Паладин развивает территорию! Том III (СИ)

Хотя всё это могло оказаться одним большим представлением, но лорд оставался верен себе. Пока был шанс на мирное сосуществование, он готов был идти навстречу.
Так было с Сильвией, так было с Андросом и Мелисой, так будет и с Аккристом.
Это то, что решил для себя Виктор.
Учитывая зверей, которые поселятся между двумя расами, он ничего не терял, но если демоны и вправду пойдут по указанному пути, весь континент может обрести бесценного союзника в их лице.
Дослушав девушку, он посмотрел на присутствующих, а затем вновь на Лиру.
— Собери свой отряд через три часа перед палаткой — приказал лорд.
У Лиры по спине пробежал холодок. Ничего хорошего для неё такой поворот не обещал, однако и деваться было некуда.
Все присутствующие находились на таких уровнях, что ей было тяжело дышать, просто находясь рядом с ними.
Даже Алганис и Миранда поднялись до бриллиантового уровня, что уже говорить про лорда на пике земного уровня и двух рыцарей легендарного уровня.
Рыцарь жестом указал девушке на выход и последовал за ней, желая проконтролировать, чтобы она никуда не сбежала.
Виктор, оставшись наедине с женщинами, потянулся к графину с вином на столе и, налив себе бокал, откинулся с ним на спинку кресла, после чего небрежно махнул рукой присутствующим, позволяя им начать задавать свои вопросы.
В этот момент девушки недоумевающе переглянулись, и все они разразились смехом, похожим на колокольчики, видя его надменность в отношении двух легендарных рыцарей.
Лорд и сам, смеясь, чуть не выплюнул вино во рту.
Вскоре смех перешёл на истерический, и все проходившие мимо палатки, а также стража, охранявшая её, также улыбались, поглядывая в эту сторону.
Для простых солдат их господин в очередной раз показал себя если не богом войны, то как минимум величайшим воином среди всех, и его радость и смех также воодушевляли и их.
Виктор смеялся в палатке, сгибаясь пополам и еле удерживаясь в кресле.
Все они были рады тому, что выжили в этом бою, и прямо сейчас, впервые с того сражения, проявили свои эмоции, что вылились в такой безудержный смех.
Пока компания смеялась, в палатку ввалились Ронаддур и Теодур, которые со странными улыбками смотрели на ненормальных, чуть ли не катающихся по полу людей.
Виктор, с трудом контролируя смех, махнул вошедшим дворфам, чтобы они присоединились, и, потихоньку успокаиваясь, с улыбкой смотрел на смеющихся женщин, время от времени всё же хохоча вместе с ними.
Пока двое усаживались, в палатку начало прибывать всё больше людей, среди которых были Свейн, Тирандаль, Леомвиль, Андрос, Лами и Мирдин.
Услышав смех снаружи, они сначала с любопытством направились к штабной палатке, а когда увидели входящих дворфов, последовали за ними. В результате в штабе набилось почти тридцать человек, и все начали общаться между собой, разливая вино из запасов Виктора, словно их кто-то приглашал сюда.
Лорд не противился, наоборот, был рад такому поведению, что показывало их открытое отношение к нему.
Самой последней сюда вошла Миона с братом Эльвином.
Два эльфа давно хотели поговорить с Виктором, но не знали, как к нему приблизиться в силу того, что произошло раньше, поэтому данный момент посчитали лучшей возможностью.
Виктор, конечно же, заметил их и, видя нерешительность эльфов, с улыбкой на лице махнул рукой, приглашая тех подойти ближе к остальным.
Эльфы потеряли очень много своих сородичей в этом бою и доказали свою верность вотчине, поэтому у лорда не оставалось к ним никаких претензий, ведь он всегда был таким. Человеком, который всегда даст другим второй шанс.
 Глава 295 
 После войны (часть 2) 
В палатке Виктора было довольно шумно. Все пришедшие сюда общались между собой, громко обсуждая последнее сражение и свои действия в нём.
Они вспоминали погибших и даже смеялись над теми, кто умер по глупости или неосторожности.
