Воскресшие (СИ)

— Ну, я вступил в банду Аспида. В первый же день моего пребывания на нас напали кретины с битами, пожелавшие отобрать себе теплое местечко в заброшке. Пришлось драться. Мне в том числе. Кулаками махать на тот момент я уже умел, поэтому помог им, чем смог, и тем самым добился уважения «стаи» — так Аспид называл нашу шайку. Базу мы отбили. После этого Ас начал меня учить. Учить воровать, защищаться, биться не только кулаками, но и железными трубами, ножами и теми же битами. Сразу скажу, ангел, я никого больше не убил. Драки иногда были жестокими, но до убийств не доходили. Правда… — он замялся, — я допускаю, что мог кого-то покалечить. Вообще наша компашка на рожон не лезла, но у нас бывало, что мы сами вызывали других на конфликт. Впервые это случилось, когда Аспиду взбрела в голову идея подмять под себя весь Мервен. Мне было семнадцать, что ли?.. Точно не помню.
Что-то мне подсказывает, этот змей, жаждущий сомнительной власти над сомнительным районом, был сумасшедшим.
— Аспид был агрессивным? — уточнила, заметив, что Айз вновь замолчал.
— Он был бешеным и безумным. А еще он был говнюком. Дав мне кличку Ворон, он продолжал звать меня заморышем. Но это все ерунда по сравнению с его жестокостью. В драках ему всегда было мало крови, насилие он считал единственным способом добиться того, что тебе нужно, он был превосходным манипулятором и лидером. Это я сейчас понимаю. Все в нашей банде были обязаны ему жизнью, все поддерживали его и боготворили. Я и сам долгое время видел в нем пример для подражания. Аспид толкал речи, которые хотелось слушать. Они вдохновляли. Он умел вывернуть слова так… Нет, я думаю, он не выворачивал их, а искренне верил в то, что говорил. Его слушали и за ним шли. Мы постоянно пытались получить его одобрение. Мне удалось сблизиться с ним, потому что наши истории были похожи. Только вот я не зарезал своего отца кухонным ножом и не свалил всю вину на мать… Ха, в тот момент я настолько сильно ненавидел своих родителей, что меня восхитил поступок Аспида, — голос Лендера сорвался на шепот. Он прикрыл глаза и болезненно скривился.
Я постаралась унять волнение и нервную дрожь.
— Тем не менее, ты не пошел делать так же. Не стал подражать ему в этом!
— Я бы не смог, ангелочек, — помотал головой Айзел. — Я многое вытерпел от них, но убивать… Нет, не смог бы. Аспид пытался подтолкнуть меня к этому шагу, но у него не вышло. Сама мысль о том, что прикончу их собственными руками… доводила до истеричного состояния… до паники. Я пробовал представить это, — признался Лендер, глядя в пустоту. — Мне стало мерзко до тошноты и внутренности сжались от какого-то… первобытного ужаса. Даже мое тело кричало, что так делать неправильно, его будто выворачивало наизнанку. Хотя казалось бы, чем я лучше их? Лучше Аспида? Тоже избивал людей, причинял им боль, тоже воровал, устраивал разгромы и много чего еще творил, но эту черту переступить не смог. Тогда не смог.
— Мне показалось на мгновение, что в его глазах блеснули слезы, но Айз упрямо сжал свободную руку в кулак и продолжил: — Я не судья, решающий кому жить, а кому идти на смертную казнь. Аспид был не согласен со мной. Он рассуждал с привычной для него логикой: судьей должен быть тот, кому причинили боль, кого ранили или чью жизнь растоптали вонючими ногами, только в таком случае этот суд будет справедливым. Когда я отказался расправиться с родителями, он издевательски закатил глаза и назвал меня слабаком и трусом. Я искренне считал, что он прав.
Угораздило же его связаться с ненормальным.
— Нежелание лишать человека жизни — это не слабость и не трусость. Это здравая реакция на подобные предложения.
