Вечный бойскаут (СИ)

И вот настал момент, которого Брэд так долго ждал. Он и биоробот Хелен в белых комбинезонах находились в лабораторном медблоке.
— Выпускай пациентку, — кивнул он ассистентке.
— Сделано.
Медицинский гель всосался в отверстия ванны, крышка отъехала в стороны, а ванная поднялась почти в горизонтальное положение.
Пациентка открыла голубые глаза и с недоумением уставилась на странную парочку в обтягивающих белых комбинезонах, словно из фантастических фильмов о будущем.
— Я ещё жива? — с волнением обратилась она к девушке, но та проявила полное равнодушие и не обратила на неё внимания.
Хелен направилась к стене, часть которой отъехала в сторону и открыла нутро шкафа, в котором была позаимствована стопка одежды и обувь. Френсис готова была поклясться, что видела там сбоку полноразмерный скафандр.
Зато Брэд весь сгорал от нетерпения.
— Ты помнишь, как тебя зовут?
— Я… — на мгновение она мысленно запнулась. В голове зашумело, но она вспомнила имя. — Меня зовут Френсис Арнольд, и… — она опустила взгляд и обнаружила, что полулежит в обнаженном виде. — Что за срань?! Почему я голая?
— Без паники, — попытался успокоить её Брэд. — Хелен, где одежда?
— Уже…
Френсис обнаружила рядом с собой ту самую миниатюрную блондинку, которая протягивала ей такой же белый комбинезон и ботинки, как на ней. Она помогла ей выбраться из футуристичной капсулы.
— Эй! — подала она в голос возмущения. — Мужчина, вы так и будете на меня пялиться?
— Великолепно! — обрадовался он. — Просто превосходно! Рефлексы, живые реакции, возможность ходить без помощи и связно мыслить. Я в восторге!
— Мужчина, вы нормальный? — Френсис стыдливо прикрывала комбинезоном нижнюю часть тела, а рукой грудь.
— Брэд, — обернулась к нему Хелен, — ты должен был крикнуть: «Она живая!».
— Мы не в древнем фильме, чтобы кричать такие пошлости. Пациентка, одевайтесь. Хватит стесняться. Я на ваше тело за пять месяцев так нагляделся, что воспринимаю его фоновым пейзажем.
Слова парня звучали обидно, но привели Френсис в бодрое состояние. Она перестала стесняться и обратила внимание на свои руки. Они выглядели такими же, как в молодости. То же самое с грудями, которые не обвисли, а торчали задорно, как в юности.
— А нижнего белья не предусмотрено?
— Комбезы носят без нижнего белья, — пояснил Грин. — Это гигиенично, не переживайте. Всё стерильно.
Одевшись и обувшись, она спросила:
— Где я? Почему тут всё такое футуристичное? Я что, пробыла в коме десятилетия?
— Планета Омикрон, одиннадцать тысяч светолет от Солнечной системы, научно-исследовательский комплекс по восстановлению планет и терраформированию, лаборатория хроноклонирования. Год четыре тысячи шестьсот тридцать второй от Рождества Христова. Меня зовут Брэд Грин, я руководитель этой лаборатории и главный человек на планете. Ты не была в коме. Ты клон Френсис Арнольд с копией её сознания на момент перед смертью.
Френсис широко распахнула глаза и рот, после чего так и застыла в шоке.
— Брэд, — отрицательно качнула головой Хелен. — Нужно осторожнее общаться с пациентами. Люди слишком чувствительны к подобной информации.
— Да-да, ты права, я как-то отвык от общения с другими людьми.
К Френсис вернулся дар речи:
— Почему я? Почему вы выбрали именно меня?
— Банальная случайность. Научный искин должен был отобрать сотню случайных подопытных разного социального статуса, с разным уровнем интеллекта и развитием биоэнергетики. Из всех подопытных ты первая пришла в сознание. Я связываю это с твоим высоким уровнем интеллектуального развития. Твой прототип в прошлом — выдающаяся учёная-инженер биохимик с интеллектом выше среднего.
— Я знаю, кто я, — Френсис не сдержала раздражения. — Выходит, мы для вас подопытные мышки? Разве это гуманно проводить эксперименты на людях? Это вообще законно?
— Законно. На планете я устанавливаю рамки законности и допустимого. Поскольку мне уже идёт третье тысячелетие, то мои рамки морали давно размылись. Тем более, когда речь заходит об исследованиях, которые помогут вытащить человечество из средневековья, в которое его загнала война с инсектоидами.
