Воскресшие (СИ)

— Следователь допрашивает Айзела Лендера, — ответил Рэйс, подходя к нам и загораживая своего растерявшегося молодого коллегу. — Он подозревается в убийстве жителей храма гармонии.
Возмущение и тревога распирали, но я старалась молчать и не лезть туда, в чем не смыслю. Твигги взял меня за руку и этот жест поддержки немного успокоил.
— Хотите сказать, что Айзел является подозреваемым и его в данную минуту допрашивают без адвоката? — У Хелира дернулась щека, его тон стал суровым и жестким: — Вы в курсе, что позже этот протокол допроса может быть признан недопустимым?
— Пока что его допрашивают как свидетеля, а не как подозреваемого, — стушевался Рэйс под ледяным взглядом Хела.
— Дали бы оклематься человеку, — проворчала Наа. — У него все-таки сотрясение.
— Мы получили разрешение от главврача. Время допроса нам ограничили в связи с состоянием пациента.
— А от лечащего врача вы получили разрешение? — преувеличенно вежливо улыбнулся дядя.
Рэйсу не понравилось, что его пытаются в чем-то уличить. Он выхватил неизвестный документ из рук товарища и передал Хелу.
— Лечащий врач не принимает такие решения. Его задачей было обследовать и подтвердить, что подозре… — полицейский на секунду раздраженно прикрыл глаза и стиснул челюсти, — свидетель в сознании, может говорить и отлично соображает. Будьте добры, не препятствуйте следствию. Мы действуем по закону.
Атмосфера усугубилась. Такое чувство, что мне легкие сдавили и запрещают сделать вдох.
— Не сомневаюсь, — едко ответил Хелир, вернув документ полицейским. Судя по его мрачному выражению лица, никаких претензий он больше предъявить не сможет.
Из палаты вышел следователь. Коренастый молодой мужчина в коричневом свитере и бежевых брюках, с короткой стрижкой, небритым угрюмым лицом, шрамом на брови и острым прохладным взглядом.
Почему он халат не надел? Мы ведь в больнице.
— Что за столпотворение? — недовольно спросил грозный сотрудник правоохранительных органов.
— Здравствуйте. Хелир Кайрен, директор организации Чистильщиков, — сухо представился дядя. — Могу я узнать, почему вы не даете спокойно выздороветь моему работнику?
— Дарес Твей, следователь по делу об убийстве в храме гармонии. Мы занимаемся расследованием, нам были нужны свидетельские показания. — Он зло усмехнулся. — Теперь у меня есть все основания, чтобы считать Айзела Лендера подозреваемым. После выписки мы заключим его под стражу на время расследования. Сейчас здесь останутся мои сотрудники для охраны, пропускать будут только врачей. С этого момента любое общение с подозреваемым должно проходить через адвоката. Выезд из страны ему запрещен.
— Айзел их не убивал, — все-таки не выдержала я и прямо поглядела на угрюмого Твея.
— Неужели? — язвительно протянул следователь, пригвождая меня презрительным взглядом к месту. — Хотите вы того или нет, он подозревается в убийстве десяти беззащитных человек. Пока просто подозревается. Обвинения я выдвину позже, — уверенно заявил Дарес и вновь жестоко усмехнулся.
На миг потеряла дар речи.
— Это не он, — повторила упрямо. — Их убили Сущности.
— Все улики указывают на него. У нас есть свидетель. Лендер сам все подтвердил. Правда, он утверждает, что люди уже были мертвыми, но экспертиза доказывает обратное.
— Он не врет, — процедила сквозь зубы, прожигая непробиваемого следователя взглядом.
— Слышал я его смешные оправдания. Вы нашли себе удобную отговорку, Видящие, — пренебрежительно бросил Дарес в нашу компанию. — Прикрываетесь теми, кого простые смертные не видят.
Хелир сжал кулаки и сделал шаг к следователю:
— Не говори о том… — Наа вцепилась в его руку, вынуждая умолкнуть. Дядя сдержался и перешел на относительно сдержанный тон: — Не забывайтесь, Дарес. Мы вообще-то защищаем вас от этих тварей!
— А я защищаю вас от убийц, — равнодушно парировал Твей. — Всего хорошего.