Никто не обращал внимания на расу или пол. Даже Ларок присоединился к компании и старался как мог поддержать разговор с дворфами, которые спорили с орком из-за какой-то ерунды.
 
Эльфы общались с людьми, и в палатку прибывало всё больше гостей.
Сам лорд также не остался в стороне и, поднявшись со своего места, вышел в центр палатки и с бокалом вина в руках присоединился к этому веселью.
Здесь не было правил, не существовало этикета. В данный момент все они являлись победителями, а, как говорится, победителей не судят, и тут некому было судить присутствующих за их поведение.
Леомвиль, находившийся у дальней стенки шатра с бокалом вина в руках, прошёл в центр к Виктору и, оглядываясь на общение присутствующих, заговорил с ним.
— Полагаю, именно так герои-основатели праздновали свои победы. Невзирая на статусы и вложенные силы. — Говоря это, он посмотрел на поднявшихся со своих мест женщин легендарного уровня и направляющихся к ним.
Лиония взяла Клиоссу под руку и подошла с ней к мужчинам, которые, как ей казалось, обсуждают что-то интересное.
Виктор, разглядывая свою мать и не глядя на герцога, кивнул ему, соглашаясь с его словами.
В его понимании, так и должны вести себя союзники, хотя это всё и было временным.
Старые обиды и конфликты никуда не делись. Как ему сообщил «Мир желаний», орки уже атаковали Вечный лес, и этот бой куда страшнее того, что пришлось пережить силам континента в демонических землях.
Прямо сейчас сотни легендарных рыцарей-эльфов сражаются с орками уровня лидера и шаманами ради собственного выживания.
Однако лорду был безразличен Вечный лес и эльфы, живущие в нём. Наоборот, он хотел уничтожения их оплота, так как это могло открыть новую страницу на континенте.
Пока эти закостенелые «травоядные» не почувствуют себя равными остальным расам, они могли так и остаться в стороне от всего, что происходит на континенте.
Виктор не сомневался, что многие из них погибнут, и это станет трагедией для эльфийской расы, но выжившие больше не смогут зарыть голову в песок и оставаться сторонними наблюдателями.
Им придётся учиться жить в новом мире, который очень скоро столкнётся с экзистенциальной угрозой.
Не будет непричастных, которые могут пожать плоды чужой битвы, лишь две стороны, что сразятся насмерть, и выживший получит всё, а проигравший сможет полагаться лишь на милость победителей.
Лиония, видя, как меняется лицо сына, отпустив Клиоссу, протянула к нему свою руку и погладила по шраму на левой щеке.
— Тебя что-то тревожит? — спросила женщина.
Лорд много о чём тревожился, но в первую очередь его заботила жена, которая неизвестно в каком состоянии прямо сейчас находится с Галатеей. Ещё был его сын, который уже в таком возрасте ввязался в битву легендарных рыцарей, да и ещё много всего, но говорить об этом он не хотел.
Улыбнувшись как мог, Виктор прижал своей рукой руку матери и, закрыв единственный глаз, подумал о настоящей маме, которая умерла где-то там, в другом мире.
Ему хотелось верить, что, как и он, она попала в этот мир и рано или поздно её можно будет встретить здесь, к сожалению, это были лишь мечты, ведь «Мир» зовёт сюда только тех, кто может повлиять на судьбу этого мира.
Просто ему хотелось этого, ведь сколько бы мужчине ни исполнилось лет, любящая мать всегда останется единственной женщиной, которая останется в сердце навсегда, и чем старше он будет становиться, тем тяжелее ему будет без неё.
Вновь открыв глаз, лорд понял, что все в палатке стихли и смотрели на Лионию и на него. Он не заметил, как по щекам текут слёзы, и, судя по лицу герцогини, та решила, что это из-за неё. Она с улыбкой любящей матери смотрела на сына, а все остальные впервые видели Виктора в таком состоянии.
Вытерев рукой влагу с лица, лорд усмехнулся и, подняв бокал, решил развеять эту мрачную обстановку.
— За победителей! — крикнул он, и в ответ все присутствующие загорланили то же самое.