 
— Третье тысячелетие?! — вновь челюсть миссис Арнольд устремилась к полу. — Но люди столько не живут!
— Ты права. После генетических коррекций люди жили до тысячи лет, а после войны все улучшения были уничтожены боевыми вирусами ксеносов. Но я давно перестал быть человеком.
— Эм… — она в оба глаза его разглядывала. — А вроде выглядишь человеком. Тогда кто ты?
— Киборг.
— Киборг?
— Киборг, — кивнул он.
— Киборг?!
— Да, киборг. Биокиборг. Я веду полноценный образ жизни и могу иметь детей, при этом имею всё преимущества киборга в виде вечной молодости, силы, живучести, прочности тела и выносливости.
— А вы? — обернулась она к молчаливой помощнице.
— Я Хелен — биоробот.
— БИОРОБОТ?!! — глаза Френсис полезли из орбит.
— Биоробот с искусственным интеллектом, — кивнула она. — А ты хроноклон с памятью женщины, которая умерла больше двух с половиной тысяч лет назад.
— Я поняла, — слишком быстро успокоилась Френсис. — Да, поняла. Это всё розыгрыш. Это же надо было так расстараться: построить это помещение для имитации интерьера лаборатории будущего, сделать одежду и прочую бутафорию…
— Точно-точно, розыгрыш. Не сомневайся. И ради него тебя омолодили на тридцать три года и избавили от врождённых генетических заболеваний, — покивал Брэд, сдобрив речь сарказмом. — Ведь в начале двадцать первого века омоложение было распространённой нормой, не так ли?
Френсис принялась нервно ощупывать своё лицо.
— Можно зеркало?
Брэд вытянул вперед левую руку и его смарт-часы создали голограмму ростового зеркала с отражающей поверхностью. Френсис сначала широко распахнутыми глазами уставилась на руку Брэда, потом посмотрела в зеркало на своё молодое лицо.
— Волосы коротковаты, — взъерошила она мальчишескую шевелюру.
— Пять месяцев назад ты лысым клоном плавала в колбе, — хмыкнул Брэд. — Радуйся, что хотя бы такие волосы отросли.
— Так это правда? — опустились у неё плечи. — Как ты сделал это зеркало?
— Это голограмма. Налюбовалась?
— Угум, — кивнула она, после чего зеркало исчезло. — Волшебство какое-то… Нет, я предполагала, что в будущем технологии будут сильно отличаться от привычного нам, но чтобы настолько… И что со мной будет дальше?
— Беспокоишься о своей судьбе?
— Конечно, мистер Грин. Любой на моём месте был бы обеспокоен. Вдруг вы тут клонов отправляете на перегной.
— Нет, такого мы не делаем. Видишь ли, Френсис, после галактической войны выжили считанные единицы человеческих колоний. Земля, как и множество других обитаемых планет, была уничтожена. Мне удалось восстановить Землю и ещё несколько сотен колониальных планет, но там нет людей. Всё выжившее человечество находится на уровне средневековья.
— Погодите, мистер Грин, — потёрла она виски. — Не пойму, как это связано с моей судьбой?
— Напрямую, Френсис. Ты первый воссозданный человек. Если и остальные клоны окажутся столь же удачными, то я планирую создать группу из клонов выдающихся людей прошлого, которые сумеют начать реконструкцию цивилизации. Я предоставлю вам научные достижения Федерации. А на основе технологии нейросети, которая останется с вами на всю жизнь, можно разработать механизм ускоренного обучения. Это позволит быстро вывести одичавших колонистов на уровень космической цивилизации.
— Интересно, почему клоны должны заниматься прогрессорством? Почему бы тебе самому этим не заняться старым добрым обучением, раз ты такой долгожитель?
— Ты точно сохранила память учёного? — прищурился Брэд.
— Точно. Но хочется услышать ответ.
— В одиночку это невозможно. Дикие люди принимают прогрессоров за богов, те едут крышей от вседозволенности и начинают верить в свою божественность… Проходили, плавали, знаем. К тому же у меня и так дел полно, чтобы ещё и цивилизацию восстанавливать. Ещё не хочу прослыть очередным Тёмным Властелином. Нет уж. Знаю, чем они заканчивают. Вот сделаю группу клонов, дам им в руки инструменты и знания, и пусть сами делают, что хотят для восстановления цивилизации. Или ничего не делают. Мне плевать. Главное, я восстанавливаю уничтоженные планеты — остальное не моя головная боль.