ОПГ «Деревня» 2 (СИ)

— Ты правильно делаешь, государь-император, — как-то во время вечерних посиделок доверительно сказал Суворов, — что не считаешь зазорным с солдатом запросто поговорить, видел тебя сегодня, как ты с капралом и солдатами разговаривал, не чинясь. Вот тут написано, — ткнул он пальцем в страницу учебника, который в данный момент перечитывал, — что тебя не солдаты на штыки приняли, а дворяне непоротые, из-за вольностей своих ущемившиеся!
Павел его словам внял и уже через несколько дней с азартом играл с солдатами в городки. Как оказалось, эта простая и незатейливая деревенская забава отлично способствовала развитию глазомера, насущно необходимого каждому солдату. Несколько раз сыграв и разохотившись — Павел настолько пристрастился к городкам, что стали проводиться ежедневные турниры, где с десяток солдат, показавших лучшие результаты — одаривались деньгой из рук императора. А там и отпрыски царской фамилии, взятые отцом с собой — приохотились.
Император, наблюдая за своими детьми, играющими с солдатами — думал: «Александра с Костей обязательно с собой возьму после коронации, пусть проедутся по державе…» И в голову лезли мысли, ещё недавно показавшиеся бы крамолой: «А ведь не на дворянах и знати держится Русь, а вот на этих солдатах, оторванных от сохи. Кровью своей и доблестью защищающих державу. И не только на них, но и на тех, кто сеет, пашет, жнет, занимается ремеслом и стоит у печей в заводах. Это вот благодаря им, там — есть Россия, не согнули, не поработили. Пишут книги, по которым учат детей, помнят доблесть предков и ошибки не замалчивают…»
Обед в императорской семье привычно проходил скромно, по императорским меркам. После обеда — обязательная прогулка, верхом или в экипаже, во время которой Павел старался как можно больше внимания уделять детям. А вот с женой, к сожалению — они отдалялись. Император до сих пор не мог простить этой, пусть и матери своих детей, прусской суке — предательства. Когда она с его матерью участвовала в заговоре, направленном на лишение его престолонаследия, в пользу сына Александра. «А закон этот, о престолонаследии по мужской линии — обязательно приму!» — думал Павел: «Вам, бабам — веры нет!»
В один из вечеров, во время ставших уже привычными посиделок втроем — произошел курьезный случай, впрочем, для одного из участников закончившийся летально. Катенька игралась со смартфоном, к которому её тянуло на инстинктивном уровне — вещица была солидной. Можно было использовать, пусть как темное, но зеркало. Да и вообще — нравилось! На о чем-то спорящих на повышенных тонах Павла с Суворовым она внимания не обращала, картина привычная — сцепились дед с батей по пьяни. Поорут и перестанут.
Однако в этот раз всё кончилось не так благополучно — в середине спора Александр Васильевич прыгнул к двери. Рванул её на себя и на рефлексах — пришпилил подслушивающего слугу выхваченной шпагой к стене.
— Александр Васильевич! — Страдальчески заломил руки государь-император. — Ну еб твою мать! Кто же меня теперь брить будет?!
Пригвожденный шпагой брадобрей Кутайсов в агонии сучил ногами, всё тише и тише, так, что сразу было понятно — не жилец. Не стать ему в будущем всесильным фаворитом Павла… Суворов, поднатужившись — выдернул шпагу, тело несостоявшегося графа кулем рухнуло на пол. Александр Васильевич обтер шпагу о камзол излишне любопытного лакея и повиноватился:
— Я как его рот открытый увидел и глаза выпученные, сразу понял, давно он тут подслухом стоит, абы как не с первых дней. Я тебе, Павел Петрович, своего солдата пришлю, не хуже этого турчонка побреет! Ты уж прости!
Павел только махнул рукой и кликнул слугу, чтоб унесли тело и затерли кровь…
  
Глава 8
 
Истина где-то рядом… конец декабря 1796 г.
Ксюша, зевнув, сняла закипевший чайник с печки, нарезала хлеб и достала два куска сыра. Вчера достала, Анисим насел на Расула — в гараже смастерили ему агрегат, варить плавленный сыр на водяной бане. За вчера сделали две пробных партии, сливочный и острый, в острый просто покрошили красный перец сухой, измельченный в порошок. Не ахти что, если сравнивать с ассортиментом супермаркета, но лично ей зашло на ура.
 