— Поверь, сейчас я это осознаю, но тогда речи о здравомыслии не шло. И все же оно у меня зашевелилось, когда Аспид в первый раз перешел границы. Среди нас был один хилый и трусоватый пацан — Птенец. Брат правой руки Аспида — Скорпиона. Любили же эти двое ядовитые клички, — презрительно скривился Лендер. — В общем, Птенца поймали «конкуренты» Аспида и выпытали у него наши планы, хорошенько так припугнув. Планы у нас были грандиозные: мы собирались обчистить местного гробовщика. Да, странно звучит, но денег у этого противного старикашки было завались. И нет, я не оправдываюсь. Воровство — это хреново в любом случае, — Айзел вздохнул, опустил голову и провел рукой по волосам. — Сама понимаешь,
 
Птенец нас выдал, а после прибежал к нам и рассказал, что произошло. Аспид только улыбнулся. Спокойно, без эмоций, словно их у него и не было… — Невольно вспомнила себя. По спине пробежал холодок. — А потом я узнал, что он насмерть избил этого пацана. Ас собрал всех и показал его тело нам, заявив, что так будет с каждым предателем. Он лично с ними разберется, и их смерть быстрой не будет.
— Самый настоящий псих, — пораженно пробормотала я. Айз кивнул. — А этот… Скорпион как отреагировал на такое?
— Никак.
Короткий ответ обескуражил. Никогда мне не понять таких людей.
— Он даже ничего не сказал? — пораженно просипела я и кашлянула, возвращая себе голос.
— Сказал, что его брат был слабаком. Мне будто мозг раскромсали, когда я посмотрел на изуродованного пацана, а ему хоть бы хны. Птенец был намного слабее Аспида. Реально как цыпленок для змеи! И поступить с ним так… Ас же видел, какой он! Этот ублюдок все прекрасно видел! Мог бы просто не брать его в стаю или вышвырнуть за подставу, — с ощутимым сожалением и бессилием выдавил Айзел. — Я ткнул его в это, надеялся… достучаться, наверное? А он… просто заржал, — с каким- то неверием и шоком произнес Лендер, отрешенно глядя в одну точку. -
Проржавшись, Аспид начал орать, что они должны бояться нас и если я, слабохарактерный кусок дерьма, буду жалеть их, в один прекрасный день проснусь с ножом в животе. По его уверениям, он воспитывал в них уважение и покорность. По моему же слабохарактерному мнению, он упивался садизмом и властью над обожающими его кретинами.
Айз тяжело вздохнул, прерываясь, и продолжил спустя минуту:
— Я взял перерыв, подумать, побыть вдалеке от них, но вернулся… Потому что они стали своеобразной семьей. Я даже попытался понять Аспида и оправдать. А потом он снова сделал то, чего следовало бы ожидать! — с губ Лендера сорвался сардонический смешок. — Следовало бы, но я расслабился и отпустил ситуацию, решив, что больше Ас не будет перегибать палку. Ходячий наивняк! Ну да хрен со мной! Короче, они все-таки ограбили гробовщика, но вместо того, чтобы как всегда разделить деньги поровну между всеми участниками грабежа, Аспид забрал большую часть себе, так как он главарь. И все бы ничего, но один придурок возразил. Я думал, Ас врежет недовольному дурачку и поставит того на место, как обычно в таких ситуация происходит. Я даже встал на сторону этого змееныша, заявив, что он наш главный, он все придумал и поэтому ему идет большая часть прибыли, а остальные пусть не вылупаются, — Айзел задрал голову и прикрыл глаза. — Аспид попросил меня заткнуться, врезал тому парню, за шкирку дотащил до бочки с огнем и заснул туда его голову, — безжизненно и мрачно закончил Лендер.
От представленной картины мне стало не по себе. Поймала себя на том, что невольно перестала дышать, выслушивая Айза. Боже, это слишком страшная история! Хуже любых ужастиков.
Сама не заметила, как сильнее начала жаться к Айзелу.
— Иди ко мне. — Он отпустил мою руку и сам пересадил меня к себе на колени. Я на мгновение замерла, а затем крепко-крепко обняла его. — Хочешь, отложим болтовню о моих грешках на другой день?
— Нет, рассказывай все сейчас, — попросила твердо. — Не хочу растягивать это «удовольствие» и потом снова тебя мучать. Тебе в миллион раз тяжелее, чем мне.
Не думала, что буду так реагировать на рассказ Лендера о его паршивом прошлом. Мне нестерпимо хочется спрятать Айза от всего мира, от этих воспоминаний и боли. Я понимаю его чувства. Возможно, не до конца, но я понимаю каково это, когда хочется стереть себе память или вернуться назад и все исправить, когда хочется перестать испытывать боль и разъедающие эмоции, выключить их…