы можете подойти к борту, — сказал нам Эльлинир.
Мы с кузинами так и сделали, и я увидела родных и Ильяна. Причем он смотрел на меня так грустно и безнадежно, что у меня невольно защемило сердце и захотелось немедленно выйти замуж за этого юношу.
Интересно, что будет, если я попрошу остановить корабль и откажусь ехать в академию? Что сделает батюшка, если я захочу замуж за Ильяна?
— Даже не думай, — послышался шепот тети Ратей.
— Я… э-э-э, — оглянулась я.
— У тебя все на лице написано, — ухмыльнулась тетушка.
Корабль поднимался все выше и выше, постепенно удаляясь от наших родных и близких, а когда пристань скрылась из глаз, мы отошли от борта. Я осведомилась у тети Ратей:
— И что же вы прочитали на моем лице?
— Сама не понимаешь?
Я выжидательно смотрела на тетушку, и она уточнила:
— Ты так на него смотрела… Да не смущайся, я сама была молодой, поэтому все понимаю. Но мой тебе совет: забудь о нем! У тебя другая судьба!
Я задумалась, а кузины заинтересованно косились на меня, пришлось срочно искать новую тему для разговора. Пока я придумывала, к нам подошел Эльлинир.
— Сударыни?
— Господин мир Тоо’Ландил, — обратилась тетя Ратея к эльфу, — если вы позволите, то нам бы хотелось отдохнуть. Девочки переживают, и им просто необходимо поспать.
Эльлинир кивнул и пригласил проследовать за ним. Мы прошли внутрь корабля. Стены в коридоре были обиты деревянными резными панелями, а на полу лежал мягкий ковер. Эльф довел нас до одной из дверей, открыл ее и пригласил внутрь.