Я клянусь тебя беречь (СИ)

Лично Симона видела странность только одну. Не пришел бизнесмен вовремя с прогулки домой. А если бы пришел, не умер бы? Скорей всего не умер бы. Что-то такое Симона припоминала из старого сериала. Следовательское умение складывается из мелочей, поэтому Симона не жалела времени на детективы. Читала книги и смотрела фильмы. Запоминала. И теперь ей надо проверить простую гипотезу. Выйдя из кабинета, Симона наткнулась на Говарда. Начальник шел за ней. Проверка окончена, можно возвращаться.
— Говард, я бы кое-что спросила у домочадцев.
— Симона, уверена? Оснований нет подозревать обслугу.
— Когда кражу с военной базы расследовали, ты мне тоже не поверил. А я была права.
— Поседею я с тобой. Кого расспрашивать собралась?
— Пару-тройку человек, кто хорошо знал привычки, весь распорядок дня.
— Повар, горничная, управляющий.
— Сойдет.
Спрашивала Симона, на взгляд Говарда, малосущественное. Какие витамины пил бизнесмен, в какое время. Но молчал. Мозги у Симоны работали своеобразно, из каких-то неуловимых мелочей она собирала свои гипотезы, и ведь угадывала. Не всегда, конечно. Так стажеру простительно. Не брал раньше Говард стажеров, ни в какую не соглашался. Даже с опытом не брал. А эту взял. Девчонку. Помутнение нашло. И выгнать не смог. Полезной оказалась. Говард расследовал тяжкие преступления, практически всегда бесхитростные. В мошенниках Симона разбиралась лучше, приходилось это признавать.
— Смотри, Говард. Каждое утро бизнесмен пил определенные капсулы. Несколько штук. И вечером тоже пил. Одну. Всегда в одно и тоже время.
— Здорово, что мы это выяснили.
— Подожди. Единственный раз он не выпил вечернюю капсулу и сыграл в ящик.
— Ты так это видишь?
— Да так.
— Объясни.
— Утром ему давали яд, это я для простоты так называю. Это могли быть препараты, понижающие калий, например. Без калия сознание путается, можно в обморок упасть запросто. А вечером давали противоядие. Пришел домой в нужный час, выпил капсулку, остался живой. Не пришел, не выпил, вот и помер.
— Интересно. И кому это надо?
— Любовнице, наверно. Ревновала, держала на коротком поводке. Боялась, что такая рыба уплывет.
— Разберемся, — когда Говард понимал суть, действовал решительно и быстро.
Домой Симона попала уже к ночи. Долго разглядывала себя в зеркале. Синяки и распухший нос красоты изрядно убавили. Но Симона была довольна собой. Дала верную зацепку, Говард ее даже похвалил. Разрешил пару дней не приходить на службу. Симона все равно придет. Участвовать в допросах не сможет, так хоть на полках в шкафах приберется. И свой стол почистит. А то поставили старый, неизвестно от кого достался. Стажеру нового, понятно, что не положено.
Мешки для мусора заполнялись один за другим. Никто Симоне убираться не мешал. В шкафах чего только не нашлось. Старые газеты, мотки веревок, скрепки, пустые коробки из-под печенья, картонные папки, книги, сломанные ручки… Кто-то пачками складывал в шкаф почту, не разбирая. Вперемежку журналы, газеты, письма. Симона покачнулась на шатком стуле и чуть не свалилась. У нее в руках оказался нераспечатанный конверт от Базы данных “ИСТИННЫЕ ПАРЫ”. Точно такой же Симона носила во внутреннем кармане форменного пиджака.
— Нашла что-то ценное? — Говард влетел в кабинет, жуя на ходу пирожок.
— Нет. Старье.
— Сим, я же вижу, что ты за спиной что-то спрятала. Покажи.
— Отвернись. Я положу на стол и выйду. А ты потом посмотришь.
— Что за игры? Стажер! Доложить коротко и ясно. Что нашла и прячешь?
— Ничего, — Симона некстати вспомнила, что сегодня она забыла воспользоваться дезодорантом. Сейчас ей и за это достанется.
— Дай сюда, — Говард обхватил Симону обеими руками, выхватил конверт. — Что это? Где взяла?
— На полке нашла.
— Так, — Говард сел за свой стол, разглядывая конверт. Распечатал, пробежал текст глазами. Симона слезла со стула и направилась к дверям. — Стоять!
— Мне надо выйти.
— Стоять сказал. Ты знала?
— Что?
— А ну, — Говард подскочил и поставил Симону снова на стул. — Ты поэтому пришла ко мне в стажеры проситься?
 
— Совпало. Бывает. По закону вероятности...
— Совпало? Кому ты горбатого лепишь? Почему не сказала? Забавно было смотреть, что я веду себя как идиот?
— Ты не идиот. Просто я тебе не понравилась.
— А я тебе? Чего молчишь?
— Понравился, — Симоне пришлось собрать все свое мужество, чтобы признаться.
— Чтоб я еще раз взял стажера, — Говард запустил пальцы в волосы, зачесывая их назад. — Ты последняя.
— Я уволена?
— Пока нет.
— Пока?
— Семейственность я разводить на рабочем месте не собираюсь. Поженимся, свалишь. Переведу тебя в другой отдел. С мошенниками у тебя хорошо получается. И кабинеты у них поновее.
— Я не хотела тебя обманывать. Правда. Но и навязываться не хотела, — Симона кусала губы, такая важная минута, а она вся в синяках. Разве так должны узнавать друг друга истинные пары?
— Ох, ты, котенок, — Говард засмеялся. — Я ж боялся тебе слово лишнее сказать, обвинят еще в недостойном поведении. Зажимать стажерку по углам последнее дело.
— Ты поэтому на меня ругался? И увольнял?
— Не реви, глупышка. Не буду больше ругаться. Иди ко мне.
Стоять, прижавшись друг к другу, на рабочем месте неправильно и шашни с начальником заводить тоже неправильно, но Симона крепко обнимала Говарда за шею, щекой к щеке. Говард, наверно, торопился, тоже забыл дезодорант. Симона нюхала и млела. А Говард нюхал ее. И рычал.
— Через неделю поженимся. Отпуск возьму. Черт, впервые летом в отпуск пойду. На море съездим. Или куда ты хочешь?
— А вдруг синяки не сойдут?
— Эти-то сойдут. Я тебе пластырь лечебный дам. Ты бы новые не наставила себе, вот о чем у меня голова болеть будет. Из кабинета ни ногой. Поняла? Сидишь смирно на стуле и ждешь регистрации.
— А платье? А гости? А кольца?
— Сделаем. Есть у меня знакомый портной. Кольцо купим сегодня. Какое выберешь, такое и купим. А гости, у нас общие будут, я так понимаю. Так что, женимся? По-настоящему?
— Общие, да, — Симона не верила своим ушам. Они с Говардом обсуждают их свадьбу. Настоящий брак, не пробный. И вовсе Говард не пренебрегал Симоной, а соблюдал дистанцию как начальник. Все-таки ритуал с камнями работает. Точно работает. Отличное лето ее ждет. Море. И последним стажером у Говарда Симона согласна стать. — Конечно, женимся! Мы же пара, истинная!