Егор хоть и стебал её, что это из-за беременности у неё вкусовые пристрастия трансформировались, однако и сам скучал по чему-нибудь этакому. Вроде фастфуда с глютаматом и добавками. Недавно в процессе инвентаризации нашла несколько упаковок доширака (мужик достался — огонь, как та белка, везде понапрятано всего помаленьку, а где и что — сам не помнит!), так чуть не подрались из-за него. Надо, кстати — мастерскую прошерстить! Да где он ходит с утра, в туалете примерз?!
В ответ на её мысли в сенях раздался грохот, загремело сбитое с гвоздя цинковое корыто и распахнулась дверь. Первым влетел с распушенным хвостом Гугл, за ним несся Егор: «Убью, скотина!» Кот прошмыгнул под ноги хозяйке, и жалобно замяукал, жалуясь на несправедливость мира и на не с того, ни с сего поехавшего головой хозяина. «Ты чо, лоб такой, питомца с утра обижаешь?» — Заступилась Ксюха. «Да я, да он! Я вчера кажилился, тащил домой эти удобрения, а он мне мешок с фосфором разодрал и обоссал!»
— Ты чего, Гугл!? — Начала отчитывать кота Ксения. — Удобрения то причем? Нахамил Егор если или на хвост снова, так у него вон, ещё один валенок чистый есть! А ты зачем удобрения домой притащил?
Гугл состроил независимую морду, мол у меня свои резоны, что в приоритете, не вам коту указывать, что выбрать — удобрения или какой-то валенок! А Егор заважничал:
— Спички решил начать делать! Я полазил, посмотрел, всё есть в принципе. С пиздюками технологию отработаем, натаскаю их, летом можно цех поставить. Кустарщина, конечно, но хоть так пока. Калийных, фосфорных притащил, шашек серных, аккумулятор старый! Скажи ему, чо он?!
— Кот то поумней тебя оказался! — Ксюха погладила Гугла, тот заурчал как трактор, снисходительно поглядывая на хозяина. — Давай со всей этой тряхомудью в гараж иди! У вас там и так воняет, хуже уже не будет. И в мастерской не вздумай опыты проводить, я там убираться буду! Развел бардак!
— Да я и не думал! Негде в гараже, физически! — Возмутился муж. — Я ж не дурак! Мне только бертолетову соль получить, свинец окислить и так, по мелочи. Цинковые белила ещё надыбать где-то…
Ксюша подошла, обняла:
— Ты чего такой неугомонный, горюшко мое? У бабок собрание проведи, если заняться нечем. А хочешь, я к Председателю подойду, пусть тебе дом на отшибе выделят? По уму отдельное помещение надо с вытяжкой, подожди до весны? Не убегут твои спички. И корыто цинковое не смей брать! Я его для ребенка принесла! Лучше бы пил…
— Да толку с этих бабок, — приуныл Егор. — они только пьют да песни поют, всё обговорено уж. Ладно, понял, не беспокойся… О, сыр!?
Кот предложенный на пробу сыр обнюхал, презрительно фыркнул и проглотил, став громко требовать настоящую еду, для мужика! Егор поколебавшись и решив, что худой мир лучше доброй ссоры — сходил в сенки и отколол топором кусок осетрины. Положил в латку и примирительно позвал Гугла: «Айда, жри!» Тот подошел, довольно обнюхал кус и наклонив голову — ткнулся в Егора: «Гладь давай, пока размораживается!» Егор затащил его на колени и стал наглаживать, выговаривая: «Разжился тут, хвосты везде раскладываешь, не наступи. И сразу валенок!» Кот, прищурив глаза — мурчал и месил лапами колено Егора: «Шары разувай, когда по дому ходишь!»
Ксюха, наблюдая за этой умильной картиной — незаметно для самой себя подъела весь сыр.
— Блин, Егорский, ну извини! Ты всё равно по утрам не ешь, чмоки, парни, я на работу!
Егор скинул недовольного взмякнувшего от такой бесцеремонности Гугла, обнял жену на прощание и не выпуская из объятий, дрогнувшим голосом предложил: «А может и сегодня опоздаешь!?» — и стал приставать. Ксюша вяло отбивалась: «Ой, да не надо, не знаю! Я так-то специально на полчаса раньше собралась…»
Проводив милую, Егор с довольным видом набил трубку и устроился перед печкой: «Имею право! Раз лабораторию дома не буду устраивать! Да и проветрится к вечеру…» Однако раздавшийся от дверей шум развеял все мысли о праве имеющемся и Егор в панике заметался — выбил недокуренную трубку в печку, выдернул до упора вьюшку и стал махать полотенцем. «Ворона! Забыла что-то!» — понял с досадой.