Следователь ушел, оставив нас в подавленном состоянии. Где-то на минуту в коридоре воцарилось молчание, потом все резко оживились: Наа заставляла полицейских передать Айзу вкусности, а Хелир в очередной раз обзванивал всех адвокатов, которых знал. Мы с Арденом, расстроенные, отошли в сторону.
 
Мне отчаянно хотелось вломиться в палату, наплевав на всех, но было очень глупо создавать лишние проблемы. Теперь эта чертова белая дверь мозолила глаза, разделяя нас с Лендером. Как и полицейские.
— Ты же веришь Айзу? — неожиданно спросил Твигги, задумчиво пялясь в стену.
— А ты нет? — мгновенно напряглась.
— Спокойно, я верю. Не поверил бы, если бы не знал Лендера. Он конечно вспыльчивый, но не настолько, чтобы кого-то прирезать. — Арден вздохнул и уперся лбом в стену, закрывая глаза. — Извини, неудачная шутка.
— Айз бы оценил.
— Я понимаю, что для тебя это был глупый вопрос, но мне все равно хотелось удостовериться. Некоторые из наших сомневаются в Лендере, — честно признался Твигги.
— И ты решил, вдруг я тоже до конца не уверена в его словах?
Друг кивнул.
— Мы в очень затруднительном положении, Ал. Роджар умело лжет, все доказательства против Айза, а детектив не пришел в себя и не факт, что придет. Мужика сильно потрепало.
— Должно быть что-то, — цеплялась я за призрачную надежду. — Не верю, что Роджар идеально избавился от всех улик. Наверняка есть хоть что-нибудь. Следы? ДНК?..
— Я в этом не эксперт. Весь мой опыт ограничивается фильмами с крутыми криминалистами или детективами, которые всеми способами докапываются до правды и не позволяют посадить невиновного.
— Такие только в фильмах бывают. — Я встала рядом с ним и прислонилась спиной к стене. — Нам с тобой до них далеко.
— Я подключил к этому делу всех адвокатов, пусть думают, разбираются, — Хелир подошел к нам, держа в руке телефон. — К сожалению, Еван в коме и прогнозы неутешительные. Уверен, если бы он очнулся, то пролил бы свет на эту ситуацию.
Без него придется справляться самим. Искать, доказывать, допрашивать.
— Ты не выяснял — в его съемной квартире нашли какие-нибудь зацепки?
— Никаких полезных для нас записей. Есть его наблюдения за храмом и выводы о местных жителях. На компьютере тоже чисто. В общем, ничего существенного. Что наталкивает меня на мысль — а не подчистили ли там все перед приходом полиции?
— Не удивлюсь, — выдохнула.
— Я попробую найти контакты той девушки, с которой он встречался перед исчезновением.
— А соседку допрашивали? Она говорила что-нибудь про Айза и блокнот Евана?
— Допрашивали, сказала, что видела, как Айзел стоял рядом с дверью Евана и что потом заходил к ней, спрашивал про него. Она ему про храм рассказала и он ушел. Больше ничего.
Подавила желание грубо выругаться.
— Соврала, — горько усмехнулась я. Мы же ее сына спасли. Неужели в душе ничего не дрогнуло? Ни капельки благодарности не осталось? Может, ее запугали? Или она ничем не лучше настоятельницы, убившей свою воспитанницу? Скорее всего, второе. Ребенка жалко. — Надеюсь, после показаний Айзела этот следователь тщательно все проверит еще раз.
— Не хочу делать преждевременных выводов, но я бы особо на чью-то ответственность и порядочность не надеялся, — высказал разумное мнение Твигги. — Этот тип ясно продемонстрировал нам свое «приветливое» отношение. Он настроен против Айзела.
Арден прав.
Черт, нам для полного счастья только плохих отношений со следователем не хватало!
— Согласен, — Хел сморщил лоб, усиленно обдумывая что-то. — Сами все проверим для гарантии. Правда, действовать придется осторожно, чтобы не привлекать внимание полиции. И еще, толпа адвокатов — это прекрасно, но для защиты Айза нам нужен только один. Лучший из лучших.
— Есть у тебя такой на примете?
— Есть, но очереди у него безумные. Деньги я найду, а вот смогу ли пробиться к нему — большой вопрос. И возьмет ли он дело Айзела — тоже неизвестно.
— Не возражаете, если я подсоблю? — раздался за спиной Хела голос Корнела.